Адептка второго плана - Надежда Николаевна Мамаева

– Так сталью же надежнее. И острее, – вырвалось у меня, и только после вспомнила, что приборы на ужине папочки были очень даже колкими, безо всяких закруглений на конце.

Вот только зря я упомянула и остроту, и надежность. Лучше бы вообще промолчала, ибо Вильда тут же вспылила:

– Вот дали боги правнучку! Вы посмотрите на нее!! Она еще моим убийцам будет советы давать, как родную прабабку лучше прикончить. Да чтоб ты знала, меня при жизни считали разом и ведьмой, и упырицей! Даром, что ли, Ликом Смерти величали? Среди простонародья слухи ходили, что я и так покойница, раз костлявая меня к себе не берет. А издревле самым верным средством от стригоев считалось серебро!

– Ну, значит, к твоему покушению тщательно готовились, – сделала я вывод.

– Да, меня уважали, – с ноткой гордости протянула Вильда. И кровожадно добавила: – Вот только как найду потомков того, кто больше всех уважал меня, так свою благодарность им и передам. В особо мертвом размере, – закончила призрачная и резко сменила тему: – А ты давай одевайся побыстрее. И не забудь взять меня с собой на пробежку.

Причем произнесла она это так, что стало ясно: оставить бабулю в комнате никак не удастся.

Вот так… Кто-то выгуливает по вечерам собак, а Тамарочка – собственных демонов. Точнее, призрака. И ощущала я при этом немалый такой груз ответственности. Последний давил мне на плечи и подгонял, хлопая по спине.

А все оттого, что я переложила холщовый мешочек с прахом ба в котомку, а завязки последней соединила с углами торбы на манер импровизированного ранца. С ним-то и наворачивала круги по тренировочной площадке. При этом пот лил с меня градом, а Вильда командовала позади.

– Ну, давай! Быстрее! Ты можешь!

По мнению ба, могла я поднажать. По моим ощущениям – лишь сдохнуть. Но все равно упрямо продолжала двигаться вперед. Ибо в спину мне дышала сама Смерть! И мало того, порой меж лопаток Вильда еще и била магией, видимо, стимулируя у меня третье дыхание. Ибо второе уже закончилось, как и терпение.

– Все! – без сил протянула я, падая на землю. – Я без сил и без ног!

– И без совести! Всего-то семь миль! Давай еще три!

– Я ничего тереть не буду! И чистить тоже… —выдохнула я, чувствуя такую усталость, что готова была заснуть прямо тут, на мокрой траве и опавших кленовых листьях. Голова не соображала вовсе.

– Это я тебе сейчас начищу забрало. А ну, встал, боец! – видимо, вспомнив боевое прошлое, рявкнула мне в самое ухо Вильда.

– Я не боец… Я все… трындец, – простонала бабуле и… поползла в сторону общежития. По-пластунски и медленно-медленно. Ибо у меня была цель, но идти к ней сил не осталось. А вариант лежать по направлению я оставила про запас.

Видя такой улиточный саботаж, ба, похоже, решила: раз мятеж не остановить, то нужно его возглавить и… начала учить, как ползти правильно! Давала советы, критиковала, подбадривала. В общем, сделала все, чтобы я спустя пару минут сдалась и встала, чтобы идти, как приличная девушка, и браниться, как очень неприличная. Правда, мысленно. На это силы почему-то остались. Костерила я и себя, возжелавшую ощутить дух свободы движений, и Вильду, способную затренировать до смерти, и даже создателей такого большого тренировочного поля.

Правда, когда я вернулась к себе в комнату, то поняла: одно неверное движение в сторону кровати – и я уже сплю. А надо было бы еще сходить в помывочную сполоснуться. Так что я очень-очень осторожно, словно имела дело с вот-вот готовой взрваться бомбой, обошла постель, взяла висевшее у изголовья полотенце, мыло и отправилась в местный душ, который находился в конце коридора.

Время было уже позднее, так что все кабинки оказались свободны. Быстро смыв с себя грязь и пот, вернулась, чтобы наконец-то упасть в кровать, как в гроб. Ибо была мертвецки уставшей.

Последняя мысль перед тем, как закрыла глаза, была: ну вот сегодня-то сон точно будет самым глубоким, а значит, есть шанс вернуться… И отрубилась.

ГЛАВА 6

Только и эта ночь прошла у меня без снов, без видений, без того долгожданного мерного плеска волн и ощущения течения, которое уносит меня вниз, туда, где на кардиомониторе вся моя жизнь свелась к провалам и взлетам. Только те, увы, не в карьере, а в пульсации маленькой точки на экране.

Но нет. Лишь тьма и… наконец я услышала шелест воды о берег. Пошла, нет, побежала к нему и…

Бам! Бам! Бам!!!

Я подскочила с кровати раньше, чем проснулась, рванула к двери, все еще готовая мчаться к заветной серой реке, споткнулась и…

Увидела небо в алмазах. Вернее, потолок. Ибо с разгону ударилась об пол. Всей Тамарочкой Оганесян ударилась, совершив пируэт с разворотом. Так что приложилась лопатками о доски. Затылок ожгло, в ушах зазвенело.

Никогда еще у меня не было такого блестящего – в смысле перед глазами все блестело и переливалось яркими звездочками – пробуждения.

– Ты чего это? – Дух воспарил над моим телом. Благо оный принадлежал бабуле. Хотя, с учетом того, как я ударилась, возможно, были варианты.

– Спешила проснуться и идти на учебу.

– Угу, ты на нее так бежала – волосы назад, – хмыкнула Смерть и сделала собственные выводы: – Вот что значит, вчера хорошо потренировались. Какой стимул появился… Нужно сегодня еще увеличить нагрузку.

Услышав это, я поняла, что сейчас очень даже простимулирована… Сдохнуть!

Но ба была далека от моих страданий, как душевных, так и телесных. Зато близка к тому, чтобы как следует профилактически наорать на свою правнучку:

– Ты чего разлеглась? Вставай! Нас ждут великие тела!

– Может, дела?

– И они тоже. На погосте чего только нет…

– Какой еще погост? – уточнила я, прикидывая, как мне лучше отправиться на кладбище, куда зачем-то так стремилась Смерть: пешочком или с комфортом на сильных мужских плечах, но в гробу. Последнее было притягательнее, если бы не одна деталь. Для этого необходимо быть мертвой.

– Обыкновенный, центральный. Там мне нужно кое-кого будет навестить, чтобы отомстить… Так что поднимайся с пола! Не нужно падать духом, тем более где попало.

– Знаешь, Вильда, я, конечно, не сильна в физике и анатомии, но мне кажется, что после такого удара об пол, как у меня, не выживают… Сжалься надо мной! – попыталась я воззвать к состраданию у бабули, но то, похоже, почило с миром вместе с ее телом.

– Тебе наглядно показать, после чего не выживают? – ехидно предложила призрачная. – Могу организовать пару