Худший финал для ведьмы - Мэри Кенли

меня последней радости жизни! — хмыкнула я, качнув головой.

В висках стучала болезненная решимость. Сегодня же нужно уехать из Аттикхи, и… И тут я снова почувствовала «это». Железный привкус крови распространился по горлу, оседая на кончике языка.

— Л-лиза?! — воскликнул Армин и попятился к стене. — У т-тебя кровь идёт…

Да, из носа. И изо рта… Я ощутила головокружение. Сердце застучало быстро-быстро, в ушах нарастал звон. Этот приступ был слишком сильным… Куда сильнее всех предыдущих. И ощущение… Будто под кожей, в районе желудка, что-то шевелится. Перебирает лапками, надавливает на внутренности, растёт и множится…

«Меня сейчас стошнит!»

Рвотный позыв подкатил к горлу, но в тот момент… Тело вдруг охватила бесконтрольная слабость. Она тянула меня вниз, к полу (к бездне, к могильному камню). Она убивала меня со всем рвением неведомого паразита.

— П-позови Кессара! — прохрипела я и упала.

Ноги просто подкосились, пустота заполнила сознание… Где-то на периферии звучал испуганный голос Армина и его крики. Но я их уже не слышала… Мысли провалились в спасительную тьму.

* * *

Кессар прикоснулся к её разгорячённому лбу и нахмурился. Очень плохо… Он не подозревал, что паразит разовьётся так быстро. Видимо, тело Лизы было более истощённым, чем казалось на первый взгляд… А ведь Хранитель просил её поскорее принять решение. Но упрямая женщина предпочла задержаться рядом с мальчиком.

«Люди такие импульсивные… Это не перестаёт удивлять» — мысленно усмехнулся Кессар.

— Она… очнётся? — нервно спросил Армин. — Ей так внезапно поплохело…

— Может, вызвать настоящего врача? — предложила Айра.

Она лишь недавно зашла в гости и застала жуткую картину: кровь на полу, разруху и испуганного ребёнка.

— Нет. — холодно отрезал Кессар.

Айра чуть нахмурилась. Этот человек… Воспоминания о нём расплывались в её сознании мутными пятнами. Девушка помнила, что он часто бывал в доме Лизы, но… С чего бы? И кто он такой?

— Не мешай ему! — вступился Армин. — Он лучше любого врача!

Хранитель задумчиво кивнул, водя ладонями над бессознательной женщиной. В какой-то момент он остановился и проронил:

— Это будет непросто… Очень болезненно.

— Но получится? Кессар! — мальчик едва не плакал, глядя на безразличного бога.

Хранитель не сразу ему ответил.

— Скажи… На что ты готов пойти, чтобы спасти её?

— На всё! — без раздумий выпалил Армин.

Его отчаянное желание защитить Лизу было настолько искренним и горьким, что Айра смахнула непрошеные слёзы.

— Хорошо. — улыбнулся Кессар. — И ты никогда об этом не пожалеешь?

— Нет. Пожалуйста, спаси её!

Морской бог кивнул в такт своим мыслям. Его сила стремительно пробуждалась, загораясь на кончиках пальцев бледными искрами.

— Тогда уходите. — хрипло приказал Хранитель. — Вам нельзя возвращаться в комнату без моего разрешения.

Древняя магия требовала уединения. К тому же… Кессар понимал, как долго продлится это «лечение».

Долго. Мучительно. Очень больно. То, что произойдёт с Лизой — не для детского разума. Поэтому мальчик должен уйти, а Хранитель… Что ж, ему придётся вспомнить былые времена. Вспомнить то, как бережно и старательно он вырывал ростки проклятий из человеческих тел.

— Раньше магия была дикой, непредсказуемой… Несдержанной. — проронил Кессар, когда дверь закрылась.

Армин бросил напоследок лишь взволнованное: «прошу, позаботься о ней!». Но Хранитель уже не слушал. Он был поглощён своим делом. Словно чудесный ткач, Кессар выплетал из тонких магических нитей странный инструмент (отдалённо напоминающий скальпель).

— В этом мире творились страшные заклятия, но каждое из них имело свою цену. Подчас чудовищную, смертельную дань… И всё же, я удивлён. Элайза и вправду была талантливой ведьмой. Найти подходящую израненную душу, обменяться судьбами… Очень коварно. И так умно.

Кессар усмехнулся чуть шире, заканчивая последние элементы пугающего инструмента. Его волосы развевались, словно в помещении сквозил буйный ветер. Но истинный шторм притаился в глазах морского бога. Именно там, в вечных льдах, застыла жестокость безумной стихии.

— Тебе надо было позвать меня раньше. — прошептал Кессар, скользнув указательным пальцем по её переносице. — А теперь ты приблизилась к краю… Это будет очень больно, Лиза. Но ты уж потерпи. Когда я закончу… Твоя судьба вновь изменится.

Кессар улыбнулся, и в этой улыбке было много потаённого тепла. Затем магический скальпель срезал прядь седых волос ведьмы и медленно погрузился в её грудь. Она закричала. Глухой вопль сотряс комнату, становясь всё громче и громче…!

Лиза металась по кровати. Пыталась вырваться, освободиться от сильной хватки Кессара, но бог не давал ей такого шанса. Совсем напротив: он продолжал давить на скальпель, который сантиметр за сантиметром пронзал её внутренности.

Боль, которую испытывала Лиза, была неподдельной и невероятной. Настоящая пытка… Притом очень изматывающая. Когда Кессар останавливался — она падала на кровати. А когда продолжал, старушка вновь кричала до хрипоты. Бесконечный цикл страданий всё не прекращался, вгрызаясь в её сердце.

В какой-то момент Лиза перестала шевелиться. Она затихла, распластавшись на кровати. Магия Хранителя сплеталась с кровотоком, пронзала лёгкие насквозь и охватывала всё тело… Мало-помалу вытесняя паразита. Чёрный сгусток невнятной жижи начал проявляться, как вторая кожа. Он был отвратительно липким, продолговатым и (увы) очень устойчивым. Паразит цеплялся за тело ведьмы, продолжая с чавканьем грызть её душу.

…Но Кессар уже подрезал его конечности, уже раскроил уродливую сущность. Паразит умирал, а Хранитель вдруг отложил скальпель, запустив белые руки в рыхлую субстанцию. Стиснув зубы, Кессар рывком вырвал эту тварь, сжимая в ладонях.

Лиза издала последний (самый болезненный) крик и окончательно лишилась чувств. Но её тело… Уже менялось. Как только паразит был уничтожен, Элайза начала возвращаться к прежнему облику. Седые волосы почернели, стали густыми и длинными. Дряблая кожа разгладилась, наливаясь юностью… И тусклые глаза загорелись колдовскими огнями изумрудного Эльмхаита.

Кессар сделал шаг назад. На кровати лежала Она. Верховная ведьма Элайза, дочь Злобы и Проклятие Аскании… Ненавистная, несокрушимая. И удивительно хрупкая, если учесть ту маленькую душу, что заняла её место.

Глава 16. Возвращение ведьмы

Наша первая встреча… Произошла по чистой случайности. Я помню: она сидела на садовой ограде, свесив ножки. Невероятно красивая девочка, сравнимая лишь с феей из древних легенд. Её густые волосы были чернее воронового крыла… А глаза казались ярче весенней листвы.

Я оторопел, когда наши взгляды пересеклись. Позабыл все слова…

— Кто ты? — надменно спросила девочка. — И что ты делаешь в моём саду?

— Я… Хотел сорвать цветы… Для матери.

Девочка на секунду нахмурилась, а потом спрыгнула вниз. Её кудри едва не хлестнули меня по лицу, но затем она просто… Улыбнулась. И солнечный день вдруг заиграл новыми красками.

— Ну, давай помогу.