Дочь кузнеца, или Секреты Средневековой стоматологии - Ноэль Ламар

Кто такие, куда путь держите, есть ли у вас какие-либо бумаги? – строго вопросил нашу компанию начальник стражи, тучный человек с красным опухшим лицом, которое без слов говорило о его пристрастии засиживаться за горячительным в тавернах.

- Я, достопочтенные стражи, новый мастер гильдии оружейников, а со мной дочь моя единородная, незамужняя девица, - почтительно кланяясь, стал объяснять кузнец. – Был я верноподданным барона Готфрида, да его милость мне бумагу для вступления в гильдию справил. Вот, извольте взглянуть.

Отец протянул стражу порядка свой документ, вынув из поясной сумки, и тот принялся внимательно его изучать. Вернув бумагу отцу, стражник заявил:

- А слыхивал ли, путник, как испокон веку в народе говорится? «Добра ты, может, грамота, да не при нас ты писана!». Кто его знает, а вдруг бумага твоя фальшивая? Сейчас любой писарь за серебряк такую состряпать может. А отвечать потом мне придётся, что бродягу какого-то в городские ворота впустил.

- Никак нет, ваша честь, - оправдывался отец. – Господь видит, что бумага эта настоящая. Клянусь…

- Бог-то, может, и видит, - тут же прервал его начальник городской стражи, - да нам, грешным, не разглядеть. Ты бы приложил чего к бумаге, авось и зрение получше станет.

Как человек бывалый, кузнец понял намёк начальствующего лица. Вздыхая, он полез в свою поясную сумку, порылся в ней и, незаметно для окружающих вложил в руку главы охраны крупную монету. Тот сразу повеселел.

- Ну что ж, коли так, добро пожаловать в наш город. Только пошлину ещё за въезд внести надобно за тебя да за дочь твою. Мы люди маленькие, всё с путников в доход казны собираем, как королевский закон велит.

Отец вздохнул в очередной раз и, делать нечего, отдал стражам требуемую сумму. После чего внимание начальника переключилось на троих музыкантов:

- Ну, а вы, странствующие господа, кто такие будете? Уж точно не крестьяне и не ремесленники. Больно уж подозрительна мне ваша шайка, уже не за худым ли каким промыслом в город явились?

Арнольд, Фрэнк и Эдуард почтительно поклонились. Как всегда, первым заговорил мой милый скрипач:

- Мы, о доблестный воин, мирные люди. Странствуем по королевству, воспевая рыцарские подвиги да деяния государя нашего доблестного. Всю державу без малого исколесили на своих двоих. Вот и в вашем славном городе намереваемся дать пару представлений, да и пойдём себе в дальнейшие странствия. Музыкой сладостной мы слух людской услаждаем, да печали разгоняем у добрых людей, как и повелел нашему брату сам Господь. Даже сам царь Давид, как вам известно, весьма искусно на лире играл, так что греха в деяниях наших нету.

- А, бродяги и попрошайки! – захохотал стражник. – Так бы сразу и сказал, а то, эвон, какую мудрёную речь загнул! Ну, господа музыканты, гоните по золотому за человека, чтобы в город войти. А нет – так ступайте своей дорогой, без вас тут проходимцев хватает! Небось, бряцая на струнах да распевая глупые песни, больше поживы с добрых людей соберёте!

Менестрели переглянулись и поняли, что выхода у них нет. Они вывернули карманы и вручили корыстному охраннику требуемое. Наконец, начальник стражи велел своим подручным открыть огромные ворота и впустить нас.

Когда повозка наша въехала в город, перед глазами моими открылся удивительный вид. Узкие улочки были вымощены камнем, а дома построены из кирпича или дерева. Въезжая в город, я сразу почувствовала волну какого-то мерзкого зловония и вспомнила о реалиях средневековой гигиены.

- Отчего тут у вас так пахнет, мэтр Хаксли? – спросила я своего спутника.

- Город, дитя моё, без того нельзя, - добродушно пояснил мне нотариус. – Сама подумай, сколько тут простого народа живёт. Да ты не опасайся, это ближе к окраинам у нас помойки плодятся, как грибы. А вот доедем до главных улиц, там такого уж поменьше будет!

Мы двигались по довольно оживлённым мощёным улицам. Тут и там толклось множество людей: торговцы продавали свои товары, ремесленники работали в мастерских, а чумазые детишки шумно бегали вокруг.

В центре города располагался замок, окружённый рвом с водой. Рядом я заметила готический собор, величественный и красивый. По сравнению с ним наша деревенская церковь, когда-то так восхитившая меня своей архитектурой, теперь казалась жалкой и убогой. Вокруг собора сновали люди, очевидно, пришедшие на вечернюю мессу.

Сказать правду, я была поражена новой, невиданной атмосферой средневекового города. Я понимала, что попала в другой мир, полный тайн и загадок для человека родом из XXI века.

Наконец, мы подъехали к жилищу нотариуса, которое находилось в самом центре города. Дом представлял собой двухэтажное каменное здание с просторным внутренним двором и хозяйственными постройками. Фасад был украшен лепниной, колоннами, арками, что придавало ему внушительный и роскошный вид. Все говорило о состоятельности жильцов дома. Высокие окна обеспечивали хорошее естественное освещение и вентиляцию помещений. Двери и рамы были украшены коваными элементами и витражами, добавляя жилью изысканность и уют. Покрытая черепицей крыша защищала дом от непогоды. Внутренний двор был благоустроен и озеленён, здесь расположились даже маленький фонтанчик, беседки и цветочные клумбы. Высокий каменный забор вокруг дома создавал ощущение уединённости и безопасности.

Семейство любезно пригласило нас внутрь, и я с любопытством осматривалась, покуда гостеприимная Кэрол с гордостью демонстрировала своё хозяйство. Первый этаж дома предназначался для хозяйственных нужд и включал в себя кухню, кладовые и помещения для слуг. Второй этаж был жилым и состоял из гостиной, столовой, кабинета и нескольких спален.

Мэтр Хаксли уговорил музыкантов остаться на эту ночь его гостями, а наутро уже отправляться по своим делам. По его словам, ночёвка на постоялом дворе – удовольствие недешёвое, да и время уже позднее, а он свято чтил долг гостеприимства.

Нас накормили вкусным горячим ужином, а троица менестрелей не отказалась угоститься парой кружек доброго эля. После недолгой беседы за трапезой слуги развели нас по комнатам. Мне досталась уютная спаленка с просторною кроватью и непривычно белоснежным бельём. Утомившись после дорожных приключений, я уснула мгновенно, едва голова коснулась подушки.

Утром все мы, бодрые и выспавшиеся, собрались в хозяйской столовой. Нас ждал завтрак, не менее вкусный, чем вчерашний ужин. Откушав, музыканты засобирались на улицу – им надо было найти место на городской площади для своего выступления. Потом они пообещали ещё раз заглянуть к нотариусу и проститься со всеми.

После завтрака ко мне подошёл отец.

- Послушай, дочка, нам надобно с тобой сходить на рынок да запастись припасами. Негоже хозяев объедать, мы ведь тоже не