Духовная ведьма - Хелен Харпер

а какой ему. Повсюду будут фрагменты плоти, крови, костей и…

— Так, ладно! — сказала я излишне громко. — Спасибо, Клэр.

Винтер вопросительно поднял бровь. Я предпочла не обращать на это внимания. У меня в голове и так крутились яркие образы, мне не надо было усугублять это описанием вслух.

— Есть другой вход? — спросила я.

— Нет, — она помедлила. — Для меня очень важна безопасность. Я всегда заботилась о том, чтобы жить в месте, где есть только один вход. Иначе кто-то мог бы проникнуть внутрь, пока я не вижу, и… — она запнулась.

Может, установить чёртову мину-ловушку? Я в недоумении покачала головой. Колдовство имело больше смысла, чем это. (Прим.: имеется в виду ток-шоу, в котором Иви приняла участие в прошлой книге). Словно я каким-то образом попала на съёмочную площадку в Голливуде, вот только я не была Сильвестром Сталлоне.

— Мне нужно сообщить полиции. И Ордену, — сказал Винтер. — Если дом Клэр Рис заминирован, возможно, дома остальных тоже.

Я выпрямилась.

— Да! Вызови сюда сапёров, пусть разбираются с этим. Мы можем заселиться в отель и оставить это им.

— Не глупи, Иви, — ответил он. — Мы можем обойти дом сзади и поискать другой вход.

Ой-ёй. Неприятное, дискомфортное чувство, вызванное образами разлетевшихся на куски тел, начало усиливаться. Несомненно, Винтер собирался предложить какой-то витиеватый способ проникновения в стиле ниндзя.

— Но Клэр сказала, что дверь только одна.

Уголок его губ искривился в улыбке.

— Иви Уайлд не позволит маленькому препятствию в виде отсутствия двери встать у неё на пути.

Хочешь поспорить? Я открыла рот, чтобы возразить, но удручённое лицо Клэр меня остановило.

— Ладно, — проворчала я. — Но не приходи ко мне плакаться, когда мои зубы будут выковыривать из твоего разбрызганного повсюду мозга.

***

У Клэр не было нормального сада, но за выстроившимися в ряд домами тянулся удобный переулок. Он был на удивление ухоженным. Предполагаю, что её соседи, как и она, заботились о внешнем виде и гордились своими домами. Конечно же, в этом нет ничего плохого. Чистота — залог здоровья. Что бы это ни значило. Но проблема такого подхода к жизни заключается в том, что это никогда не заканчивается. Да, можно найти время выдернуть сорняки из тротуара на улице, почистить плинтуса, убедиться, что в злосчастных углах не скапливается пыль, но вы вынуждены продолжать делать это. Если мне придётся делать это на этой неделе, потом на следующей, а затем ещё через неделю, почему бы не оставить это до следующего месяца? Или года?

Винтер отложил телефон.

— Ты чего пыхтишь?

Я изо всех сил постаралась выглядеть невинной.

— Ничего.

— У тебя такой взгляд.

— Не понимаю, о чём ты.

— Нет, понимаешь, — упорствовал Винтер. — Ты точно так же смотришь, когда начинаешь думать о том, чтобы встать с дивана и заняться безумными делами, например, открыть кому-то дверь или выйти на улицу поработать, чтобы оплатить счета.

Я вся подобралась.

— Что ж, у тебя тоже такой взгляд. Тот, который говорит, что тебе только что пришлось разговаривать с Орденом, и ты втайне хотел бы быть с ними, чтобы чувствовать себя важным и нужным, и чтобы у тебя был миленький, сверкающий жетончик, которым можно перед всеми размахивать.

— В Ордене нет жетончиков, — неодобрительно посмотрел на меня Винтер.

— Могу поспорить, ты хотел бы, чтобы они их ввели. Тогда когда ты захочешь с кем-нибудь поговорить, ты мог бы достать его и предъявить, — я жестами это изобразила. После чего, понизив голос, произнесла: — Рафаэль Винтер. Для вас Адептус Экземптус Рафаэль Винтер. Тайный отдел. Тот Тайный отдел, что в Священном Ордене Магического Просвещения. Я пью чёрный, крепкий кофе. И я грозно смотрю на любого, кто посмеет взглянуть на меня, предварительно не получив разрешения. И мне нравится забираться в здания, где есть большая вероятность взлететь на воздух.

Где-то позади меня сдавленно захихикала Клэр.

Винтер вскинул голову, и в его голубых глазах сверкнуло нечто опасное. Затем тело его обмякло, а плечи ссутулились.

— Иви, — пробормотал он более высоким тоном, чем обычно. — Не утруждаюсь составлять предложения или пожимать руки, потому что это требует слишком много усилий, — он замер. — Подождите, — произнёс он, внезапно встряхнув волосами, — я чую запах пиццы?

Я упёрла руки в бёдра.

— Ха. Ха. Ха.

— Мне надо присесть, — продолжал Винтер. — Я за сегодня прошла по меньшей мере двадцать шагов, и это слишком много.

Я высунула язык, и он ухмыльнулся.

— На самом деле, — произнёс он тихим голосом, словно переживая, что его могут подслушать, — я и правда хотел жетон. Только присоединившись к Тайному отделу, я внёс предложение выдать их всем.

Я содрогнулась.

— В форме ведьмовских шляп?

— Не до такой степени. Они должны выглядеть официально, а не смешно.

— Ну разумеется, — улыбнулась я. — Однажды я внесла предложение платить подростку, чтобы он околачивался у нашего дома и помогал с доставкой. Ну то есть, поднимал еду на вынос до двери.

В глазах Винтера плясали искорки веселья.

Клэр уставилась на нас.

— Я не понимаю, — наконец сказала она.

Я переключила внимание с Винтера и посмотрела на неё.

— Что ты имеешь в виду?

— Это было… — она замешкалась, словно подбирая подходящее слово, — по-злобному. Ты язвила в отношении него, а он — тебя.

Я постучала пальцем по уголку рта. На фоне всей этой фигни с серийными убийцами нам нужно было немного легкомыслия, но я понимала, о чём она.

— Это не что-то злобное, — наконец ответила я. — Это честность. Мы очень хорошо знаем друг друга. Думаю, на самом деле мы говорим, что знаем о худшем друг в друге, и это не имеет значения. Мы принимаем друг друга такими, какие есть, вне зависимости от наших недостатков.

Винтер потянулся и сжал мою ладонь, а Клэр уставилась на меня.

— Думаю, я ненавижу вас обоих.

Я весело сверкнула улыбкой в ответ.

— Я бы тоже нас обоих ненавидела.

Подняв голову,