Разыскиваем маму. Срочно. Том 3 - Лира Алая

— Более чем. Посидишь тут с Кирой?

— Поболтать? С прекрасной леди? Это я всегда готов. Особенно с такими, — гордо возвестил кот, изящно запрыгнув на мою постель.

Соломона я всегда рада видеть. Пушистого Соломона без маскировки, стоит уточнить.

— Особенно с теми леди, которых ты хочешь завербовать, да? — сказал Дитрих, подходя к двери. — Имей ввиду, что у тебя теперь соперники.

— Соперники? Какие? Кроме тебя? Кто? Эй, Дитрих, постой! Бессердечный, — заметил кот, когда Дитрих захлопнул дверь. — И кто тебе работу предложил, пока я отсутствовал?

— Никто, — пожала я плечами. Разве что... Дитрих имел ввиду Лайона? Сказать или нет?

— А если скажешь мне, то я расскажу, что за мужской разговор между Дитрихом и Алексом, — подмигнул мне Соломон.

Этому коту хоть бы капельку этики! Вдруг там то, что мне не следует знать? Планировал меня таким подкупить, да? Думал, что успешно?

Ну и правильно думал.

— Лекарь Лайон, подозреваю, — тут же сдала я.

— Старый пройдоха. Даже не старый, древний. Древнейший! Уже пыль с костей сыпаться должна, а он все тут же — ценные кадры к себе заманивает!

— Выглядит он слишком хорошо для древнейшего, — заметила я справедливости ради.

Тогда и меня престарелой назвать можно, если Лайон для Соломона древний.

— Выглядит он хорошо, но знаешь, сколько ему лет? Ему Дитрих годится в прапраправнуки. Примесь эльфийской крови превратила его в долгожителя. Очень умного долгожителя, — разочарованно пробормотал Соломон. — Такого не обмануть, не подкупить. Он у меня уже забрал однажды ценный кадр! Ладно, не будем о грустном.

— Будем о том, о чем ты мне обещал рассказать, — охотно поддакнула я. — Что за разговор у Дитриха с Алексом?

Глава 9. Часть 4

— Да какой там разговор! — Соломон махнул лапой, пытаясь подражать человеческому жесту. — Прорыдается после наказания в башне рядом с близким человеком, который поддержит и утешит. Надо же Алексу сбросить все негативные и разрушающие эмоции. При Эве не может — боится испортить свою репутацию крутого старшего брата, при Амелии не станет, потому что та потом будет подкалывать его на тему, какой же ее братик нюня, а у Дитриха на плече — самое то. На моем бы тоже мог поплакать, но сопли с шерсти смывать немного проблематично.

— А плакать обязательно? — удивилась я. — Неужели наказание доводит до такого? Тогда разве нормально подвергать ребенка подобному?

Я уже задавала этот вопрос Дитриху, но и услышать ответ Соломона не отказалась бы.

— Воспитание маленьких магов — вообще сложный процесс, — заметил Соломон, взбираясь на мои колени. — Есть аристократы, которые считают, что их дети должны быть железными. Несгибаемыми. Никаких истерик, слез, криков. Даже если ты прошел наказание в башне, даже если тебя похитили, на твоих глазах убили любимую собаку... Держи себя в руках. Аристократы сходят с ума, пытаясь вылепить из своих детей идеальных наследников. Дитрих не такой. Ему важно, чтобы его племянники были счастливы, чтобы груз ответственности не придавил их и не сломал их личность. И их способность радоваться этой жизни. Но в то же время нужно, чтобы они не превратились в избалованных наследничков. Тут очень тонкая грань. И то, как Дитрих выстраивает воспитание... Ну, я считаю это идеальным. А у меня большой опыт в этом.

— В чем этом?

— В понимании того, как нужно воспитывать детей, чтобы у них все было хорошо.

— И откуда? — Чем дальше, тем интереснее.

Надеюсь, Соломон не с котятками сравнивает детей?

— Кира, я же говорил, как я работаю? Я проникаю в дома, втираясь в доверие к женщинам и детям. Расследую преступления, ищу виноватых, собираю доказательства вины или доказательства того, что человек не виноват в преступлении. Я видел много аристократических семей. И я видел, как разное воспитание влияет потом на маленьких магов. Не так уж много таких, как Дитрих, которые хотят, могут и умеют правильно выстраивать взаимоотношения, не опускаясь до потакания, но и не превращаясь в домашних тиранов и надсмотрщиков. Так что тебе не о чем волноваться. Дитрих точно знает, где наказать, а где похвалить, где отругать, а где обнять и утешить. Очень редкое для мужчины качество, — подмигнул мне Соломон. — И прекрасное свойство отца и мужа. Его жене повезет.

Соломон закончил и посмотрел на меня весьма выразительно. Маленький пушистый сводник! Тут даже самый непонятливый и глупый человек понял, на что намекают.

— Да, повезет, — согласилась я.

— Главное, чтобы она не упустила удачу.

— Конечно.

— Удачу, которая не просто упала ей в руки, а запрыгнула туда, — продолжил Соломон.

— Конечно-конечно, — со смехом согласилась я.

Наш весьма оригинальный диалог прервал стук в дверь. Наверняка Алекс. Соломон сам спрыгнул с моих колен, а я встала с постели, быстро оглядела себя в зеркале — выгляжу прилично, хоть платье, в котором я лежала, немного примялась, и пошла открывать дверь.

На пороге и впрямь стоял Алекс. Тихий, немного неуверенный и с очень робкой улыбкой. Я бы сказала, даже попыткой этой улыбки.

— П-привет, — неловко сказал он.

Глава 9. Часть 5

И чего он такой пришибленный?

— Алекс? — позвала я.

— Эм... — Мальчишка не смотрел на меня, отводил взгляд.

— Давай заходи. — Дитрих появился позади Алекса и подтолкнул его в спину, из-за чего тот сделал неловкий шаг в мою комнату. — Кира не злится. Ну, то есть, возможно, злится немного, я прям точно сказать не могу, но гарантирую, что она тебя не ненавидит. Так что заходи, не бойся.

— Да я зайду, дядь, зайду, — пробурчал Алекс себе под нос. — И ничего я не боюсь.

Дитрих