Алиса Эльфман - Сердце куклы

Девушка продолжила идти вперед, не оглядываясь, разве что чуть замедлила шаг. Она даже не подумала о том, что рискует. Если преследователь и был обычным человеком, довольно было одного золотого колечка на его пальце, чтобы порядком поубавит шансы Долл (да и любого другого вампира) на победу в схватке. Но девочка хотела играть, и доводы разума не особенно волновали ее.

Когда чьи-то руки обхватили ее сзади, вампиресса начала сопротивляться; совсем немного, чтобы игра казалась правдоподобней. Но глаза блондинки удивленно расширились, стоило ей увидеть лицо нападавшего.

— Ты? — нахмурилась вампиресса, как только поняла, что в нее вцепился Томас Крэйн.

— Говори, что ты сделала с Элисон Гудвилл? И почему на тебе ее цепочка? — для большей убедительности парень сильно встряхнул Долл.

— Не знаю я никакую Элисон, — буркнула та. Вампирессе ее затея уже не казалось такой занятной.

Разозленный Том еще раз тряханул Долл и прошипел ей на ухо.

— Не смей мне врать, вампирша.

Долл громко и насмешливо фыркнула, хотя внутри у нее все перевернулось.

— Мальчик, по-моему, ты насмотрелся фильмов о Ван-Хельсинге! Может пора повзрослеть и….

Девушка невольно замолкла, потому что ей в грудь уперся хорошо заточенный колышек. Она испугано уставилась на него, но моментально успокоилась. Самодельный кол был сделан из безобидного дерева! Нет, как же все-таки хорошо, что Старейшие из вампиров додумались распространять среди смертных различные байки. Самое интересное, что им и стараться особенно не пришлось: хватило маленького толчка, а остальное люди напридумывала сами. Отдельное спасибо Брему Стокеру и Стефани Майер…

Долл могла бы еще поиграть в перепуганную жертву, пойманную "бесстрашным охотником". Но Томас сильно разозлил ее, и если до выходки с колом его поведение казалось вампирессе довольно забавным, то теперь… На заметку: не стоит лезть к Бессмертному, если не уверен в своем оружии на сто двадцать процентов.

Одной рукой Долл крепко схватилась за колышко — под натиском Бессмертной дерево рассыпалось практически в труху — а другой стиснула шею парня, к его счастью, не с таким усердием.

Позже, Долл жалела о том, что совершила дальше. Единственным ее оправданием было то, что она успела проголодаться, а голодный и взбешенный вампир — это поистине убойное сочетание… для любого их смертных.

Как бы там ни было, но ровно через две минуты Томас Крэйн валялся на земле, с грубо погрызенной шеей.

"Вот Дьявол!" — растерянно подумала Долл, — "Мне опять нужно думать, куда деть тело".

Глава 10.День всех вампиров

Летучие мыши, тыквы, жуткие костюмы и походы за сладостями — вот атрибуты современного Хэллоуина. Но это далеко не все. Самхайн, Канун Зимы, День, когда границы между жизнью и смертью, реальным и волшебным миром истончаются — вот чем на самом деле является Хэллоуин.

Испокон веков в этот праздник люди надевали страшные маски, чтобы обмануть темных существ, притвориться ими. Однако мир изменился, и теперь Дети Ночи сами прячутся среди людей. Правда, не в эту ночь. Во время Самхайна, вампиры могут быть собой, не вызывая при этом подозрений.

В этом году Хэллоуин выпадал на воскресенье, но почти все празднования начинались в вечер субботы. В одной из элитных квартир в центре Чикаго Лера Дарова уже занималась финальными штрихами своего наряда. И в это же время, на другом конце города двое Охотников, совершенно не похожие брат с сестрой… тоже готовились к празднику. По-своему.

Флай облачилась в обтягивающий комбинезон, расписанный под змеиную чешую. Этот костюм был достаточно удобен, практически не стеснял движений, но и него был существенный минус.

— И куда мне девать меч? — прорычала Флай, безуспешно (в который раз) пытаясь запихнуть золотое оружие в тесное голенище сапога. Это получилось бы у нее, не будь у меча такой объемной рукояти — она упорно отказывалась помещаться в обуви.

— Выдай его за часть костюма, — посоветовал Антон. Судя по плащу и маске-очкам, он представлял собой Зорро, — Тем более что оружие из золота не выглядит угрожающе.

Его сестра, обессилено свалившаяся на старенький диван, однако нашла в себе энергию, для возмущенного фырка.

— А может нам сразу повесить на себя плакаты: "Охотники на вампиров"? И красный крестик на шее нарисовать — чтоб кровопийцы уж точно не промахнулись? — Флай снова стояла на ногах, примеряю перед зеркалом серебристо-зеленую маску, — Ей Богу, братик, поражаюсь я твоей наивности. Мы идем в клуб, где восемьдесят-девяносто процентов посетителей — живые мертвецы. Думаю, не стоит заявляться туда в полном боевом облачении — до кого-нибудь может дойти, кто мы и зачем пришли.

Антон вздохнул. Он любит сестру, но порой она бывает такой стервой!

— Я просто высказала то, что думаю, — парировала Флай так и не высказанное обвинение, — И если я — стерва, то ты — жалостливая тряпка.

— Не правда! И прекрати, пожалуйста, лезть в мою голову.

Охотница лениво рассмеялась.

— А мне это и не нужно. У тебя на лице написано все, что ты обо мне думаешь.

Продолжая шнуровать высокие армейские ботинки — конечно, они несовсем соответствуют костюму, зато удобно! — парень покачал головой.

— Сколько веков должно пройти, чтобы ты перестала выпендриваться, а Стрекоза?

— Столько не живут, — Флай бросила на брата выразительный взгляд, — А с нашей "профессией", тем более.

Да, сегодня они были на взводе. Шутка ли, отправиться на вечеринку, полную нежити. Никогда раньше им не доводилось сталкиваться с таким скоплением вампиров в одном месте. Никогда, кроме разве что…

— А помнишь в Египте?.. — Охотница прикрыла глаза, оживляя в памяти яркие образы их прошлого.

Антон сдержано кивнул. Конечно, он ничего не забыл. Трудно им пришлось в тот раз. Тогда они не были такой слаженной командой, как сейчас — со временем начинаешь предчувствовать действие напарника на секунду раньше, чем он его совершит. А Антон отлично знал — в сражении с вампиром и одна секунда может стоить кому-то жизни. Той ночью в долине Нила, он чуть не погиб. Если б не сестра, вовремя отсекшая египетскому упырю голову, Охотник на своей шкуре испытал, куда отправляются "Бессмертные" после смерти, как бы странно это не звучало.

— Было холодно… — прошептала его сестра, погрузившаяся уже в видения прошлого. Зачем она это делала? Ответа Флай не знала и сама. Но что-то подсказывало ей — та битва в Египте могла бы помочь им выжить и на этот раз. — В пустыне ночи всегда студеные, стоит солнцу скрыться за горизонт, как весь жар нагретого за день песка куда-то испаряется, будто по колдовству. Уходит солнце — и тогда появляются Они. Сколько лет местные жители в страхе не спали по ночам, ведь те, кто засыпали, потом могли и не вернуться. Люди зажигали огонь — много огня, что бы хоть как-то отогнать ту тьму, тот ужас, что уже давно не давал им покоя… — Флай замолкла на мгновение, глаза ее были уже открыты, но она видела совсем не маленькую квартирку, что снимала с братом. — Обычно не многие умирали за раз — один-два, не больше трех человек. Но в этот раз все должно было быть по-другому… Смерть могла прийти любым путем и в любом обличье. Помнишь, девчушка, совсем малютка, лет пяти-шести, не послушалась старших и прикорнула в уголке? А на утро ее нашли обескровленной, с разорванным горлом. Хотя в дом не заходил никто посторонний — вампиры владели искусством убивать свою жертву в тонком мире, мире снов. Египтяне умели проводить специальные обряды, чтобы мертвые не могли зайти в их жилье без приглашения. Да, старые байки имеют под собой вполне реальную основу…