Наследница забытой усадьбы - Джулия Поздно

— Что вы имеете в виду?

В голосе дракона прозвучало любопытство.

Я встала из-за стола. Легким движением руки поправила прическу, томно вздохнула.

Посмотрела в сторону служанки, в ее глазах читалось недоумение. Перевела взгляд на Максана.

— Я про обезьян. Если более конкретно могу назвать ту самую.

— С нетерпением жду. Не понимаю при чем тут обезьяны… И кого надо назвать?

— Шимпанзе… Ах, что-то стало жарко. Пора на утреннюю прогулку. Было приятно пообщаться.

— При чем тут…

Сделала вид, что не слышу. Повернулась к нему спиной и быстро покинула зал.

Через несколько минут буквально влетела к себе в комнату. И только тут выдохнула.

Надо признать, что на этот час мой план потерпел крах. Ни одного комплимента, ни одного восторженного взгляда. Но был и маленький плюс — любопытство в его голосе. Довольствуюсь пока и этим.

Расслабляться было некогда. На сегодня у меня была запланирована верховая езда.

Я переоделась. Надо отдать должное ­— костюм сидел, как влитой и делал меня просто неотразимой. Уж если я сама залюбовалась отражением в зеркале, то что уже говорить об окружающих. Изменила прическу под шапочку-котелок. Запустила руку в ящик с украшениями и вытащила галстук-брошь из атласной ленты и большой овальной жемчужины. Тут же закрепила ее на вороте блузы. Теперь основная задача, незаметно покинуть усадьбу. В доме был еще один выход, с обратной стороны. Чтобы им воспользоваться нужно было пройти мимо кабинета Максана.

Я подошла к дверям. Приоткрыла их и выглянула в коридор. Никого. Быстрой тенью метнулась по коридору. У кабинета замедлила шаг и буквально на цыпочках прокралась дальше. У самого выхода, лорд Лерджи открыл дверь. Наверное, все-таки услышал шаги. Но я успела уже выйти на спасительные ступеньки, с которых спустилась вприпрыжку и почти бегом отправилась на задний двор к запасной калитке.

Еще несколько минут и я в назначенном месте.

— Добрый день, леди Ильена.

Поприветствовал меня новоиспеченный учитель верховой езды, средний сын владельца таверны.

— Добрый день, Уильям.

Вся эта затея обошлась мне в одну бульбани. Отец Уильяма был зажиточный человек, но не прочь был увеличить свое благосостояние. Ему даже очень понравилась идея пристроить среднего сына, которому было всего шестнадцать лет, к какому-либо делу, так как в таверне тот отказывался помогать и целыми днями пропадал на конюшне. Мы быстро «ударили по рукам». Для моих занятий подобрали молодую кобылу со спокойным нравом, и вот уже почти две недели я успешно ездила верхом, под чутким руководством Уильяма. Иногда мне даже стало казаться, что под очень «чутким». Парень явно пребывал в том возрасте, когда другой пол вызывал в нем живой интерес. Но я всячески подавлял его порывы и направляла наше общение только в деловое русло. Не хватало, чтобы Уильям еще втюрился в меня. Совсем малыш.

— Вы так и будете продолжать ездить в мужском седле? — уточнил он.

— Вне всяких сомнений. Наступят времена, когда каждая женщина будет ездить только так. Во-первых, так безопасней, согласись… Во-вторых, ну не могу я ездить боком. У меня так голова отвалится вертеть ею во все стороны.

— Тогда продолжим. Я думаю, сегодня можно пробовать галоп.

— Всегда мечтала об этом.

Глава 12

— Уильям, как поживает ваша матушка.

Лошадь Уильяма шла бок о бок с моей. Поэтому я нарушила молчание и решила завести легкий разговор.

— Все хорошо, леди Шорсли.

— Никогда не видела ее в таверне, только вашего отца.

— Так она там и не бывает. У нее другая работа, она писарь.

— О! Интересно. Обычно женщины ведут хозяйство, растят детей, помогают мужьям…

— Ну да. Так и есть. Но, помимо этого, она еще делает записи: записи брака, рождения детей, посмертный учет…

При последних словах я дрогнула и поспешно перебила парня:

— Это важно. Нужное дело для истории.

Но Уильяма было теперь сложно остановить.

— А еще… Ночами она занимается самым любимым делом. Разгадывает незнакомые буквы, знаки, рисунки. А потом вечерами иногда читает нам или пересказывает то, что узнала. Недавно…

Сердце бешено заколотилось в груди. Вот оно — провидение свыше.

— Как интересно! Жаль, что я не слышала этих чтений.

Уильям воскликнул:

— Так приходите сегодня вечером. Матушка будет рада познакомиться с вами. И я.

— Спасибо. Но не стесню ли я вас своим присутствием?

— Нет. Сто тысяч раз — нет! А вот и дорога для галопа.

Мы выехали на окраину. Дома остались далеко позади. Впереди было огромное поле, вдоль которого узкой змейкой вилась укатанная дорога.

— Здесь и кобыла легко пойдет и вам проще в управлении.

На словах я приблизительно понимала, что должна делать. Но это как в автошколе: ты уж знаешь теорию, но без практики все сводится к нулю, даже если ты получил права. Так и здесь.

— Уильям, я все помню. И про заднюю ногу кобылы, и про свои действия…Но мне страшно. А вдруг опять упаду.

— Бояться нельзя. Страх плохой советчик. У вас все получиться. Тем более я всегда рядом.

Его слова меня успокоили. Я собралась с мыслями, приготовилась.

— Вы готовы?

Я кивнула. Ногами слегка ударила по бокам лошади, как бы «подняла» ее бедрами. Таким образом с шага перешла в галоп. Все произошло достаточно мягко и тихо. Душа ликовала. Вот оно — единство всадника и лошади. Из моей груди невольно вырвался возглас ликования.

Уильям вырвался слегка вперед, и я следовала за ним. Какая вокруг красота! Все это вскружило голову и в порыве чувств я поддала жару.

Кобыла понеслась во весь опор. Меня достаточно сильно стало подкидывать в седле, я стала заваливаться на бок. Неужели все повторится опять? Ну уж дудки! Я откинула панику, и с огромным физическим усилием вернула себя в вертикальное положение. Управляя поводьями, перевела кобылу с галопа на рысь, а затем на шаг.

— Уильям, ты видел? Я смогла! Я сделала это!

— Вы страшно меня напугали. Вы почти свалились с лошади…

— Было так сложно вернуться в седло, — радостно тараторила я.

Обратный путь был спокойный и короткий. Не успела оглянуться как наше путешествие подошло к концу. У окраины расстались с Уильямом.

— Ждем вечером к нам в гости, леди Шорсли, — напомнил он.

«Славный малый», — подумала я. Если бы он только знал, с каким нетерпением я буду ждать вечера. Возможно, эта