Екатерина Олина - Секунда меняет жизнь

— А почему ты меня туда не пустил?

— Я знал, что там будет один из них, и не хотел тебя светить перед ними.

— Как видишь напрасно, — улыбнулась я, — я и так засветилась.

Мы оба замолчали на минуту, затем я добавила:

— Поедем обратно? — Я подошла к машине.

— Да, — Саша снова выкинул недокуренную сигарету, и мы поехали назад.

Павел хмуро слушал рапорт Саши о нашем выезде и встрече с конкурентами, а точнее сказать с теми, кто подкинул нам работу.

— Так значит, ты знакома с Анайдейе, — проворчал Павел, — а не просто смотрела за его псом.

— Я и не скрывала этого, — просто проговорила я.

— Он даже поздоровался с ней, — выпалил Саша.

Павел побледнел. Я удивленно посмотрела на Сашу.

«Я десять лет тут работаю, и он только рычал в мою сторону», — мысленно ответил мне напарник.

«Может, потому что я девушка?» — так же мысленно поинтересовалась я.

«Да хоть Папа Римский», — рыкнул он на меня.

— Ты правильно сделал, что не пустил ее с собой, — вдруг выдал Павел.

— Почему? — удивилась я.

— Если бы он увидел тебя в деле, тебя бы уже постарались переманить у нас, — Павел явно нервничал.

— Я все никак не пойму, — съехидничала я, — вы конкуренты или партнеры с «Электрой»?

— Партнеры, — нехотя проговорил Павел, — но мы светлые, мы помогаем, а они темные, они пакости делают, но во имя справедливости.

— Ясно, — я махнула рукой. — До завтра.

— Скорее до вторника, — поправил меня Павел. — Во вторник жду тебя и Сашу у меня в кабинете.

— Интересно, — протянула я.

— Кстати, — оживился Павел, — идите к Галине, она вам выдаст зарплату.

Саша сразу же повеселел и, попрощавшись, вышел из кабинета. Я решила задержаться. У меня был еще вопрос:

— А как идет дело с Таней?

— Ааа… мы работаем, — немного растерялся Павел, — у нас пока руки не дошли, — он начал рыться в каких-то бумагах на столе, давая этим самым понять, что разговор закончен.

— До свидания, — сказала я и вышла.

Я вышла из кабинета и застала Сашу с конвертом в руках. Вид у него был более чем довольный.

— Распишись, — потребовала Галина Николаевна и постучала ручкой по большой книге учета или как она там называется.

Саша отмер и расписался, я тем временем подошла к столу.

— А для меня есть что-нибудь? — я мило улыбнулась.

— Получи и распишись, — так же мило улыбнулась мне Галина Николаевна.

Я выполнила ее указание, и она вручила мне совершенно белый довольно пухлый конверт. Я открыла его и чуть не выронила. В конверте лежала явно не моя зарплата за четыре дня работы. Там были пятитысячные купюры. Тысяч пятьдесят не меньше.

— Вы уверенны, что это мой конверт? — неуверенно спросила я.

— Поверь мне, — мягко проговорила женщина, — я никогда не ошибаюсь. Надень во вторник что-нибудь удобное и возьми зонтик. До вторника.

— До вторника, — ошалело произнесла я, — спасибо.

На улице напарник довольно курил. Если я столько получила меньше, чем за неделю, то сколько тогда получил он? Я покосилась на Сашу.

— Удивлена? — язвительно спросил он, не глядя на меня.

— Да, — отозвалась я.

— Это еще только начало, — он выбросил недокуренную сигарету в урну, и больше не говоря ни слова сел в машину и уехал.

Я села в свой «Туарег» и покатила домой. Надо бы обновить запасы еды, но сначала заеду домой.

На стоянке у дома я увидела машину Валеры, но самого владельца было не видать. Я в темпе марша выскочила из машины и почти побежала в подъезд. Там и увидела бывшего. Он ругался с консьержем и с охранником. Все замолчали при моем появлении.

— Привет, сладкая, — промурлыкал Валера и направился в мою сторону.

— Вызвать милицию? — спросил меня охранник.

— Нет, — вздохнула я, — я сама разберусь.

— Давай, — навис надо мной громила-Валера, — разберись со мной.

— Послушай, я устала… — начала я, но меня перебили.

— Детка, не ломайся, — Валера взял меня за руку, я хотела высвободить ее, но не тут-то было.

— Валера, — я посмотрела ему в глаза, — хватит! Хватит за мной бегать и унижаться! Хватит!

Последние слова я прокричала ему в лицо. Резко рванула руку и, освободившись, поспешила к лифту. К моему величайшему удивлению и, не скрою, облегчению бывший не пошел за мной. Он стоял в той же позе, словно застыл. До него видимо не дошло, что я вырвала свою руку из его, потому что он все так же стоял, словно все еще сжимал мое запястье. Открылись двери лифта, я быстрее зашла в него и нажала кнопку своего этажа. Прижалась спиной к стенке лифта и потихоньку пришла в себя.

Дома было не легче. Олег встретил меня в одних шортах, поверх которых был повязан передник.

— Извини за мой вид, — наигранно смутился он, — я не думал, что ты так быстро вернешься.

— Ничего страшного, — бросила я. — Дэй.

Собака не заставила себя ждать. Дэймос появился с видом совершенно несчастным и недовольным, мол, хозяйка совсем забросила бедную зверюшку.

— Иди сюда, — улыбнулась я собаке, — сейчас пойдем гулять.

Пока Олег соображал, что сказать, я уже закрыла дверь. Так один сидит в квартире, другой ждет на улице. Что же предпринять. Сейчас со мной Дэй и я смело пошла к лифту.

Когда мы с Дэймосом спустились вниз, Валеры уже не было. Ура! Гора с плеч. Но открывать шампанское и праздновать свободу еще рано. Он ведь может поджидать меня снаружи.

Но нет, нигде его не было. Ни его, ни машины. Даже странно. Может, Валера, наконец, понял, что я вовсе не его судьба и не надо так настойчиво меня добиваться?! Что ж… Надеюсь…

Погуляли мы не плохо. В лесу никого не было. Дэй как-то вяло себя вел. Видимо обиделся, что я оставила его с чужаком. Когда он совсем загрустил и просто лег на землю, я присела на корточки рядом с ним. Погладила по спине, потом по голове. Дэй держался и игнорировал меня. Я потрепала его за шею, ноль эмоций. Повалила его на бок и начала гладить живот и все… броня дала трещину. Он сразу мне все простил. Мне ли не знать его слабых мест… когда я встала, Дэй вскочил и заметался вокруг меня. Я нашла палку и следующие двадцать минут я кидала ее, куда только можно, и мой верный лапочка приносил палку обратно. Потом он пытался вырвать ее из моих рук. Так мы с ним, давно не играли. В последний раз, помню, это было год, если не больше, назад. Сейчас он с легкостью отобрал у меня палку и, по-моему, сам этому очень удивился, а вот я нет. Чему удивляться, когда из славного милого щеночка выросла такая махина. Мышцы и кости… ну и небывалое обаяние.

Выплеснув лишнюю энергию, мы пошли домой. Проходя мимо парковки, я снова заметила машину Валеры. Он, увидев меня, тот час вышел из нее и достал с заднего сиденья розы. Три белые розы. Я обомлела. Он еще ни разу не дарил мне цветы.