Мириада - Ирина Владимировна Колмакова

— Вообще идея с рыбалкой отличная! — похвалила Николая Майя.

— Идем с ночевкой в одно очень классное место под Дорогобужем. Ловить будем на самом Днепре. Погода пока позволяет. Нам надо увезти твоего отца подальше от города, чтобы было меньше соблазна вернуться в тот же день домой. Конечно, у нас в Смоленске есть свой Днепр, мы могли бы ловить и здесь. У нас река не хуже, чем под Дорогобужем, она и пошире и поспокойнее. А там место не людное, узкое совсем, близкое к истоку Днепра.

— Нам нужна палатка, — заметила Майя.

— Спальные мешки я добуду, палатка у меня есть. Батю беру на себя: как только приедет, сразу звони или пиши эсэмэску, я зайду к вам. Вот и посмотрим, права ли ты, что у него просто стресс после рейса и он запоем его снимает.

— А у тебя есть другие предположения? — ухмыляясь спросила Майя.

— Есть. Он просто пьяница! — тут Николай рассмеялся, крошки хлеба посыпались у него изо рта.

— Ну спасибо! Что ты вообще понимаешь! — сказала с досадой Майя.

— Уж побольше тебя, дева моя юная! — парировал Николай.

Они позавтракали, и Майя все-таки потискала прятавшегося за занавеской кота, который испуганно смотрел на нее как на исчадие ада. Видать, в прежние времена ему тоже досталось от нее. Потом Николаю позвонили с работы, и он ушел разговаривать в комнату за стеной. А Майя решила помыть посуду — неудобно было вот так просто уйти из гостей, не попрощавшись. Кухня была такая же небольшая, как и у них. Здесь стоял старый кухонный гарнитур орехового цвета, доставшийся ему, наверное, еще от родителей. Зато вся техника была современной. А еще Майе понравилась лампа темно-зеленого цвета: она напоминала большой советский таз, но без ручек и светила очень ярко. По вечерам, когда темнело, лампа очень красиво смотрелась с улицы. Большой теплый свет лился из нее потоком и казалось, в этом доме очень тепло и уютно.

Николай вернулся на кухню, всё еще продолжая говорить по телефону. Обсуждая с коллегой какие-то детали, он опустился на четвереньки перед дверцей кухонного гарнитура, где была раковина, и вынул оттуда какие-то синие свертки. «У меня их пять», — сказал он в трубку. «Хотя подожди, нет, их шесть». Здесь он обратился к Майе:

— Принеси мне из шкафа в комнате вот такой же сверток. Он там в самом низу лежит, справа.

— Из какого шкафа? — уточнила Майя. Этот вопрос ввел Николая в ступор. Он обещал перезвонить и нажал кнопку «отбой». Затем поднялся, подошел к Майе и, глядя ей в глаза, спросил:

— В какой комнате у меня платяной шкаф?

Майя растерянно пожала плечами в ответ и подумала, что спросонья сделала очередную глупость. Надо было пройтись по комнатам и найти этот шкаф, вряд ли у него их много. Николай положил ей свою руку на плечо и спросил:

— Майя, ты не помнишь, где у меня шкаф?

— Нет, — Майя опустила глаза.

— Значит, и историю со шкафом ты тоже не помнишь. — утвердительно сказал он.

— Извини, я тогда соврала, — ответила Майя.

— Я так и подумал.

— Почему? — спросила Майя.

— Потому что я полицейский и чувствую, когда люди врут. Скажем так, я многое подмечаю в поведении людей. Может, тебе к врачу сходить, сделать обследование? Хочешь, я всё организую? Скажи-ка, ты много чего не помнишь?

— Я не помню некоторые эпизоды, но врач сказал, что это нормально для такой травмы и со временем память восстановится.

— Хорошо, если так, — ответил Николай.

Майя, сославшись на дела, попрощалась и быстро ушла. В своей комнате она села на кровать и задумчиво смотрела на пробегающих за окном людей. Произошедшее немного расстроило и смутило ее. Общаться с Николаем ей очень нравилось, между ними с каждым днем росла дружба. А еще он стал первым ее настоящим другом в этой новой жизни: надежным, умным, интересным. Его доверие дорогого стоило, она понимала это. А теперь он поймал ее на вранье. Может ли подобная неправда оттолкнуть его? Что если он почувствует, что она все время врет? А ведь ей придется так делать, ведь она — это она, а не прежняя Майя.

Было и еще кое-что. Самой себе она должна была признаться, что влечение к Николаю она все же чувствовала. Молодое тело давало о себе знать, хотя она старалась не думать об этом. «Николай считает, что он старше меня на двенадцать лет, а на самом деле все с точностью наоборот. Это я старше на двенадцать лет». Поразмыслив так какое-то время, Майя решила с этого момента всегда отвечать на вопросы Николая честно. Если он будет спрашивать про что-то из прошлой жизни Майи, она будет говорить, что не помнит. В конце концов, это же будет правдой.

Спустя три дня из очередного рейса вернулся Михаил Валерьянович. Дети радостно встречали его в коридоре, висли у него на шее, предвкушая завтрашнюю прогулку в Лопатинском саду. А Майя сразу позвонила Николаю. У того уже всё было готово: он взял у знакомых еще пару удочек и привел в порядок свою палатку. Тем же вечером, пока Майя разговаривала с Любой по телефону, Николай успел забежать к ним домой и договориться с отцом о рыбалке. Они условились, что послезавтра он будет ждать их в восемь утра во дворе дома у своей машины. Их задача — соответствующе одеться, обязательно взять сапоги и что-то из еды. Анна Павловна удивилась, куда это они втроем собрались и зачем с ночевкой. До Дорогобужа полтора часа пути, каких-то девяносто километров, почему бы не вернуться в Смоленск в тот же день? Но Майя сказала, что мечтает о приключениях. Это же так интересно, провести ночь в палатке на берегу реки, а одна с Николаем она не хочет. Анна Павловна лишь усмехнулась, напомнив Майе о ее подростковой влюбленности в соседа.

На следующий день Майя поднялась в семь утра, с трудом разбудила Михаила Валерьяновича. Завтракать уже не было времени, поэтому они быстро оделись и вышли во двор. Накануне она одолжила у Любы старую демисезонную куртку, ей было жаль надевать на рыбалку недавно купленные вещи. А Михаил Валерьянович был одет в какую-то потрепанную куртку цвета хаки и такие же видавшие времена штаны. Когда они вышли на улицу, Николай уже копошился в багажнике своей машины. Они поздоровались с ним, положили общий на двоих рюкзак, а затем расселись по местам. Майя разместилась на заднем сиденье автомобиля, а Михаил Валерьянович сел вперед. Николай проверил колеса, и они двинулись в