Дочери Кассилиуса - Лилия Швайг

и была. Иди занимайся своими делами. Думаю, у тебя и без меня полно работы.

— Нет… Я либо развлекаюсь, либо путешествую по мирам.

— Ага…Так и поверила тебе. Будто Бог?

— Почему будто? Я и есть он.

Я рассмеялась на такое заявление, но видимо, он был на полном серьезе, ведь смеялась только я. Какой Бог? Не верю! Бог — это святое, а у него все наоборот. Точно вылитый дьявол.

— Не верю, — сказала твердо.

И глазом не успела моргнуть, как нас укутала дымка. Я вздрогнула и стала смотреть по сторонам. На инстинктах сделала несколько шагов назад. Но потом все исчезло, и мы оказались в красной комнате. В той, где мне пришлось заключить сделку и пожертвовать своей свободой.

— Помнишь, что теперь твоя свобода в моих руках? — спросил он, улыбаясь и смотря из-под ресниц…

— Помню…

Он сделал шаг вперед и коснулся моего подбородка пальцами. Я вздрогнула, но и с места не сдвинулась. Ведь раньше надо было думать о том, что я предлагаю. Назад пути уже нет и точка.

Неожиданно Белоснежка наклонился вперед и коснулся губами моей щеки с клеймом. По телу пробежали мурашки, и я сжала ладони в кулаки и прикрыла глаза. Его действия были приятными.

Провел носом по звезде и теперь коснулся губами подбородка, а затем и губ. Его сладкий поцелуй вызывал во мне трепет и желание коснуться его в ответ. Я подняла руки и обняла его за шею.

Он заставляет мое сердце биться чаще. Вызывает во мне бурю эмоций, с которыми я просто не могу совладать. Где-то там внутри понимаю, что должна его опасаться, но не могу. Не могу понять, что хочу от самой себя.

Белоснежка смотрел на меня своими пронзительными синими глазами, которые видели душу изнутри, и улыбался завораживающей улыбкой. Я вновь захотела его поцеловать. Почему?!

Глава 33

Прошло четыре дня… Четыре дня нашей безудержной страсти. Все могло продолжаться дальше, но я этому помешала. Просто взяла и сбежала, на пятый день. Сама не понимаю, как получилось легко его провести. Считай, соврала, но получила свободу.

Неприятно думать о том, что он поверил мне, поэтому и отпустил. А я обошлась с ним так ужасно. Предала, хотя только-только получила доверие. Надеюсь, причина была далеко не в этом…

Почему бросила его? То, что испытывала рядом с ним, пугало меня. Собственническое желание всегда быть рядом. Я влюблялась в него, и этого больше всего не хотела. Зачем мне страдания? Лучше ведь жить без проблем… Конечно, каждому свое, но это не для меня.

Моя жизнь в его руках, и кто знает, что он с ней сделает. Использует меня, а потом уничтожит?!

Я нарядилась в длинное платье и вышла на площадь. Погода радовала, а в такой одежде никто не узнает меня. Примет за обычного жителя, ведь я ничем не выдаю себя и не хочу это.

Со мной опять произошли изменения. Черный рисунок на щеке изменился, поменяв свою форму на цветок, больше похожий на розу. Розовые рисунки тянулись от виска к щеке, потом к шее, груди, животу и ногам.

Я не задумывалась, что это значит, потому что не было времени. А сейчас хочу зайти в книжную лавку и покопаться в старых книгах. Надеюсь, ничего серьезного нет и самое худшее, что было на моем теле, это только то клеймо.

Шла и думала о том, что делать дальше. Как себя вести с этим Богом? Или мы больше не встретимся? Может и нет, но что делать с сестрой? Она видела меня в действии, разочаровалась, наверное, во мне. Считает монстром, убийцей. О такой сестре никто и не мечтает.  К н и г о е д . н е т

Гуляла, пока не услышала, как меня зовут. И не абы кто, а сестра. Что она тут делает? Будто знала, что я думаю именно о ней. Но не будет ли опасно на людях показывать свои чувства?

— Кристина! Кристина!

Обернулась и увидела, как она направляется ко мне. Жителей было немного, но и те оборачивались в нашу сторону. Ну и пусть! Я смогу защитить сестру, да у нее и без меня есть своя охрана. Лиза подошла ближе и обняла меня. Я же не удержалась и тоже заключила ее в медвежьи объятия.

— Прости меня, пожалуйста, я не знаю, что на меня нашло. Была очень рада, что ты нашла меня, но, когда узнала, про твое клеймо, просто боялась, что ты уйдешь. Бросишь меня, вот и злилась. Поступаю эгоистично, но я так боюсь тебя потерять. Прости… — говорила, чуть ли не плача.

— Все нормально, я простила тебя.

Да, вспылила сначала, но понимаю, что она единственный родной человек для меня в этом мире. Как бы не злилась, Лиза всегда будет моей сестрой.

— Знаешь, когда я увидела тебя на площади…

— Да, это ужасно… — перебила ее.

— Нет, — возразила Лиза. — Мне Раим рассказал все, и я тебя понимаю. Тебя сделали карателем против твоей воли. Ты не виновата в том, что теперь на твои плечи легли чужие жизни.

Я промолчала. Раим скорее всего приукрасил все так, чтобы я вышла сухой из воды. Но и пусть. Спасибо ему и за это.

Лиза отодвинулась от меня и посмотрела в глаза. Потом переместила глаза на мою щеку и ахнула. Стала рассматривать так, будто видит меня в первый раз. Я хмыкнула и сложила руки на груди.

— Ты бессмертна! — ахнула она, продолжая смотреть глазами блюдцами. Что за ерунду несет?

— Что, прости?

— Куда опять ты попала? Эта штука не могла появиться просто так… Я от Раим слышала об этом…

— И что это?

Лиза нахмурилась и сжала губы. Видимо, ничего хорошего. Но голос, что раздался за моей спиной, не дал ей ответить.

— Это означает, что ты вступала в связь с Богом по собственному желанию. И теперь принадлежишь ему.

Моя спина напряглась до предела. И судя по удивленному взгляду Лизы, она тоже видит этого Бога в первый раз.

Я медленно обернулась и посмотрела на него свысока. Задрала подбородок, показывая, что гордая. Сама же стояла и думала, что ему ответить? Как вести себя с ним? Прыгать в объятия к нему не собиралась, но нам надо делать вид, что незнакомы?

Пока я размышляла над дурацкими вопросами, Белоснежка стоял и улыбался. По-настоящему, искренне. Рассматривал меня, как собственность. И явно был доволен тем, что видит.

Я же не могла на него смотреть, потому что