Как приручить тёмное божество. Пособие для чайников (СИ) - Акс Селена

— Что значит: «Не велено»? — возмутилась, когда меня впихнули обратно в комнату, — Я вылетела! Меня должны увезти!

— Не велено! — вновь этот безжизненный голос, от которого мурашки по спине. Дверь перед моим носом захлопнули и на этот раз, сколько бы я не дёргала и не толкала, она не открывалась.

— Круто! Меня ещё и в заложниках держат! — прорычала, пнув дверь. — Ай-ай-ай!

Прыгая на одной ноге, прижимала другую к себе. Так! Хватит вредить самой себе!

Раздражённо посылая всех и вся в слух, шла наполнять свою ванную. Если меня не выпускают, почему бы не отмыться как следует. Особенно смыть чужие мерзкие поцелуи. Меня передёрнуло от омерзения. И этому человеку я доверилась?

Ладони начали зудеть, а я буквально ощущала грязь везде, а они были эпицентром этой грязи. Грязные как ничто другое… Меня замутило.

Рванув в ванную, тут же прильнула к подобию унитаза, прощаясь с завтраком. Вытерев губы платком, прополоскала рот и сплюнула. Усталость разливалась в теле, а оно становилось свинцовым. Мучительно простонав, набрала себе немного воды, чувствуя неприятный вкус желчи во рту.

Пока набиралась вода, я скинула своё платье где-то в середине комнаты, оставшись совсем голой, но в перчатках, вытаскивая из своих сундуков шампунь и подобие геля для душа. Ну а что? Всё что плохо охраняется — сувенир. Если бы я могла разобрать кровать, я бы и её вынесла, но я не нашла крестовой отвёртки

Окунувшись в горячую воду, долгое время оттирала своё тело, желая забыть о проведённом месяце здесь. Но пока всё что я делала, это пыталась понять, что не так? Почему это случилось? Почему от меня просто отказались…

Внутри больше не горела ярость, не холодила боль, там просто было пусто. Я была опустошена как никогда. Просто… ничего? Чёрная дыра. Я почти даже не чувствую теплоты воды, а ведь я почти в кипятке лежу.

В голове прокручивала наши разговоры. С безразличием вспомнила, что он просил меня переждать весь сегодняшний день в своих комнатах. Должна ли я была услышать, что выгоняют меня? Именно такие мысли плавно плыли в моей голове, когда я медленно погружалась в темноту.

Глава 32. Сердцеед и сердцеедка.

Звон цепей, свисающих откуда-то сверху вызывал панику, а доносящиеся крики и стоны боли приводили в леденящий душу ужас.

Я не могла двигаться, но в моих силах было оглядываться и внимательно осматривать тёмное помещение, где видны лишь очертания вещей, благодаря трепещущему от сквозняка огню одинокой свечи.

Несмотря на весь тот ужас и страх, я была спокойна, как и всегда, когда мне снились кошмары. Для меня редкость во сне осознать, что я во сне, но я понимаю это сразу, стоит кошмару присниться мне. И когда я понимаю, что это просто кошмар, я становлюсь до глупости бесстрашной.

Казалось,прошла вечность, когда моё тело наконец начало двигаться и с ужасной медленностью я могла идти вперёд по тёмному и мрачному коридору. Хотелось сорваться и побежать, но было ощущение, будто мне на ноги навесили пудовые гири и сейчас я проваливаюсь в зыбучие пески.

Но чтобы оказаться в другой локации, мне не надо было не идти ни бежать. Когда я обнаружила себя в другой комнате, где по углам клубилась тьма и из неё то-и-дело высовывалось нечто чёрное и жуткое, стало страшно и дальше привлекать к себе какое-либо внимание.

Меня замутило прежде, чем я огляделась. Воняло кровью, металлом и чем-то до омерзения сладким.В центре на круглом пьедестале лежали растерзанные тела, кровь которых стекала и заполняла рисунки на этом выступе. Свечи догорали, обещая через пару минут утопить комнату во тьме и это пугало меня больше изуродованных непознаваемых тел. Стоит свечам догореть, как те, кто теснятся по углам издаваемые те самые жуткие вой и вопли рванут вперёд, и тому, кто встанет у них на пути, остаётся лишь посочувствовать.

Боясь шелохнуться, я с больным интересом изучала рисунки, заполняемые стекающей кровью. Этими рисунками было заполнено всё это помещение. И как я поняла каждую выемку рисунка должен заполнить ручеёк крови.

Спину жгло. Нет не так. Я чувствую, как кто-то или что-то прожигает в моей спине дыру. Медленно обернувшись, подавила в себе крик ужаса. Страшно-мерзкое существо таращилось на меня как голодный на любимое блюдо. Другие меня не замечали, но это, сотканное из тьмы изуродованное существо с черными глазами и зубастым ртом, таращилось именно на меня и облизывалось. Из его пасти текли слюни, а я впервые в своём кошмаре испытала леденящий душу страх.

Сейчас я хочу проснуться как можно быстрее! Что-то подсказывает мне, что встречу во сне с этим существом я не переживу…

Забыв и о пьедестале с мертвыми телами и о рисунках на полу заполненные кровью, я закаменела и не могла пошевелиться. То существо, что видело меня в нетерпении порывалось выйти из своего угла, но стоило свету попасть на него, оно шипело и отходило назад. Отходило, но не сдавалось…

В груди нарастала паника, одна из свечей потухла, а уродцы во тьме ликовали. Я хотела сорваться с места и бежать так далеко как могу, но и шага сделать не могла. Сон становился слишком осознанным, только вот двигаться я не могла.

Ещё одна свеча потухла. Сглотнув, с ужасом смотрела как комната погружается во мрак, а свечи одна за одной тухнут. И вот осталась одна, а я на неё молилась. Я согласна прекратить врать и говорить всегда только правду, только не потухай!

Нет… Последний дрожащий огонёк моргнул и потух, погружая всё во тьму. Сердце стучало у меня в глотке, а ужас застилал глаза. Ликующий клич рванувших вперёд уродцев.

— А-а-а-а-а-а-а-а-а-!

Дёрнувшись, не могла сделать и вдоха, всё ещё чувствуя у себя на груди мощные лапы и ужасную вонь из пасти. Барахтаясь, широкими глазами смотрела перед собой и пыталась успокоить себя. Дрожащими руками обняла себя. Вода в которой я уснула стала холодной и я чуть не утонула…

— Кассандра? — знакомый взволнованный голос. Слишком взволнованный.

Не успела я повернуть голову к его хозяину, как меня вытащили из воды укутывая в какое-то покрывало.

— Почему ты здесь?

— Это мой вопрос, — прохрипела, не в силах унять дрожь и заставить себя отлипнуть от груди, к которой меня прижали.

Моё лицо подняли, не давая отвернуться или вывернуться. Мужчина внимательно вглядывался в мои глаза. И чем дольше всматривался, тем больше хмурился.

— Не трогай меня! — крикнула, рукой отбивая его ладонь, — Ещё одно прикосновение и меня стошнит прямо на тебя!

Вырвавшись, отбежала назад, кутаясь в покрывало. Мужчина хмурился ещё больше. Тяжело дыша, оглядывалась. Ох, я теперь точно не смогу спать без света.

— Ха… — Эрихард раздраженно потёр переносицу, — Так и знал, что ты не так поймёшь…

— И что же тут «не так понимать»? — ядовито усмехнулась, пока сердце в ужасе проламывало мне рёбра. Всё о чем я думала, лишь о своем сне... А сон ли это?

— Ты такая умная, но иногда бываешь глупее ракушки, — фыркнув бросил бывший жених, поджав губы и сцепив руки.

— Я тебе сейчас всеку! — рассеяно предупредила. Сначала дипломатия, а если она в пролёте остаётся только сила. Это моё правило номер один.

— Тогда тебе придётся тронуть меня своей голой кожей, — с вызовом парировал мужчина, смотря на меня сверху вниз.

Раздражённо фыркнула, осматриваясь вокруг. Из того, что можно использовать как оружие, только баночки для ванной.

— А теперь, когда ты поняла, что ты не в выигрышной позиции, подойди ко мне и дай посмотреть, что стало с твоим ментальным блоком.

— С каким ещё…

— Который я выстраивал, — перебил мужчина, загоняя меня в угол, — Я в отличие от тебя обещания держу.

— Что значит в отличие от меня!? — выкрикнула, пятясь назад, за что ненавидела себя, — Я всегда держу данные обещания!

— Ты обещала доверять мне, чтобы не случилось, — прижав меня к стене своим телом и положив ладонь на мою голову, рыкнул мужчина, не обращая внимания на мои барахтанья, — А в итоге снесла сама себе блок, не веря ни мне, не в меня.