От всего сердца - Илона Эндрюс

просто сообщаю вам факты. Я надеюсь, что, когда ситуация станет ужасной, вы дадите мне свое руководство, как делали это в прошлом. Вы все еще хотите видеть леди Вексин?

Она вздернула подбородок.

— Да.

Я постучала в дверь.

— Ее Милость Калдения ка рет Магрен хочет видеть леди Вексин Дион-Диан.

Дверь распахнулась, и мужчина-служитель в вуали с подведенными темным карандашом глазами, широкими плечами и загорелыми мускулистыми руками с поклоном пригласил нас войти. Мы последовали за ним внутрь.

Дверь вела во внутренний двор, вымощенный светло-коричневым камнем. Вокруг него вился ручей, впадая в широкий пруд. Красивые деревья с Фортуны склонились над голубым прудом, как стройные женщины, роняя в воду свои длинные ветви с лимонно-желтыми листьями. Богато украшенный деревянный павильон, примостившийся на берегу, утопал в пышных деревьях и декоративных кустарниках, усыпанных кроваво-красными цветами размером с большой пион. В павильоне леди Вексин полулежала в шезлонге, потягивая чай из чашки в форме цветка.

Она променяла свое великолепное золотое дерево на маленькую корону из сверкающих зеленых драгоценных камней, которая, вероятно, стоила миллионы, но казалась скромной по сравнению с ним. Шоколадно-коричневая прозрачная юбка скрывала ее ноги, закрепленная широким поясом светло-коричневого цвета, расшитым золотом. Пояс обвивался вокруг ее бедер, застегнутый на месте искусной золотой брошью, демонстрирующей зеленый драгоценный камень размером с грецкий орех. Бледно-розово-золотой топ обтягивал ее пышную грудь, оставляя обнаженным мягкий живот. Еще один широкий полупрозрачный пояс, на этот раз зеленого цвета, завершал наряд, стратегически ниспадая на плечи и талию. Она была босиком, и дюжина тонких браслетов украшала ее запястья и лодыжки.

Она увидела Калдению и поднялась одним плавным движением, склонив голову. Ее темные глаза сверкнули.

— Летере Оливионе! Вы оказываете мне честь.

— Приветствую, — сказала Калдения, ее лицо излучало угрозу. Ее Милость — воплощение радости.

Леди Вексин опустилась на кушетку. Все, что она делала, было прекрасно. Она была похожа на одаренного художника, который рисовал своим телом, а не кистью.

Появились слуги, поставили чай и закуски на боковой столик и бесшумно удалились, как ярко раскрашенные призраки.

Калдения внимательно посмотрела на леди Вексин, которая потягивала чай и хлопала ресницами.

— Ты похожа на свою мать. Она рассказывала обо мне?

— Да, Летере Оливионе. Довольно часто. — Леди Вексин кивнула, выражение ее лица стало серьезным и лишенным какой-либо хитрости.

— Тогда это будет быстрее и проще. Если ты помешаешь моим планам, я убью каждое существо в твоем маленьком Храме и взорву планету, на которой они находятся.

Тогда ладно.

— О, боже мой! — Леди Вексин открыла глаза так широко, как только могла.

Калдения прищурилась. Леди Вексин смотрела на нее в ответ с воплощенной невинностью.

Прошло несколько мгновений.

— Дина, — сказала Калдения. — Пожалуйста, оставь нас.

Я посмотрела на нее.

— Я не причиню ей вреда, — сказала Калдения.

Здорово. Теперь, если я откажусь, она воспримет это как оскорбление. Калдения никогда не нарушала данных мне обещаний, но всегда все могло произойти в первый раз.

— Вы хотите позволить Ее Милости остаться в ваших покоях? — уточнила я.

— Да, — сказала леди Вексин. — Это благословение — находиться в ее присутствии.

Благословение — это один из способов выразить это.

— Если у вас возникнут какие-либо трудности, назовите мое имя.

— Я так и сделаю, — пообещала она с серьезным выражением лица.

Почему у меня возникло ощущение, что надо мной потешаются?

Они обе смотрели на меня. Обе гостьи попросили уединения для своей беседы. Я мало, что могла сделать.

— Очень хорошо.

Я пошла прочь от павильона. Нравилось ей это или нет, «Гертруда Хант» была избранным убежищем Калдении. Мне просто оставалось надеяться, что она это помнит.

ЯМА ДУШЕГУБОВ БЫЛА 50 ЯРДОВ В ПОПЕРЕЧНИКЕ И 200 ЯРДОВ В ГЛУБИНУ. Даже если бы они встали друг на друга, они не смогли бы выбраться из нее. Три фута мутной воды, обогащенной питательными веществами, затопили края дна ямы. В центре небольшой островок предлагал немного сухой земли. Вверху мощный источник света имитировал лавандовое солнце планеты душегубов, меняя цвет между красным утренним, фиолетово-синим дневным и темно-фиолетовым вечерним.

Сейчас была ночь, и свет потускнел до цвета индиго, имитируя местные флуоресцентные облака. В этом рассеянном свете душегубы казались тенями, переплетением корней и ветвей, скользящих друг по другу, как черные змеи. К счастью для меня, у «Гертруды Хант» были отличные сенсоры, и изображение на моем огромном экране было кристально четким.

Я откинулась на спинку кресла, пытаясь расслабиться. Все остальные были в безопасности в своих апартаментах. Я заперла их всех, чтобы никто не мог бродить ночью. У меня болели ноги, а в голове немного гудело, будто рой пчел пытался поселиться внутри моей головы после напряженного дня полетов и сбора меда. Чудовище дремала на своей собачьей подстилке у стены. Она перевернулась на спину, и ее четыре лапы безвольно торчали вверх.

Даже моя собака была измотана.

Шон проскользнул в комнату и обнял меня. Я прислонила голову к его теплому мускулистому предплечью.

— Проблемы? — спросил он.

— Они должны были образовать рощу на ночь.

Шон взглянул на экран. Душегубы бродили по воде небольшими группами, по три-четыре дерева в каждой.

— Они что-то замышляют, — сказала я ему.

Он отпустил меня и отступил в сторону. Мое кресло стало шире, перетекая в кушетку. Мне действительно нравилась дополнительная энергетика, которую гости привнесли в гостиницу. Изменение формы мебели «на лету» практически не требовало усилий.

Он сел рядом со мной и обнял меня за плечи. Я положила голову на его мускулистое предплечье. Мы наблюдали за бродячими душегубами. Они ползли несколько футов, прижимались своими ветвями и корнями к укрепленным стенкам ямы, затем ползли еще немного.

— Они проверяют, — сказал Шон.

— Да, но зачем? Это бетон, покрытый слоем гибкой стали космического класса. Им понадобится мощная дрель, чтобы пройти через него. Что они могут замышлять?

— Заговор, — сказал Шон мрачным голосом.

Я повернулась, чтобы посмотреть на него.

— Что?

— Шалость, веселуху. Они не замышляют ничего хорошего.

Я тихо рассмеялась.

— Как дела у Калдении? — спросил он.

— Она посетила леди Вексин и пообещала ей, что если леди Вексин вмешается в ее планы, она взорвет ее планету.

Шон поднял брови.

— Планы? Что за планы?

— Она не поделилась со мной этим.

— Это вызывает беспокойство.

Две группы душегубов собрались у дальней стены. Я отрегулировала угол наклона, чтобы мы могли видеть их сбоку.

— Почему эта стена? — пробормотал Шон.

— Я установила фиктивную камеру на противоположной стороне. Они увидели ее и теперь пытаются скрыть свой заговор от посторонних глаз.

— А ты, хитрюшка.

— Благодарствую.

Я прижалась к нему еще теснее. Я не