Невеста черного князя (СИ) - Максимовская Инга

Мужчины долго махали руками вслед уплывающим девушкам, пока те совсем не скрылись из виду.

глава 31

Остров Авалон встретил путешественником мрачной громадой, в беспорядке навалённых  друг на друга, больших и малых осколков скальной породы.  Над скалами, с душераздирающими криками, кружились крупные морские чайки. Чуть вдали на чахлом деревце сидела стая чёрных воронов. Не было даже намека на какие – нибудь тропинки. Смеркалось.

- Да тут, и днём – то, шею запросто можно свернуть, а уж ночь – то и подавно, -  задумчиво произнёс Магута, оглаживая, отросшую за время странствий, бороду. - Давай в лодке заночуем, а с рассветом пойдём.

- Давай – то, давай. Только обрати внимание, где – бы ночью на ночлег не вставали, сразу гости не званные жалуют и мы потом с тобой никогда толком не спим, -  Антон перелез через борт лодки. – Думаю, что и здесь та же история будет. Уж, больно берег не гостеприимный. Ну ты располагайся, а я, пока ещё светло, пойду на разведку схожу. Дай мне, на всякий случай, факел и огниво.

Круглов вскарабкался на несколько метров по камням вверх и серьёзно приуныл. Здесь нужно было альпинистское снаряжение, чтобы в лоб штурмовать этот высокогорный склон. Тем более, совсем не понравилось ему, когда, замеченный им меж камней, чей – то скелет, при приближении человека, дробно стуча засушенными костями, скрылся в сгустившихся сумерках.

- Эх, сюда бы Василия, - тепло вспомнил о коте Круглов, - вот, кто был настоящим разведчиком. -  Каменная крошка посыпалась под подошвой кожаного сапога, и молодой человек чуть не сорвался в пропасть.

Взобравшись, еще на несколько метров вверх, витязь увидел полузасыпанный вход в пещеру. Над ним висело полуистлевшее знамя, на котором ещё заметно просматривался рисунок с, взлетающим в небеса, орлом и надписью: «Святой полк». На камнях лежал, позеленевший от времени ржавый шлем.

- Ну вот, кажется, и погребальница Люсиных предков. Дошли.

Забыв об осторожности, Антон с азартом полез дальше. Протиснувшись в узкую щель завала, Круглов оказался внутри помещения с круглым, каменным сводом.

Стало очень темно, и Антон зажёг факел. В, неверно колеблющемся свете пламени, он увидел огромную комнату с двумя золотыми саркофагами посередине. Круглов замер в благоговейном оцепенении, и тут же послышался непонятный  шум. Мужчина непроизвольно вздрогнул. Сгустившиеся тени в углах склепа превратились в четырёх рыцарей, окутанных с головы до ног, в чёрные плащи с эмблемой истинных правителей Русославии.

- Мы чувствуем на тебе родовые знаки княжеской династии семьи  Святополковых.  Поэтому, сразу тебя и не убили. Кто ты? Зачем сюда пришёл? – Зазвучал неестественно низкий голос, гаснущий где – то в верховьях пещеры. Антон понял, что воспринимает речь говорившего на каком – то телепатическом уровне, потому что нельзя слышать покойника и разговаривать со скелетом.  А то, что перед ним, давно закончивший свой земной путь, воин молодой человек не сомневался. Стало страшно, но Антон, памятуя о том, ради спасения кого он здесь, решительно подавил  это чувство боязни, взял себя в руки и уже спокойно ответил:

- Я здесь по поручению княжны Марии. Мне нужна карта подземелий с проходом в замок чёрного князя.

- В чём заключается твоя миссия? – Из - под полностью закрытого забрала голос призрака звучал замогильно глухо.

- Убить Боговада!

- За те преступления, что он совершил, чёрный колдун давно заслужил такую кару. Если потребуется, зови нас, и мы придём на помощь.

- Как же я смогу это сделать? – Удивился Круглов.

- Вот тебе печатка, - призрак протянул парню золотой перстень, - приложишь его к оберегу Марьи, и мы появимся незамедлительно. А теперь, иди в соседнюю пещеру, архивариус выдаст тебе всё необходимое.

К удивлению Антона, архивариусом оказался, вполне себе, живой человечек. Был он маленького роста, со сморщенным лицом и маленькими ручками. Ручки эти постоянно что – то делали. То теребили засаленную жилетку, то перекладывали бумаги на большом, деревянном столе, открывали и закрывали книгу в старинном кожаном переплёте. Узнав, что нужно неожиданному визитёру, человечек залез в, один ему ведомый, сундук и выложил перед витязем истрёпанную временем карту.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

- Вот, тут всё, - прошмякал хранитель беззубым ртом, - разобраться очень просто: эта стрелочка север – юг, эта запад – восток. Вообщем, разберётесь.

Поняв, что аудиенция закончена, молодой человек взял документ и, не забыв поблагодарить старика, поспешно удалился.

Антон боялся поверить в такое счастье: так быстро и легко получить важную карту он не ожидал. Пройдя через склеп, в котором уже не было призраков, парень не преминул поклониться усыпальницам и вскоре оказался на свежем воздухе.

Магута с тревогой ожидал возвращения своего командира. Он сидел на лодке и чутко прислуживался к звукам, доносящихся от чёрных камней, в любую минуту готовый прийти на помощь другу. Но всё было спокойно. Вот зашуршали падающие сверху камешки. Староста взял в руку меч и повыше поднял горящий факел. Над каменной грядой появилась фигура Антона. Крестьянин облегчённо вздохнул и опустил оружие. Круглов, буквально скатился на берег:

- Танцуй, Магута! Теперь мы знаем всё!  Где искать Люсю и как незаметно проникнуть в самое логово колдуна, чтобы там его и раздавить. Теперь он не сможет убежать от нас, как это было в прошлый раз. А, сейчас есть и спать. Гарантирую, что этой ночью нас никто не потревожит.

Боговад в одиночестве сидел за столом и пил красное, как кровь, вино. Терпкий напиток не успокаивал  и не веселил. Наоборот, с каждым выпитым бокалом злоба всё больше охватывала его. Это чувство было знакомо ему и раньше, с этим чувством он был всегда неразрывно связан и жил с ним долгие годы. Но вместе с этим, чернокнижник, вдруг неожиданно почувствовал, где – то глубоко внутри, давно позабытые, ощущения страха и тоски. Князь внезапно осознал, что безмерно одинок. Всем своим существом ощутил, что вокруг него сжимается смертельно - опасное кольцо. Интуиция никогда не подводила его. Такое было впервые.

Колдун неотрывно глядел на яркий огонь в камин и пытался понять, как действовать дальше в сложившейся ситуации. Анализируя события последних двух недель, чёрный правитель удивлялся, как быстро «посыпалась» его, казалось бы, крепкая империя. Несколько поражений и всё перевернулось с ног на голову. Упыри, главная основа его государственности, попрятались по норам и могилам, прикидываясь настоящими покойниками. Бояться волшебного луча. Никак не реагируют на его вызовы. Невеста, на которую он возлагал такие надежды, сбежала вместе с мерзким котом и предательницей – служанкой. Царь волотов, Велес посылает на хрен всех его курьеров. Последний из них летел по воздуху  два километра от пинка его высочества. Хорошо, что упал в соседнее озеро. Мантихоровна куда – то запропастилась и не выходит на связь. Ненавистные эльфы пропали из внешнего мира и теперь от них можно ждать любой пакости. Троглодиты взбунтовались и наголову разбили отряд лучших рептилоидов. Гномы упустили ангела – хранителя, а сами теперь сидят по щелям и боятся каких - то серебряных лучиков.

А все беды начались с появлением этой девчонки и его незаконнорожденного сынка. Сегодня сороки – предательницы и бездельницы – вороны принесли весть, что водяной царь встал на сторону пришельцев, а верные кракены предали его. Призраки острова Авалон всегда были против Боговада, а теперь оказывают прямое содействие его врагам и готовы на открытую войну с правителем.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Да…  Было от чего впасть в отчаяние.

Но это состояние было не присуще чёрному воину – демону. Боговад стряхнул с себя оцепенение, допил вино и быстрым шагом вышел из покоев. Пройдя по сводчатым коридорам замка, он поднялся на верхнюю площадку западной башни. Здесь князь оборудовал лобное место. Отсюда сбрасывали вниз приговорённых к смертной казни. Под стеной башни протекала заболоченная речушка, в которой жила, прикормленная дармовой человечиной, огромная, девятиголовая гидра. Она всегда была ленива и сыта, так как, учитывая бесчеловечность хозяина, недостатка в еде никогда не испытывала.