Гид по аду (СИ) - Витор Анна

Вздохнув, Энджи переместилась прямо на улицу. Только присевший на порог Люк шарахнулся в сторону, увидев вспышку красного огня. Похоже, адское пламя впечатлило не меньше, чем крылья и рога в прошлый раз. При свете дня Энджи не решилась менять облик. Еще кто-нибудь из соседей увидит.

— Т-ты… что тебе нужно? — Вскочив на ноги, Люк попятился. — Я их не трогал! Он сам…

От последней фразы у Энджи оборвалось сердце. Она вмиг оказалась рядом. Пальцы сжали ткань майки с какими-то въевшимися пятнами, хватая Люка.

— Что с Филом? — Спросила Энджи максимально грозно. — Что ты с ним сделал?!

— Да я-то тут при чем? — Начал оправдываться он. — Этот придурок малолетний сам виноват! Вечно гоняет на этом своем скейте. Вот под колеса кому-то и выскочил, идиот.

Ее пальцы безвольно разжались. Лицо побледнело, и Энджи отступила на шаг.

— Его сбила машина? — Тихо-тихо переспросила она.

— Но я же не виноват! — Люк продолжил трястись за свою шкуру. — Ну, цапнулись немного, он схватил свою доску и укатил. А потом уже из больницы позвонили.

В глазах Энджи мелькнула надежда.

— Так он в больнице?

— Да. Не приходит в сознание, — опустив взгляд, Люк нерешительно замолчал. — Говорят, шансы нулевые.

Он опасливо глянул на Энджи. Стало противно, что этот грузный мужик так боится. За себя, а не за пасынка, который в куда большей опасности. Выдохнув, Энджи решительно посмотрела на Люка.

— Поехали к нему.

Глава 34

Терезе — матери Фила — Энджи представилась как его подруга. Вскоре Люк уже выгнал из гаража старую облезлую машину. Они расположились в потрепанном салоне, и двигатель в очередной раз закашлялся в попытке заработать. Энджи отвернулась к окну, тревожно барабаня пальцами по колену.

— Фил не говорил, что дружит с девочкой постарше, — сказала Тереза, которая даже не села рядом с мужем. — Хотя в последнее время он, вообще, мало рассказывал.

У нее вырвался всхлип. Зажмурившись, она помотала головой, словно в отказе верить в происходящее.

— Ему было нелегко, — выдавила Энджи.

Вскоре они уже подъехали к больнице. Оставшись в холле, Люк взял в автомате стаканчик дрянного кофе. Энджи и Тереза положили рядом на скамейку верхнюю одежду. Вместо нее пришлось накинуть белые халаты, остро пахнущие аптекой.

Палата Фила оказалась на втором этаже. По пути Энджи тихо спросила:

— Неужели он даже не пойдет с нами?

— Он с Филом… они совсем не ладят, — Тереза опустила взгляд.

Пальцы машинально оттянули рукава свитера, но Энджи все-таки успела заметить темные пятна. Застаревшие синяки окольцевали запястья. А лицо Терезы испещрило слишком много морщин, как для матери подростка. Под глазами залегли темные круги. Отросшие корни волос выдали, что она уже закрашивает частую седину.

— У вас ведь тоже все плохо? — Вздохнула Энджи.

Они остановились рядом с дверью палаты. Из-за двери донеслось размеренное пиканье приборов. В нос ударил особенно яркий запах препаратов. На пару секунд повисло тяжелое молчание, а потом Тереза передернула плечами.

— Ну, не одна хоть, — она поджала губы, отчего морщинки вокруг рта стали глубже. — Я должна быть хорошей матерью и думать о ребенке. А мальчику нужны отец и твердая рука.

— Мальчику нужны любовь и безопасность, — Энджи посмотрела ей в глаза. — И дом, куда он может возвращаться без страха.

Плечи Терезы вздрогнули, и она спрятала лицо в ладонях.

— Только пусть бы вернулся, — в голос пробились рыдания.

Энджи мягко обняла Терезу, успокаивая, как ребенка. Впервые до одури захотелось стать настоящим демоном освобождения. Сорвать с этой женщины всю глупую жертвенность, заставить стать сильной и свободной.

Зайдя в палату, Энджи посмотрела на Фила. На миг она испугалась, что он не дышит. А потом взгляд уловил, как едва-едва поднимается и опускается простынь на его груди. Фил застыл на больничной койке, напоминая фарфоровую куклу. Бледный, с тенями под глазами и синими нитями сосудов на коже. Похоже, обошлось без переломов: никакого гипса, только бинты. Они почти полностью покрыли голову, замотав ее дурацкой шапочкой.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Сказали, он опять катался без шлема, — всхлипнула за спиной Тереза. — Вот и…

Ее губы искривились, и она зажала себе рот ладонью, чтобы снова не разрыдаться.

Энджи присела на краешек постели.

— Можно я побуду с ним? — Взгляд вопросительно скользнул к Терезе.

Та торопливо закивала, после чего выскользнула из палаты. Энджи осторожно взяла руку Фила в свои. Его кожа оказалась прохладной.

— Ты должен поправиться, слышишь? — Сбивчивый шепот смешался с размеренным пиканьем прибора. — Должен вернуться к ним. Я же сделала все, что могла…

Энджи приподняла его ладонь, прижимаясь к ней лбом. В голову полезли предательские мысли, что другой демон справился бы лучше. Да хоть бы убил Люка, но не допустил этого! А так ссора все равно случилась, пусть и без побоев. Воображение легко нарисовало ночную улицу, вспышку фар и запоздалый визг тормозов. Энджи зажмурилась изо всех сил, пытаясь прогнать эти картинки.

Через какое-то время она отпустила руку Фила. Препарат продолжил мерно стекать по прозрачной трубочке капельницы, а простынь слегка вздыматься- опадать. Энджи напоследок приложила туда ладонь. В кожу ткнулось слабое сердцебиение. Вспомнились слова Аргуса, что мальчишка вряд ли успеет искупить грех.

— Пожалуйста, Фил… тебе еще рано в Ад, — по губам скользнула нервная усмешка.

Встав, Энджи прямо из палаты переместилась в замок. Не хватило мужества выйти к Терезе.

Аргус обнаружился в своей комнате. Энджи впервые забрела туда: раньше просто знала, где находится его спальня. Взгляд скользнул по обстановке. Темное дерево, тканевые обои с тонким золотым узором, темно-синий бархат. Такая же цветовая гамма, как и в остальных спальнях, но здесь это показалось мрачнее. Ведь в глаза сразу бросилось, что мебель массивнее, а над кроватью — тяжелый балдахин.

Сидящий в кресле Аргус повернул голову. Хватило пары секунд, чтобы он догадался о чем-то. Сигарета отправилась в пепельницу. Аргус подошел ближе, и Энджи только сейчас поняла, что так и замерла в дверях.

— Что случилось? На тебе лица нет, — он протянул руку к ее щеке.

Его пальцы нежно провели линию по скуле Энджи. Ресницы затрепетали, и веки скользнули вниз. Рука невольно взметнулась к мужской ладони. Только бы задержать приятное прикосновение. А потом Энджи прислонилась к Аргусу, неосознанно сжав рубашку на его плече. Он обнял в ответ, осторожно гладя по волосам. От этой ласки стало немного легче, и рассказ полился сам собой.

Пусть Аргус стремился только к одной физической близости. Даже, если он не чувствовал ничего серьезного — неважно. Сейчас Энджи отчаянно нуждалась в нем.

Глава 35

К вечеру субботы нервы у Энджи начали плясать канкан. Она собралась на автомате. Джинсы, черная футболка, кожаная курточка, волосы в хвост… А внутри разгорелось желание отказаться и никуда не пойти. И Аргуса не пустить.

Вздохнув, Энджи заставила себя спуститься в холл. Правда, на середине лестницы тело сковало оцепенение.

Ведь внизу стоял Руд. Аргус преспокойно с ним беседовал, прислонившись спиной к колонне.

— Что-то произошло? — Нахмурилась Энджи.

Она заставила себя спуститься. Сердце мигом испуганно зашлось, стоило Руду повернуть голову. Сейчас его глаза стали походить на человеческие: обычные темно-серые. Однако как только он глянул на Энджи, они коротко налились сплошным черным, выдавая затаенную ярость.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Руд пойдет с нами, — Аргус подошел ближе.

Он успокаивающе коснулся плеча Энджи.

— Зачем?! — Возмутилась она. — Сами, что ли, не справимся?

Руд сделал шаг вперед. На его скулах заиграли желваки. Пальцы стиснулись в кулаки: он явно с трудом сдержался, чтобы не броситься на Энджи.

— Ты уж точно справишься, — прорычал Руд. — С тем, чтобы заманить графа в ловушку. Только знай, правда все равно раскроется, и вот тогда я до тебя доберусь…