Хрустальное сердце Тронхейма (СИ) - Атлант Полина

Наступила глубокая, пустая темнота.

Я словно опять оказалась в каком-то потустороннем измерении. Вскоре в глубине темноты, где-то далеко, я заметила капельку искры синего огонька.

Начала приближаться к этой искорке, кружась, словно летя по спирали. Которая становилась шире и толще. Пока я не увидела в темноте каменный лабиринт, а в его центре ту самую искорку. И чем ближе я была к ней, тем сильнее она разгоралась, превращаясь из искры в шарик. Потом из него образовалась большая синяя сфера.

Она начала увеличиваться, а я приближаться к ней по лабиринту. А потом меня словно выбросило из лабиринта прямо в горящий синий шар.

Я очнулась и пришла в себя от собственного крика. В теле все еще было чувство скованности, зато дурман перестал действовать, я начала мыслить и ощущать. Я лежала там же, на капище в ямке, зарытая до головы в теплую землю.

Рядом сидел старый жрец и по-прежнему бормотал свое заклятье.

Эрлендора рядом не оказалось. Как и его дружины у капища. Я все еще не могла понять, вернулась ли обратно или все еще остаюсь в видении. Так как наступили сумерки, по-прежнему падал снег и стояла тишина.

Жрец открыл глаза и посмотрел на меня. Его уставшее лицо скорчилось в страдальческую гримасу, и он начал вопить и рвать на себе рубаху.

— Гудья! Гудья! Гудья!

Я ощутила, что скованность прошла, и пошевелила пальцами. Затем вытащила руки из земли, ладони горели, как от сильного ожога. Посмотрела на них и увидела светящиеся синим светом руны огня.

 Я проснулась необычно бодрая, полная сил, и была готова к новым подвигам. Кажется, в этот раз брага подействовала на меня с пользой.

— Выспалась? — Свава сидела напротив и чистила гусиным жиром свои кожаные доспехи.

— Ой, сколько я спала? — я подтянулась и встала.

— Весь день, — Свава надела доспехи, которые теперь блестели как новенькие. В волосы она вплела черные конские пряди и украсила их тонкими кольцами, словно готовилась на пир.

— Уже вечер! Надо идти заняться делами, — я поправила смятое платье.

— Ничего страшного, как раз вовремя. Хэрсир всех собирает в Медовом зале, — валькирия налила нам свежего клюквенного морса с медом.

— В честь чего это? — я выпила теплого бодрящего напитка.

— Не знаю, — Свава потушила свечу, и мы вышли на улицу.

Было прохладно, а я без плаща. До чертога невест не так ужи близко. Пришлось достать глиняную свистульку и призвать Хофнапира. Скакун прилетел, едва я успела оглянуться.

— A, Эрлендор сказал мне вчера, что нашел себе невесту, — я взобралась на коня. — Иди без меня, я не пойду!

«Еще чего!» — подумала я. Снова знакомиться с очередной невестой хэрсира у меня не было никакого желания. Мне Вибеки хватило. Меня грызла обида и неприятное чувство из-за того, что я узнала о невесте.

— Что это с тобой, подруга? Ты его гудья, ты должна прийти! — Свава вывела из стойла свою Скегуль, которой я обещала вылечить крылья.

— Не хочу! Я так и так познакомлюсь с этой невестой. — Валькирия оседлала кобылицу, и мы двинулись по тропинке в усадьбу хэрсира. — Ну а ты идешь?

Я постаралась сменить тему, у меня не было настроения обсуждать свои дела. Резко и быстро темнело. Я не любила это время. Поэтому поспешила вперед.

— Должна, он прислал за мной! — ответила Свава. — И ты тоже!

— Посмотрим.

Я ударила ногами бока Хофнапира, и он понес меня с быстротой ветра. Всю дорогу я думала, как мне перебороть себя и пойти в Медовый зал. Я должна буду притворяться с новой невестой хэрсира. Кроме этого, у меня было предчувствие, что Эрлендор задумал сегодня и меня засватать за Мантиса. Отчего мне становилось совсем тошно.

В чертоге никого не было. Наверное, Торви ушла на пир. Вот и хорошо, никто уговаривать не будет. Я спокойно сходила в баню, помыла волосы и решила оставить их распущенными.

Я не стала сильно прихорашиваться. Светлое льняное платье, вышитое розовыми маргаритками, с двумя брошками по бокам, которые держали разноцветные бусы. На голову завязла расшитую тонкую повязку с длинными лентами. Поверх накинула светло-голубой плащ, отороченный мехом песца. Волосы оставила распущенными, и не стала мазать лицо сурьмой. Я так и не поняла, зачем прятать свою красоту от мужчин!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

В конце концов все мои попытки понравиться Эрлендору были напрасными. Я помню, что он сказал по поводу жениха. Пусть ищет! Я не забыла, что мне посоветовала Абелон, есть способ легко освободиться от женихов.

 Спокойно выдохнув, я вошла в Медовый зап, где было шумно. Хотя простого народа оказалось немного, они были заняты очагом и приготовлением мяса на жаровне.

Сначала я отошла немного в сторону, постояла и осмотрелась в поисках невесты хэрсира. К счастью, Вибеки не было. Из незамужних тут оказалась только Торви. Если это она, я буду рада за них с Эрлендором. Она девушка хорошая, заботливая и честная!

На глаза навернулись слезы, и я подошла к возвышению, где сидел хэрсир. Рядом с ним был его брат Зигфрид с супругой и малышом. Свава стояла у очага и беседовала с Торви и Валди.

Я рассмотрела кучкующихся у бочки дружинников и не заметила среди них никаких чужаков или гостей.

Мой сердце бешено колотилось, когда я поклонилась хэрсиру:

— Добрый вечер, мой господин! — я постаралась спокойно выдохнуть и посмотрела на Эрлендора.

У его был тяжелый серьезный взгляд. Мне стало совсем не по себе, ибо я знала, сейчас он меня отчитает за Мантиса.

Хэрсир встал и спустился ко мне. Доспехов он не надел. Его волосы были заплетены в три косички, украшенные золотистыми кольцами. Аккуратно постриженная бородка придавала тонким чертам строгое выражение. Богато расшитая светлая рубаха была сверху расстегнута. На груди колебался топазовой талисман, его таинственный свет манил к себе.

— Добрый, мы тебя заждались! Снова хозяйничала в Тронхейме без меня? — кажется, он пошутил. Ну и слава богам, я думала, будет меня ругать.

— Что… Нет, нет, господин, отдыхала… — улыбнулась я через силу.

Он взял со стола свой рог, и служанка наполнила его медовухой.

— Приходил твой жених. Он отказался тебя сватать, — он кинул мне испытующий взгляд.

Я сделала вид, что впервые об этом слышу.

— Мне жаль. И что теперь, ты уже нашел мне нового жениха? — с усилием вымолвила я. Мне нужно было найти способ убедить его в своей версии.

— Зачем, чтобы ты его в кабана превратила? — Я не мола понять, пошутил он или говорил серьезно. Хорошо, что нас никто не слушал.

— Я не стала бы…

— Что-то мне плохо верится, — он слегка улыбнулся.

— Ну а где твоя невеста? — мне уже не терпелось увидеть эту девицу. Рассмотреть ее внешность и узнать, какой у нее характер.

— Ее нет! Я хотел немного позлить тебя, чтобы кое-что узнать, — сказал он и отвернулся, спрятав взгляд в очаге.

Я была потрясена услышанным. Как он мог так шутить надо мной. Из-за него я вся извелась и перенервничала. А это, оказывается, был розыгрыш.

— Ну и узнал? — я усмехнулась и покачала головой.

Хэрсир кивнул и сжал губы.

— Да, вполне! — он отпил из рога.

Что за игру затеял со мной играл этот бабник.

— Доволен? — процедила я сквозь зубы.

И резко развернулась, чтобы уйти.

— Доволен или нет, мы узнаем. А теперь давай выпьем за новую гудью! — воскликнул он мне вслед, и я остановилась.

Хэрсир вовремя сменил тему. Служанка поднесла мне кубок, хотелось взять его и вылить содержимое в лицо этого бабника.

Но я сдержалась, развернулась и воскликнула:

— За новую покровительницу Тронхейма — богиню любви и семейного очага. Пусть наш край цветет, как яблочный сад! Skol!

Мы стояли с хэрсиром рядом, слишком близко, и меня это нервировало. Наши друзья подошли к нам и присоединились к тосту. Свава встала напротив меня и, улыбнувшись, подмигнула.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Ну вот, как здорово вы друг другу походите! — громко заявила валькирия и подняла свой кубок.

 Воцарилась тишина. Кажется, у меня сейчас отвалилась челюсть. Что это на нее нашло?