Лита. Огненное наследие (СИ) - Тарк Жанна

Вернувшись к сестре, она легко коснулась ее плеча. Лита замерла, настороженно огляделась по сторонам, и вот тут-то пригодилось ее хладнокровие. Не вскрикнув, не дернувшись, не перепугавшись, Лита послала Мейте вопросительный взгляд.

− Я спрятала у драконов Золотой меч, − сказала призрачная девушка. — Не говори им, − небрежный жест рукой в сторону спутников. — И пойдем вдвоем в их логово.

Кажется, Лита опешила, но храбро не подала виду. Она быстро кивнула и ускорила шаг, а вскоре опередила медленно плетущихся друзей.

− Пойду туда один, − сказала она, не обернувшись. — Оставайтесь здесь и применяйте магию, если что-то пойдет не так. Если я… задержусь.

На последнем слове голос Литы задрожал, и всем, вместе с Мейтой, стало очевидно, что она имела в виду. Близость смерти ощутил бы даже незрячий. Душа Мейты вспыхнула горячо и больно, словно обожженная колдовским пламенем. Страх за сестру не давал ей покоя, но этот тяжкий путь Лите суждено пройти одной.

Мейта Бреон могла только помочь ей.

Обе девушки, живая и призрачная, ушли достаточно далеко, когда в спину донеслись слова Ричарда:

− Эй, остановись! Ты собираешься нарушить слово данное Императору и бросить меня одного?!

Лита напряглась, но Мейта успокаивающе погладила ее по дрожащему плечу. Этот дрянной капризный мальчишка не стоил ее волнения и тревог.

− Император накажет меня, − прошептала Лита чуть слышно.

Ей было очень страшно, Мейта чувствовала колебания в настроениях сестры. Но Лита сделала крошечный шажок вперед, а потом еще и еще. Наконец рык драконов зазвучал совсем близко, почти над головой, и вверху оглушительно захлопали громадные кожистые крылья. Будь Мейта живой, обязательно бы вздрогнула, а Лита словно не заметила.

***

− Сюда, крылатые! — позвала Лита звонким надломленным голосом, надеясь не позволить чудовищам добраться до ее друзей. — У меня для вас что-то есть!

Драконы громко зарычали громче и злее, видно им не понравилось обращение, будто с собаками. Тут Лита была бессильна — на Вирите из оборотней только большие желтоглазые собаки и водились. На черном беззвездном небе оказалось невозможным увидеть угрозу, и потому девушка разожгла яркий ослепительный огонь. Пока не боевое пламя, но достаточно для предупреждения. А когда самый крупный и опасный дракон резко спикировал, Лита отскочила назад и пустила в него рыжий шар.

Огонь метко угодил зверю прямо в морду, и тот завыл от боли и гнев. Потом заметался, захлопал крыльями и все с тем же безумным воем улетел куда-то прочь. Лита не видела, загорелся он или нет, ее это волновало меньше всего. По неизвестным причинам драконов было мало и это им на руку.

Лита не металась из стороны в сторону, как сначала ей хотелось, чтобы уберечься от драконьего пламени. Вместо этого она отпрыгивала на два шага назад и тут же делала два прыжка вперед. Нельзя позволить оборотню прогнать себя. Она представляла для него опасность — не меньшую, чем он для нее. Мейта помогала ей. Даже будучи призраком, сестра оставалась волшебницей Огня, и посылала вверх пламенные шары, несущие для рассерженного дракона смертельную угрозу.

− Нахалки! — прорычал усталый монстр, опустившись на безопасном от принцесс расстоянии. — Как посмели вы явиться в сердце Дартонийских песков?!

− Мы хотели передать привет, − скромно сообщила Мейта, но в этом милом голосе звучало редчайшее коварство. — Единственному сыну императора.

− Он улетел! Как и… Впрочем, неважно, вы все равно умрете, − дракон лениво шевельнул чешуйчатым хвостом. — А когда прилетит бывший принц, то обратит братца… хе-хе…

Но, несмотря на угрозы, он не торопился. Выжидает? Пока Лита стеснялась и топталась на месте, проклиная безупречную воспитанность и полное неумение выражать чувства, Мейта без всяких сомнений вплыла в обиталище драконов. Открыла она дверь или прошла сквозь стену, осталось неясным, но сам факт подобной наглости воодушевлял.

Не желая оставаться в стороне, Лита впервые за последние месяцы дала волю чувствам и метнулась следом за сестрой. Она спотыкалась о неровные, выступающие из-под песка камни, давилась душным ночным воздухом, но не могла остановиться. Принцесса или шпионка, девушка или телохранитель, а она должна исполнить свой долг и забрать то, что принадлежит ей по праву. И когда Лита ворвалась в залитую золотым светом сокровищницу, то услышала лишь злой удар драконьего хвоста о белый известняк.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

− Он разрушит все? — спросила она, оглядываясь по сторонам.

Россыпи золота, серебра, рубинов, сапфиров, бриллиантов и прочих слепящих глаза металлов и каменьев ослепили на миг девушку. Но что ей до этого, когда в глаза бросается блеск Золотого меча?

Улыбаясь до ушей, ошеломленная собственной удачей, Лита Бреон смело подошла к груде оружия и подняла свой давний трофей. Мейта горделиво улыбнулась, глядя на нее. Виританские принцессы оставались верными себе северными дикарками, они пришли забрать свое и не уйдут с пустыми руками.

В приоткрытую, жалобно пошатнувшуюся дверь сунулась оскаленная морда обезумевшего монстра. Коротко засмеявшись, Лита размахнулась и ударила по его опасно подставленной шее Золотым мечом. Блеснувшее лезвие вошло в чешую и плоть, как нож в кусок масла. Стены хранилища окропили алые брызги.

Несколько минут в залитом и засыпанном золотом помещении застыла гнетущая тишина, а потом Мейта проплыла небольшое расстояние и остановилась перед рядом полок. Все они были старыми и прогибались под тяжестью больших склянок с различными зельями. Тонкие призрачные пальцы ловко скользнули за бок крупной банки и извлекли крошечный сосуд с темной жидкостью.

− Зелье воскрешения, − сказала Мейта с восхищением и любовью. — Я искала его на Вирите много лет.

− Ты оживешь? — спросила Лита, с трудом веря в происходящее. После короткого боя и большого обмана у нее дрожал голос и подкашивались колени.

− Да. Но мне придется навсегда остаться здесь, потому что зелье сделано на Энирате.

И, прежде чем Лита глубоко вздохнула от внезапно нахлынувшей горечи, Мейта выдернула из горлышка сосуда грязноватую бумагу. А потом поглотила его содержимое парой жадных глотков.

В пещеру заглянул Ричард, и Мейта тут же исчезла из виду. Ей нельзя показываться на глаза императорскому сыну, как и любому эниратцу. Возможно, она недовольна тем, что Ричард с Бланкой провели весь бой в стороне, но лучше так. Больше никто не пострадает по вине Литы Бреон!..

− Здравствуйте, − произнесла она слабым голосом, убирая Золотой меч в ножны. — Вы пропустили весь бой, но я не хотел рисковать вашей жизнью.

Прошмыгнувшая Бланка быстро схватила пояс-оберег, лежавший среди полезных для жизни артефактов. Возможно, однажды он спасет ей жизнь.

Требовалось отводить подозрения от себя и Бланки все дальше. Поэтому Лита смотрела на Ричарда спокойно и с доброй улыбкой, когда подавала ему снятый со стены жезл Хранителя Воды.

Глава 18. Магия или жизнь

После возвращения в Ирамант на обратном реактивном самолете Лита первое время не могла опомниться. То ли от перелета и резкой смены климата, то ли от того, что двое суток до прибытия самолета им с Ричардом пришлось делить один гостиничный номер на двоих. На ее счастье Ричард почти не смотрел в сторону телохранителя и не заметил, что Мейт Бреон улегся спать в рубашке.

Бланке повезло чуточку больше, хоть и пришлось запирать дверь, чтобы скрыться от живущих по соседству мужчин. Назойливые дартонийцы решили, что одинокая девушка может стать легкой добычей. Растрепанная и рассерженная Лита уже выскочила, было, ей на помощь, когда Бланка распахнула дверь и оказала незваным гостям сильный прием с помощью магии Земли. Нечестивцы моментально рухнули на гладкий пол и, забыв про Бланку, еще некоторое время обескураженно пытались обсудить, в чем же тут дело.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})