Повелительница каменных монстров (СИ) - Ильина Настя

— Если познакомишь меня с этой прекрасной леди, — кивнул Найел на Дикарку.

Леди я бы её не назвал, а вот прекрасной… Наверное, это определение подходило её внешнему виду, но точно не скверному характеру. Я вспомнил, сколько раз она унижала меня, и невольно поёжился. Впрочем, всё это было в шутку, поэтому я практически не обижался… Если только совсем немного, но мой мозг успел придумать для неё уже столько изощрённых наказаний, когда мы станем мужем и женой… Я мотнул головой, напоминая себе, что всё у нас будет не по-настоящему.

— Если цена этого знакомства — моя работа, то я просто обязан представить вас, — продолжил я шутить, хотя на самом деле смешно уже не было никому. — Знакомьтесь: Найел, полу-фамильяр короля. — Я мельком посмотрел на удивлённую Дикарку. — Ну, а это моя невеста, Эйвери из рода Грансон.

Я хорошо запомнил её полное имя, потому что фамилии у нас с ней были в каком-то роде созвучные.

— Невеста? — шейод широко распахнул свои и без того большие глаза, но галантно взял Дикарку за ручку и поцеловал. — Мне очень приятно увидеть вас воочию и познакомиться, юная леди. Джульетта рассказала о вас во дворце, и мне хотелось лично встретиться с вами. Не думал, что вы решитесь стать женой этого самовлюблённого дракона, но должен поздравить вас.

— Спасибо, — пролепетала Дикарка.

— Эй, а насчёт самовлюблённого уже перегибаешь! — возмутился я.

Найел посмотрел на меня с некой отстранённостью. Он знал что-то о визите короля, который, судя по всему, не предвещал нашему будущему с Дикаркой ничего хорошего. Неужели Алек решил сам жениться на ней? Да бред же какой-то… Или нет?

— Я хотел бы встретиться со своим сородичем и выразить свои искренние соболезнования о том, что он не успел спасти своих друзей. Король пообещал, что убийцы будут пойманы и наказаны.

— Убийцы? — Дикарка принялась хлопать глазами и смотреть то на меня, то на Найела.

— Вы, наверное, пока ещё не в курсе… Все раненые шейоды погибли. Спасти никого не удалось, поэтому мне важно поговорить с сородичем. Для шейодов это большая боль — терять близких.

На глаза Дикарки навернулись слёзы. Наверное, я должен был сообщить ей эту новость в первую очередь, ведь, как ни крути, Мейс был её фамильяром, и именно её поддержка требовалась ему в это мгновение. Связь ведьмы и фамильяра похожа на родственную, но в каком-то смысле даже сильнее: я читал это в одной из книг.

— Я зайду к нему после разговора с королём, — выдавила Дикарка.

И всё-таки был в этой девочке стержень. Я даже не знал, хорошо это или плохо, что она ставила дела превыше своих близких, но отчасти понимал её: они с Мейсом были слишком далеки друг от друга. Невесть зачем эта связь сработала и сделала его фамильяром ведьмы. Наверное, так просто должно было случиться…

— Малой лёг спать, Найел, не думаю, что сейчас лучшее время, — постарался остановить королевского шейода я.

— Он не спит. Я слышу его, чувствую поток эмоций, исходящих от него. Встретимся чуть позже, Кайлан, и поговорим обо всём. Я знаю, что вы с Эйвери из рода Грансон хотите задать мне много вопросов, но семья важна для меня. Я думал, что шейодов не осталось, что история теперь хранится лишь в моей голове, и мне хочется как можно быстрее встретиться с ним, с моим сородичем.

— Договорились! Обязательно встретимся и поговорим! — кивнул я.

Найел отошёл к двери и постучал, а мы с Дикаркой двинулись вперёд по коридору, в сторону кабинета драго Ревьера. Между нами чувствовалось напряжение, и я не мог понять его источник. Дикарка стискивала зубы, словно боялась сорваться и в то же время желала обвинить меня в чём-то, заставить пожалеть о своём поведении. Но что я сделал не так? Да, когда я взял её за руку, я думал в первую очередь о её губах… И да, я должен был рассказать ей о проблемах её фамильяра, но всё объясняется тем, что я почему-то думал о её губах… Я просто не успел. А Найел, конечно, подгадил мне: мог продолжить свой путь позже, когда мы уйдём… С другой стороны, я мог накручивать себя, потому что Дикарка молчала и ничего не говорила мне.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Ты хочешь обвинить меня в том, что я всё знал, — первым прервал тишину я.

— Нет… — отрицательно помотала головой Дикарка.

И я понял, что… Я ничего не понимаю. Она оставалась для меня какой-то невообразимой загадкой. Казалось, что она разразится криком, сорвётся на истерику, но она вела себя совершенно спокойно, даже на мой вопрос ответила без эмоций.

— Я не успел…

— Ты не виноват. Это я во всём виновата… — помотала головой она. — Кажется, я начала вспоминать. Не многое, но… — Она выдержала недолгую паузу и посмотрела на меня. — Я действительно стала причиной рек крови. Друзья Мейса — это только начало. Бритоголовые не остановятся, пока не поймают меня и горгулий. Мы нужны им для того, чтобы… — Дикарка замолчала, опустив взгляд себе под ноги.

— Для чего, Дикарка? Для чего вы им нужны? Ты что-то вспомнила?

Она ответила мне лёгким кивком, но ничего не успела сказать, потому что к нам приблизились король Алек и драго Ревьер.

— Думал, что вы заблудились, поэтому решил пойти навстречу, — улыбнулся король свой величественной улыбкой, которую мне почему-то захотелось стереть с его лица.

Глава 22. Эйвери

Широкоплечий статный мужчина, немногим старше ректора показался мне слишком молодым и неопытным для короля. Однако первое впечатление довольно часто бывает обманчивым. Если верить рассказам Кайлана, то король несколько сотен лет провёл «в спячке», а сколько ещё времени он правил? Наверняка, он прожил немало, раз успел стать королём. Он обладал довольно мягкими чертами лица, однако в складке между бровей проглядывалась некоторая суровость. Светлые русые волосы короля были собраны в хвост. Идеально ровный нос, строго очерченные губы, широковатый подбородок — всё это выдавало его королевскую кровь. Хотя с чего я так решила? Это было какое-то предвзятое отношение… Не только знатные люди рождаются красивыми… Если прислугу нарядить в богатые одежды, то она тоже может встать в один ряд с аристократами. Однако мимика, манеры движения и голос короля всё-таки не оставляли сомнений в том, что он аристократ. Я бы поняла это, даже если встретила его в лесу, в простой одежде. Или всё же нет?

— Эйвери, вы с нами? — отвлёк меня голос короля от глупейших мыслей.

Я стояла перед Его Величеством и предавалась философским рассуждениям о том, можно ли отличить аристократа от простого кузнеца, скажем. Нашла о чём думать! Облизнув пересохшие губы, я сжала правой рукой юбку платья, которое надела утром, и кивнула.

— Простите… Я задумалась, — честно призналась я.

— Я уже слышал, что друзья вашего фамильяра погибли, и мне искренне жаль. Приношу глубочайшие соболезнования и обещаю вам, что непременно отыщу тех, кто в ответе за это злодеяние.

Не отыщет…

Я точно знала, что так просто их не отыскать. Бритоголовые слишком опытные и хитрые воины. Они могут проникнуть куда угодно и обратиться в кого угодно. Они могут обмануть. Я внимательно посмотрела на короля, пытаясь понять, настоящий ли он. Бритоголовых выдавала жёлтая радужка глаз, которая у него, вроде бы отсутствовала. Они были оборотнями-перевёртышами, и они пришли следом за мной из другого мира, потому что так велел мой отец. Я вспомнила, что бежала от него, и он объявил охоту на меня, но на этом всё: мои воспоминания будто бы блокировало что-то… или кто-то.

— Спасибо, но мёртвых шейодов уже не получится вернуть. Больно осознавать это.

Я пыталась как можно мягче сказать, что в соболезнованиях не нуждаюсь. Я даже не знала, как поддержать Мейса, потому что боль его утраты стала невосполнимым горем, помочь заглушить которое не способны слова.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Вы правы — это огромная утрата. Я бы поговорил с вашим фамильяром лично… К слову, как он стал вашим фамильяром? Ведь, как известно, шейоды могут обрести связь только с магами королевского рода.

— Простите, но это даже для меня остаётся загадкой, — ответила я, пусть уже знала правду.