Катя Зазовка - Садовница (СИ)

Андрей поднялся на пятый этаж, отдышался и подошел к квартире Виолетты. Новая дверь? В прошлый раз мужчина так и не сумел ни от кого добиться, что тут произошло. А Виолетта до сих пор не желала отвечать на его звонки ни телефонные, ни дверные. И бабушка ее тоже. Глубокий вдох-выдох. Палец лег на звонок, но вместо привычного заливистого «Дзззинь!» зазвучала мелодия. Вроде бы вторая симфония Рахманинова. Странно. Вита говорила, что не жалует этого композитора. Послышались торопливые шаги, щелкнул замок — и в проеме показалось незнакомое мужское лицо в обрамлении сальных кучеряшек:

— Добрый день, — на мгновение растерялся Андрей. — А Виолетту я могу видеть?

— Она здесь больше не живет.

Дверь уже стала закрываться, но лаковый ботинок, вовремя подставленный в проем, остановил ее.

— Пгекгатите! Оставьте мою двегь в покое! Я сейчас вызову милицию! — пригрозил незнакомец, утирая огромным платком потное лицо.

— Простите, но мне необходимо, во что бы то ни стало, узнать, куда переехали прежние жильцы.

— Виолетта Степановна.

— Что?

— Только Виолетта Степановна пегеехала.

— Как только Виолетта? А бабушка?

— А бабушка умегла.

— Как? — Андрей почувствовал себя еще гаже, чем до прихода сюда.

Дверь снова попытались закрыть, но опять вмешалась ступня в ботинке.

— Простите еще раз, а вы не знаете, куда именно уехала Виолетта?

— Я знаю, — раздался женский голос за спиной. Андрей обернулся. Из соседней квартиры выглядывала худощавая женщина. — Оставьте этого монстра. Все свои знания он пускает на обворовывание честных людей.

— Я купил эту квагтигу за честно загаботаные деньги! — завизжал мужичонка, тряся нестиранным платком.

— Ага, как же! Вынудил старую женщину составить завещание…

— Ничего подобного! У меня есть договог купли-пгодажи! А вы, — палец-обрубок указал на Андрея, — убигайтесь отсюда или я вызову милицию!

— Оставьте его, молодой человек. Это бесполезно. Сама вам все расскажу.

Несколько секунд Андрей переводил взгляд с новоявленного владельца квартиры на худощавую соседку и обратно. То, что сейчас прозвучало, сильно настораживало. Но сначала нужно выяснить все, а там видно будет.

— Уходите! — верещал мужичонка.

Андрей убрал ногу и подошел к женщине. Вопреки ожиданиям дверь в квартиру Виолетты не захлопнулась с грохотом, а тихонько притворилась.

— Я ждала вас.

— Ждали? — на это он точно не рассчитывал. Нет, Андрей видел пару раз эту женщину и даже здоровался, но не более.

— Проходите. Тишка, ступай в комнату.

Кошка сладко потянулась и неспешно подрала старенький половичек, продемонстрировав длинные острые когти. И даже мягкий пинок Веры Сергеевны не возымел особого воздействия. Зверек фыркнул и гордо прошествовал на кухню — пусть все знают, кто в этом доме хозяин.

Уже через час, переступая лужи по направлению к серебристому БМВ, мужчина готов был разорвать себя на части. Идиот! Урод! Как мог он так поступить с ней?! Как мог оставить ее одну в такой трудный период? Как мог ее предать с этой стервой? Единственная женщина, с которой он готов был делить свою жизнь, сейчас по его вине горбатилась на какой-то плантации… Из пучины самобичевания вывела волна, поднятая шикарным черным Роллс-ройсом с лужи и теперь грязными струями стекавшая с джинс.

— Какого хрена?! — крикнул Андрей, приготовившись выволочь из машины шофера и хорошенько почесать кулаки о безмозглую башку. Но прежде, чем успел сдвинуться с места, подъемники опустили тонированное стекло. В образовавшемся зеве показалось прекрасное женское лицо. Дивные золотые локоны, бездонные синие глаза и пухлые губы, словно созданные для поцелуев. Стоп! Что за бред? Ну, да красивая. Что с того? Мало он красивых баб в жизни встречал?

— Простите, пожалуйста, моего шофера. Он в последнее время стал неловок.

Надо же какой мелодичный голос и эта машина… Наверняка какая-нибудь знаменитость. Или бизнесвумен. Хотя, как правило, люди этого круга себя не выпячивают настолько раритетными и дорогими тачками. И как ее занесло в это захолустье?

— Ладно, — отмахнулся Андрей и пошел дальше. Но Роллс-ройс тут же догнал. — Какого…

— Андрей, простите еще раз, — пухлый алый рот растянулся в пленительной улыбке, обнажив идеальные зубы. Мужчина тряхнул головой, избавляясь от странных мыслей. Не то, чтобы он сторонился красивых женщин… Но такого рода фантазии от лицезрения хорошенькой мордашки посреди улицы ему в голову обычно не лезли.

— Мы знакомы? — вопрос был скорее риторическим — такую женщину вряд ли забудешь. Да и вообще проблем с памятью у Андрея не случалось даже после жесткого перепоя.

— Нет, — улыбка стала еще ослепительней, если такое вообще было возможным. — Но я с удовольствием познакомлюсь с вами поближе.

— Извините, я спешу, — в подтверждение слов мужчина возобновил движение к БМВ.

— Вы ищите Виолетту, не правда ли?

Андрей остановился. Развернулся и подошел к незнакомке.

— Откуда вы…

— Это не важно, — синие глаза сощурились, улыбка бесследно исчезла. — Важно то, что у нее большие проблемы.

— Объяснитесь, — потребовал Андрей. В памяти мгновенно всплыли слова Веры Сергеевны о том, как именно умерла Евдокия. В душе неприятно зашевелился страх за любимую, которая сейчас находится, черт знает где.

Женщина настороженно повертела головой по сторонам, словно пыталась обличить невидимого шпиона:

— Здесь не место.

— На углу есть кафе…

— Не пойдет. Нас не должны слышать.

— Тогда, может, переговорим в машине?

Незнакомка помотала златокудрой головой. Что-то во всей этой встрече Андрею не нравилось. Но и повода для того, чтобы дамочка обманывала, он не видел. Зато позвоночником чуял опасность. Черт возьми! Во что Вита ввязалась?

— Поедемте в мой особняк. Там нас точно никто не сможет услышать, — предложила красотка. Перед глазами всплыла картинка того злосчастного дня, когда Андрей потерял свою девочку.

— А вы собственно кто?

— Ох, простите. Гефра Де'Ванн.

Де'Ванн? Вроде что-то знакомое…

— Андрей, нам правда стоит поторопиться.

— Куда ехать?

— Улица Садовая. Это на окраине города. Просто следуйте за нашей машиной, ладно?

Мужчина кивнул.

Очнулась я на земле. Кто-то с особым усердием стремился привести меня в чувства звонкими пощечинами. «Перестаньте! Хватит!» Но почему-то на истошные крики никто не реагировал — и болезненное хлопанье по лицу не прекращалось. Лишь, когда удалось разлепить, словно налившиеся свинцом, веки, удары сникли. Во всем теле ощущалась слабость и… оно будто распухло. Что-то похожее я испытывала, когда в детстве болела свинкой.