Целуй, пока не поздно - Екатерина Мордвинцева
— Здесь, — ответила она. — В хижине. Под твоей кроватью.
Она исчезла.
Я стояла у алтаря, дрожа. Ночь была тёплой, но меня бил озноб.
«Она лжёт, — сказал внутренний голос. — Мэриус не такой. Он не убийца».
«А портрет? А письма? А признание, что он нанял убийцу?»
«Он объяснил — это была ложь для врагов».
«А вдруг враги — мы?»
Я развернулась и побежала к хижине.
Внутри было тихо. Мэриус спал. Лира спала.
Я подошла к своей кровати, опустилась на колени, заглянула под неё.
Там лежал череп.
Человеческий. Женский. Маленький, с тонкими костями.
На лбу была вырезана надпись:
«Спроси его, кто я на самом деле».
Я вытащила череп, положила на стол. Села на стул, сжала голову руками.
— Что это? — раздался голос Мэриуса.
Я подняла голову. Он стоял в дверях, бледный, взъерошенный.
— Ты знаешь, — сказала я. — Это череп предыдущей няни. Которая исчезла. Которую ты якобы искал.
— Откуда он здесь?
— Ты положил его, — сказала я. — Ты хотел, чтобы я нашла его.
— Зачем?
— Чтобы напугать. Или чтобы проверить, насколько я смелая. Или… — я запнулась. — Или чтобы я узнала правду.
— Какую правду?
— Что ты — убийца, — сказала я. — Не только Серафины. Но и других женщин. И что Лира — не твоя дочь. Ты украл её. И теперь хочешь использовать как оружие.
Мэриус молчал. Его лицо было непроницаемым.
— Ты не отрицаешь?
— Я думал, что ты умнее, — сказал он наконец. — Думал, ты не поверишь призраку, который говорит то, что выгодно королю.
— Этот череп — не призрак, — сказала я. — Это кости. Реальные кости. И надпись реальная.
— Или подделка, — сказал он. — Король мог подбросить его сюда, когда мы спали. У него есть шпионы даже на этом острове.
— Ты сам говорил, что здесь нет магии.
— Нет магии, — согласился он. — Но есть люди. Обычные люди, которые за деньги сделают что угодно.
— Ты не ответил на вопрос, — сказала я. — Кто ты на самом деле?
Он подошёл к столу, взял череп, повертел в руках.
— Я — тот, кто пытается спасти дочь от безумного короля, — сказал он. — И если ты мне не веришь — уходи. Купола больше нет, корабль стоит у берега. Плыви обратно. Но Лиру я не отдам.
— Я не прошу отдавать Лиру, — сказала я. — Я прошу правды.
— Ты не готова к правде, — ответил он. — Ты думаешь, что готова, но это не так. Правда сломает тебя. Как она сломала всех, кто был до тебя.
— Попробуй.
Он положил череп на стол, сел напротив меня.
— Хорошо, — сказал он. — Слушай.
Мэриус рассказал мне историю, которая была страшнее всех предыдущих.
Он не был Мэриусом. Точнее, он был Мэриусом, но не тем, за кого себя выдавал. Его настоящее имя — Дамиан. Он был старшим сыном короля — того самого, который сейчас правит. Но он отказался от трона, потому что не хотел участвовать в ритуалах крови, которые его семья проводила веками.
— Я сбежал, — сказал он. — Взял новое имя, новую личину. Женился на Серафине, которая была обычной женщиной без дара. Думал, что сбежал от проклятия.
— Но проклятие настигло тебя?
— Оно всегда настигает, — ответил он. — Мой брат — нынешний король — узнал, где я. Он прислал убийц. Они убили Серафину, чтобы наказать меня. А Лиру похитили и хотели использовать для ритуала.
— Но ты спас её?
— Я убил всех, кто был в том отряде, — сказал он. — Двадцать три человека. Без магии — только кинжалом и голыми руками. И с тех пор я скрываюсь. Но брат не оставит нас. Он хочет Кубок. Он хочет мою кровь. Он хочет Лиру.
— А череп?
— Предыдущая няня — Дора — была его шпионкой, — сказал Мэриус. — Она притворялась доброй, но на самом деле собирала информацию о Кубке. Я нашёл её в подвале с магическим передатчиком в руке. Она пыталась сообщить брату координаты храма.
— И ты убил её? — спросила я.
— Она умерла, — ответил он. — Не от моей руки. У неё случился сердечный приступ, когда я её обнаружил. Я не трогал её. Но потом… я оставил череп здесь, на острове, чтобы напомнить себе, что нельзя доверять никому.
— Даже мне?
— Даже тебе, — сказал он. — Хотя ты пока не дала повода.
Я смотрела на череп. На вырезанную надпись. «Спроси его, кто я на самом деле».
— Кто вырезал это? — спросила я.
— Не знаю, — ответил он. — Возможно, Дора сама. Перед смертью. Возможно, кто-то другой. Я не проверял.
— Слабый ответ.
— Знаю. — Он вздохнул. — Но это правда.
Мы сидели в тишине. Луна светила в окно, освещая череп на столе.
— Что нам делать? — спросила я наконец.
— Завтра пойдём в руины и попробуем активировать алтарь без Лиры, — сказал Мэриус. — Если получится — мы сможем использовать Кубок дистанционно. Если нет…
— Если нет, то придётся рисковать Лирой.
— Да.
— Я не позволю.
— Посмотрим, — сказал он.
Он взял череп, завернул в тряпку и убрал в мешок.
— Я закопаю его завтра, — сказал он. — Ему место в земле, не на столе.
— А правда — место в свете, — ответила я. — Не во лжи.
— Ты права, — кивнул он. — Но не всякая правда спасает. Иногда она убивает.
Он лёг спать.
Я не спала.
Смотрела в потолок, думала о Серафине, о Мэриусе, о Лире, о черепе.
Кто был прав? Мэриус, который клялся, что хочет спасти дочь? Или Серафина, которая говорила, что он хочет власти?
«Череп не врёт, — подумала я. — Но его мог подбросить кто угодно».
«А сон? Серафина говорила тебе во сне. Мёртвые не лгут».
«Мёртвые лгут, если их контролирует король».
Я запуталась.
На рассвете я вышла на пляж. Вода была спокойной, розовый песок переливался в лучах восходящего солнца.
Я разулась, зашла в воду по колено.
Холодная. Бодрящая.
«Ты — Жница, — прошептал голос из моря. — Ты можешь убить их обоих. Забрать их силу. Стать свободной».
«Я не хочу их убивать», — ответила я.
«Тогда они убьют тебя. Или друг друга. Или Лиру. Выбирай».
Я закрыла глаза и представила себе Лиру. Её улыбку, когда она надевала мне венок на голову. Её холодные пальцы, сжимающие мою руку.
«Я не поддамся», — сказала я.
«Ты не можешь не поддаться, — ответил голос. — Ты — Жница. Это твоя природа. Ты будешь пить чужую силу, пока не насытишься. И никогда не насытишься».
Я открыла глаза.
Море было спокойным. Никакого голоса. Только шум прибоя и крик чаек.
— Ты в порядке? — спросил Мэриус, подходя сзади.
— Нет, — ответила я. — Но это ничего не меняет.
— Что ты решила?
