Дылда Доминга - Erratum-2

— И кто из нас разыгрывает спектакль? — фыркнула Нитра. — Я ничего не имею лично против тебя, падший. — Произнесла она, отступая от стены. — Ты не раз доказывал свою гибкость и изворотливость. Если и есть среди вашего племени кто-то по-настоящему хитрый и беспринципный, то это ты, Самаэль. Но ты играешь не за ту команду. — Ее глаза блестели в полумраке. Ведьма явно пошла на свой страх и риск, пытаясь перетащить падшего на свою сторону. — Грерию выбрал Аба, не ты. К чему тебе держаться за нее? Среди нас найдется не меньше талантливых ведьм, которые будут очень благосклонны к тебе.

— Это подкуп? Теперь ты предлагаешь мне взятку? — В глазах Самаэля заплясали веселые огоньки. Он давно уже так не развлекался. — Я иногда просто поражаюсь, кого только не встретишь на наших просторах. Я — правая рука Абы, что ты можешь мне предложить? — Его голос прогрохотал под сводчатым потолком комнаты.

— О, перестань. Я знаю, что он не сильно баловал тебя властью. Ты можешь получить все, что хочешь, если примешь нашу сторону.

— И каковы же ваши планы? — уточнил падший.

— Власть. Мы собираемся взять то, что принадлежит нам по праву.

— Вам? — переспросил Самаэль.

— Нам и прочим обитателям этих земель. Дреги давно недовольны политикой Абы. Они присоединятся к ведьмам. С их мощью победа — лишь дело времени.

— Вы не боитесь гнева хозяина? — спросил пораженный Самаэль.

— И где он? — язвительно рассмеялась Нитра. — Что-то я не вижу ни его, ни его гнева. Ему давно плевать на этот мир, он купается в своей власти на протяжении многих веков, и, похоже, ему эта игра наскучила. Чего нельзя сказать о нас. Мы никогда не отнесемся с пренебрежением к этим землям. Подумай, падший. Мы можем дать тебе все, о чем ты только в состоянии мечтать.

— Что, даже возвращение к свету?

Вопрос застал Нитру врасплох, и какое-то время она недоуменно глядела на Самаэля.

— Ты этого хочешь?

— Чего я хочу, — прошипел он, бросаясь в ее сторону, — так это твоей смерти, тварь.

Но ведьма точно так же, как появилась на сцене, так и исчезла — шагнула назад, бесследно растворившись в стене, и Самаэль лишь врезался с силой в камень.

Мия стояла в стороне, дрожа от неподдельного страха. От ее соблазнительной игры не осталось и следа. Очевидно, она не могла раствориться в пространстве так же, как и Нитра, а старшей ведьме было плевать на незначительные потери в ее рядах.

— Куда подевалась эта старая жаба? — Самаэль грубо схватил девушку за руку и подтащил к себе. Ее глаза закатились от шока.

— Нитра сильна, — пролепетала она, — она может быть где угодно. Это транспортация.

— Тогда веди меня за ней.

— Но я не могу, — в ужасе глаза Мии округлились.

— Если ты настолько бесполезна, я убью тебя, — прошептал он, сильнее сжимая пальцы и причиняя девушке боль. Гримаса страдания исказила ее лицо, и она затрясла головой:

— Я, правда, не знаю, как.

— Очень жаль, — удар его крыла был почти незаметным, но девушка рухнула вниз, как подкошенная, и из ее горла хлынула кровь.

— Что ты делаешь? — раздался голос, и Грерия ступила на пол комнаты с балкончика, выходившего в адскую долину. — Она ведь ни в чем не виновата. Они обязаны подчиняться Нитре.

— Если ты так сильна, может, ты сможешь меня проводить к Нитре? — огрызнулся Самаэль, разворачиваясь к ведьме.

— Едва ли, — произнесла Грерия, касаясь ладонью стены, в которой растворилась Нитра, — время потеряно, она может быть, где угодно.

— Эти ваши ведьмовские штучки, — прошипел Самаэль. — Будь это демон, я давно размазал бы его мозги по стене.

— И совершенно зря, — рявкнула Грерия. — Иногда бывает полезно прежде задать хотя бы пару вопросов.

— О чем? — рассвирепел Самаэль. — Она предлагала мне играть на ее стороне за какие-то паршивые взятки, захватить власть, быть ее личным крылатым зверьком.

— Может, тебе стоило согласиться. Тогда она оказалась бы в твоих руках, — парировала Грерия. — Ты слишком прямолинеен, Самаэль.

— Зато вы чересчур извращенны. Какой еще власти вам не хватает? — Его глаза пылали гневом.

— Мне ничего не нужно, — отрезала Грерия, глядя ему прямо в лицо.

— Да ну? Тогда почему ты не сгнила в коридорах, будучи безвестной старухой?

Грерия перевела дыхание, сдерживаясь, чтобы не ответить ему грубостью.

— Пока мы спорим, Нитра не теряет времени даром. Теперь она предупреждена.

— Больше всего на свете я бы и правда хотел знать, где, черт побери, прохлаждается Ник? — в сердцах выплюнул падший, пытаясь успокоиться и прохаживаясь по комнате.

— А если он в коконе? — тихо произнесла Грерия.

— Ты веришь смертной, которую притащило это насекомое? Если помнится, у них свои интересы в этой игре.

— Если не доверять никому, — отозвалась Грерия, — с чем мы останемся?

— С жизнью, — ответил Самаэль, бросая выразительный взгляд на полный бокал.

Грерия проследила за его взглядом.

— Я не занимаюсь такими вещами, Самаэль, — она почти вплотную подошла к падшему, — и не одобряю того, что они делают.

— Белая пушистая ведьма? — съязвил падший, но в его глазах не отразилось настоящей злости.

— Я не говорю, что не делала подобного, — замялась Грерия, — но мне правда жаль, — в ее глазах блеснула искренность. Самаэль какое-то мгновение еще всматривался в них, а затем отвел взгляд. Он верил Грерии. Даже если бы она подала ему бокал и сказала, что с ним все в порядке, он не знал, отказался бы от него или все-таки выпил, продолжая глядеть в ее глаза.

— Почему он выбрал тебя, чтобы передать дела? — неожиданно спросил он. — После стольких лет обиды и недоверия?

— Может, он считал меня не такой сволочью, как остальных. — Честно ответила Грерия, и Самаэль не нашелся, что возразить. В чем-то она точно не походила на других ведьм.

25

Аспид мягко опустился в горах Азура и почти без малейшего напряжения подошел к светившейся теплым желтым светом сфере.

— Кокон, — проурчал Гарус и удивленно глядел на переливающиеся нити, образующие сферу.

— Ты же говорил, что не можешь приблизиться к нему? Что тебя от него тошнит, что он сбивает тебя с толку и ослепляет? — спросила Лили.

— Похоже, он сумел загасить его, — пробормотал аспид.

— Может, он выбрался? — с надеждой спросила Лили, слезая со спины Гаруса и подходя к мерцающему шару.

— Вряд ли, — честно ответил Гарус, глядя на кучку темной одежды, сваленную в стороне.

— Что это? — прошептала Лили и двинулась в том направлении, а потом лицо ее побледнело, когда она узнала рубашку Ника, его брюки и пояс с пряжкой в виде переплевшихся крылатых демонов.