Алекс Финн - Чудовище

Девушка посмотрела на отца. В её глазах была мольба.

- Так лучше. - Он вырвал пакетик у нее из рук. – Вот это я заберу.

И, не простившись, он ушел, хлопнув за собой дверью.

Линди стояла, глядя на пустое место, на котором он только что стоял. Она выглядела так, словно сейчас рухнет без сознания. Уилл сказал: - Пожалуйста, мисс. Я могу сказать, что у вас сегодня был трудный день, хотя сейчас всего лишь десять часов. Пойдёмте. Я покажу вам ваши комнаты?

- Комнаты? Во множественном числе?

- Да, мисс. Это красивые комнаты. Мистер Адриан - молодой человек, на которого я работаю - очень усердно трудился, чтобы сделать их точно по вашему вкусу. Он попросил меня сказать вам, что если вам что-нибудь потребуется – что угодно, кроме телефона или Интернет-соединения – обязательно попросите. Он хочет, чтобы вы были счастливы здесь.

- Счастлива? - голос Линди был мертвым. - Мой тюремщик думает, что я буду счастлива? Здесь? Он что, сумасшедший?

В своей комнате я сжался от слова «тюремщик».

- Нет, мисс. - Уилл протянул руку и запер дверь на ключ. Просто формальность. Я рассчитывал на то, что она останется, чтобы защитить отца. Звук запираемой двери был для меня ужасен. Я был похитителем. Я не хотел похищать ее, но это был единственный способ заставить ее остаться. - Я - Уилл. Я тоже к вашим услугам. И Магда, горничная, с которой вы познакомитесь наверху. Пойдем?

Он предложил ей руку. Она не приняла её, но последовала за ним наверх по лестнице, бросив на дверь один последний непокорный взгляд.

Я наблюдал, как Уилл привел ее по лестнице наверх и открыл дверь. Её щеки и глаза покраснели от слез. Она ахнула, когда вошла, окидывая взглядом мебель, произведения искусства, стены, цвет которых в точности совпадал с жёлтым оттенком роз в хрустальных вазах. Как зачарованная она уставилась на  двуспальную кровать, застеленную дизайнерскими простынями. Потом подошла к окну.

- Прыгать здесь высоковато, не так ли? - дотронулась она до толстого стекла.

За её спиной Уилл произнёс: - Да, так и есть. И окна настолько широко не открываются. Возможно, если вы решитесь попробовать, то обнаружите, что жить здесь не так уж страшно.

- Не так страшно? Вы когда-нибудь были в плену? Вы и сейчас пленник?

- Нет.

Я изучал ее. Я помнил её с того дня танцев. Тогда я подумал, что с ее рыжими волосами, веснушками и неровными зубами она невзрачна. Зубы не изменились, но на самом деле ее внешность нельзя было назвать однозначно невзрачной. Я был рад, что она не была красавицей, как сказал её отец. Кто-то безусловно красивый никогда не смог бы ничего разглядеть за моим уродством.

Быть может, у этой девушки получится.

- А я была, - сказала она. – В течение шестнадцати лет я была пленницей. Но я сама рыла себе туннель. Совершенно самостоятельно я подала заявление и получила стипендию в одной из лучших частных школ города. Я ездила туда на электричке каждый день. А там богатенькие детки игнорировали меня, потому что я не была одной из них. Они думали, что я ничтожество. Может, они и были правы. Но я училась изо всех своих сил, получая наивысшие баллы. Я знала, что это единственный путь, чтобы выбраться из моей жизни, чтобы получить стипендию, поступить в колледж и уехать отсюда. Но вместо этого, чтобы уберечь моего отца от тюрьмы, теперь я должна быть пленницей здесь. Это нечестно.

- Понимаю, - сказал Уилл. Я знал, что он, должно быть, впечатлен ею, тем, как она говорила. Она даже использовал метафору - о тоннеле. Она действительно была очень умна.

- Что ему надо от меня? - плакала девушка. - Заставить меня работать на него? Или для сексуальных развлечений?

- Нет, если бы это было так, я бы не участвовал в этом.

- Правда? - она выглядела немного успокоившейся, но спросила: - Тогда что?

- Я думаю… - Уилл запнулся. - Я знаю, что он одинок.

Она пристально посмотрела на него, но ничего не сказала.

Наконец, он сказал: - Я дам вам возможность отдохнуть и осмотреться в своём новом доме. В полдень Магда принесёт ланч. Тогда вы сможете с ней познакомиться. Если вам нужно что-нибудь - попросите, и это ваше.

Он вышел и закрыл за собой дверь.

Я наблюдал, как Линда ходила по комнате, дотрагиваясь до разных предметов. Дольше всего её глаза задержались на одной из ваз с розами. Она вытянула желтый цветок, который, по моему мнению, был самым красивым. На мгновение она поднесла его к лицу, вдыхая аромат, потом прижала его к своей щеке. Наконец, она вернула его в вазу.

Она шла по комнатам, открывая двери и выдвигая ящики. Тщательно продуманный гардероб не возымел успеха, но в дверях библиотеки она ахнула и остановилась. Она подняла голову, оглядывая ряды книг, протянувшиеся до потолка. Я обратил внимание на её домашнюю работу и постарался купить книги, которые бы ей понравились - не только романы, но и книги по физике, религии, философии, и продублировал весь этот объём для себя, чтобы я мог прочесть все, что привлечёт её внимание. Я начал работу по созданию базы данных по всем книгам, перечисленным по названию, автору и теме - как в настоящей библиотеке, но ещё не закончил её.

Она взобралась по лесенке и выбрала книгу, потом вторую. Она прижала их к себе, как гарантию безопасности, как щит. Ну вот, по крайней мере, это уже успех. Она принесла книги обратно в спальню, положила их на ночной столик, а потом, всхлипывая, рухнула на кровать.

Мне хотелось ее успокоить, но я знал, что не смогу, не сейчас. Я надеялся, что когда-нибудь она поймет.

В полдень Магда принесла Линди ланч. Я наблюдал через зеркало. В течение нескольких дней Магда покупала еду на вынос, потому что я скучал по фаст-фуду. Но сегодня я попросил ее приготовить нечто такое, что понравилось бы девушке, например, сэндвичи без корочек и изысканный девичий суп. Края фарфоровой посуды были оформлены кантом из розовых роз. Вода была в хрустальном бокале на высокой ножке. Нож и вилка были из лучшего серебра. Еда выглядела вкусной.

Я наблюдал. Она не съела ничего и вернула поднос Магде, когда та вернулась. Читая книгу, взятую на полке, она опустилась на кровать. Я глянул на заголовок. Сонеты Шекспира.

Я боялся постучать в дверь. Когда-нибудь я должен буду сделать шаг вперёд, но я не знал, как его сделать, не пугая её. Вопить: «Пожалуйста, впусти меня, обещаю, что не съем тебя» - было бы слишком?

Возможно. Вероятно, её напугает даже звук моего голоса. Но я хотел, чтобы она знала, что если она просто выйдет из комнаты, я буду очень хорошо вести себя с ней.

В конце концов, я написал ей записку.

«Дорогая Линди,

Добро пожаловать! Не бойся. Я надеюсь, тебе будет комфортно в твоём новом доме. Чего бы ты ни захотела – только попроси. Я прослежу, чтобы ты получила это незамедлительно.