Когда миры соприкасаются - Кут Лекс

эхом в самые дальние уголки леса. В ней не было страха за себя, в ней жили только страдания и боль от потери самого дорогого и драгоценного что у нее было – она потеряла своего ребенка. Вдруг, она услышала голос, который раздавался в ее голове:

- Он будет жить. Он будет мне служить. Ты оберегала людей, свой дар и всех вокруг. Теперь он будет оберегать лес и мои дары от людей.

Девушка обернулась и увидела, как младенец лежал на впервые замерзшей поверхности озера, его маленькие ручки тянулись к чему-то невидимому, он не плакал.

На душе девушки наступил покой, и она сделала последний свой выдох, тело обмякло. Стража бросила бездыханное девушку на том самом месте, где она испустила дух, как ненужную тряпку.

Анимус отдал младенца на воспитание нимфам, которые с нежностью о нем заботились, эльфы учили его охотиться, оборотни учили драться и защищаться, гномы были вместо бабушек и дедушек, грумпы – бородатые, крепкие ребята построили ему хижину, когда тот был совсем маленький и учили проказничать.

Айсгайт был наделен большой силой, быстротой и выносливостью. У него было много задач: он должен был хранить лес от пожаров, животных от истребления, помогать сохранять секрет об этом мире, охранять озеро, что было временным пристанищем для душ. Айсгайт должен был правильно распределять души: кому-то он давал возможность стать нимфой, кого-то направлял в лучший мир, не упокоенные души становились русалками, что затягивали людей на дно озера. Айсгайт должен был беречь людей от этой участи, но не всех он должен был спасать. Озеро ему открывало будущее и показывало человеческую душу, что приходили, моля о излечении от тяжелых болезней или спасении, когда русалки пытались кого-то утащить.

Когда юноше исполнилось восемнадцать лет, Анимус, убедившись в том, что тот будет верным помощником даровал Айсгайту долголетие. Когда проходило сто лет, Айсгайт становился старше на год.

Это было двести лет назад. Сейчас ему было двадцать лет. У молодого человека был дар общения с животными, управлением погодой, но только в качестве забавы, он не мог сделать так, чтобы летом пошел снег, он мог управлять ветром, усиливать дождь или метель. Используя ветер, он мог подсказать дорогу заблудившемся, также юноша обладал даром быстрого исцеления, но он чувствовал боль, жару, а если ранения были серьезными, он мог умереть.

Глава 20

Айсгайт поведал о своей истории. Беллатриск была поражены, ей было очень жалко мужчину, который мог жить вечно.

- Ты это все помнишь? – Спросила удивленная девушка

- Да. Я помню все, что со мной случилось.

- Тебе сейчас двести двадцать лет? – Она не могла поверить в правдивость истории.

- Получается, что так.

Он встал, отошел от печи, на которой уже закипела вода, разлил по кружкам чай и поставил их на стол, предлагая Беллатрик напиток.

- Тебе не жарко? – Айсгайт поинтересовался у девушки, которая продолжала сидеть в пальто, несмотря на то, что лицо уже было красным от жары.

- Жарко, я даже не заметила и забыла про пальто. – Она была так поглощена рассказом, что не обратила внимание на то, что с лица стекали маленькие капли пота. Она сняла пальто, оставшись в легком платье. – А не тяжело столько жить?

- Тяжело. Я очень устал.

- Мне так тебя жаль. Это ужасно.

- Не нужно меня жалеть, я же не больное животное.

- Я сочувствую тебе. Получается, что ты единственный, в своем роде?

- Да.

- А как же семья? Тебе нельзя заводить семью? кто останется после тебя?

- Мне можно заводить семью, но мой первенец обязательно должен стать моей заменой. Я должен лично его утопить в озере, тогда я отдам свои силы ему. Конечно, он выживет, с большой долей вероятности.

- Он может не выжить?

- Может. Если Анимус решит, что тот не сможет стать мне заменой.

- Кто такой Анимус?

- Жизненное начало – Бог.

- Льюпин говорил о девушках, которых ты погубил.

- Чувство вины до сих пор меня съедает.

- Что с ними случилось?

- Я человек, и я влюблялся. Первый раз я был готов жениться на девушке, я ей рассказал о себе и своем даре, конечно, она испугалась и не приняла меня. Но на мне есть что-то вроде проклятия, если человек рассказывает обо мне, то они умирают. Первую забрал сам Анимус, вторую свели с ума нимфы, шептавшие ей разные вещи, путая мысли и та утопилась в озере. Я не должен был отправлять душу в лучший мир, но я не мог ее оставить русалкой, за что Анимус меня наказал и оградил от меня лесных жителей. Раньше, мы все были одной семьей, теперь я для них как главный, с которым мало кто хочет общаться, появился какой-то страх. Только единицы могут со мной дружить, Флора одна из них. Получается, что он наказал меня одиночеством.

- Какой жестокий бог. – Беллатрикс захотелось обнять Айсгайта, но тот не нуждался в ее утешении. – Это ужасно.

- В целом, мне не на что жаловаться, у меня всегда есть дела, над людьми забавно шутить, но иногда, я очень сильно устою. Мне хочется стать человеком.

- А ты можешь?

- Да, если мне будет замена.

Изумрудные глаза Айсгайта были тусклыми и уставшими, полными боли. Пряди черных волос падали на молодой лоб, казавшийся сейчас сморщенным от старости, уголки губ были опущены, могучая, широкая спина немного сутулилась, будто на плечах был тяжелый груз. Он смотрел на Беллатрикс с безразличием.

- Пойдем гулять? – Девушка хотела как-то отвлечь и расшевелить Айсгайта.

- Зачем?

- Покажи мне, как ты шутишь над людьми? - Она старалась улыбаться и показать азарт.

- Ладно.

Беллатрикс надела пальто, а мужчина вышел, как всегда, в рубашке, легких штанах и с босыми ногами.

- Что тебе показать? – Спросил безынициативный Айсгайт.

- А что ты умеешь? Ты можешь заставить снежинки повиснуть в воздухе в каком-то узоре?

- Могу. – Он сделал пару движений кистью и снежинки замерли в виде фигуры оленя, он пошевелил пальцами, и олень побежал по воздуху.

- Здорово – Девушка радовалась и пищала как ребенок, хлопая в ладоши.

Тогда черноволосый волшебник сделал движение рукой и их окружила сильная вьюга.

- Прекрати, холодно же. – Закричала Беллатрикс, пытаясь перекричать шум ветра в ушах.

Айсгайт заулыбался.

-