Никаких аристократов, или Фальшивая Невеста - Марина Бреннер

Отерев салфеткой ладони, наглец бросил её на стол и, закинув руки за голову, покачался на стуле.

— Итак, — медленно начал, старательно придавая голосу менторский тон — Итак, моя дорогая Эллинора, что тебе надлежит делать. По дому можешь ходить сколько влезет — дом безопасен, ходы здесь открыть невозможно, везде стоят "заслоны". То есть. Я поясню для особо... для тебя, моя дорогая. Снять "заслон" и открыть ход могу только я сам. Ни обожаемый тобой Аллек, никто другой этого не сделает. Не жди, сладкая! Рогов мне наставить (хотя бы в обозримом будущем!), у тебя не выйдет. Так что не жди никого... Во первых, я вернусь вскоре. Ухожу ненадолго. Во вторых же, как я уже и сказал — "заслоны".

Раймер сделал паузу, с удовольствием отметив, что багровые от злости щёки невесты начали пылать в несколько сот раз сильнее, чем даже и при упоминании "пуговиц от кальсон".

"Вот пусть, — подумал он — Пусть, наконец, поймет что не всесильна! Ну... не цепь же надевать на неё? Хотя... мысль!"

— Далее! — рявкнул не столько, чтоб напугать Элли, а по большей части себе — Двор, Эллинора. Двор, как тебе известно, окружён каменным забором. Ворота — решетки. Задние калитки — решетки. Так вот к ним даже и не вздумай подходить. По каменным плитам, клетям и верхам решеток лежат "сети". Ты их не увидишь, людям они не видны. Зато прекрасно заметны всяким Аллекам и Земляным засранцам, если они, конечно, надумают сунуться сюда. Словом, гулять тебе можно только в доме и по правому краю двора. То есть, от крыльца и до кустов красновязки. Но не дальше. Попадёшь в сеть — разрежет пополам, или ещё мельче. Поняла? Не пыхти, как ужратый ёж, а скажи членораздельно!

— Поняла! — пискнула Элли, борясь с сильным желанием схватить со стола вазочку с вареньем, и запустить ею Раймеру прямо в лоб — Всё поняла. Тоже мне... и впрямь тюремщик...

— Так и есть, — кивнул Смотритель — Тюремщик. Твой личный. Будешь скакать куда попало без спросу, получишь кнута. Не посмотрю на твоё положение, огрею так, что мало не покажется. Ещё, Эллинора... Здесь, в поместье, я оставлю двух Сторожей. В случае чего, они знают, как снять "сети". Да и за тобой доглядят. Так что... Вот, в общем — то всё.

— Всё так и всё! — взвизгнула Элли, чувствуя себя окончательно униженной — Вали, Раймер, по холодку. Можешь вообще не возвращаться! Никто плакать не станет.

В ответ маг раскатился хохотом. Просмеявшись, он нагло заявил, что плакать будет как раз она, Эллинора, потому что влюбилась как кошка и жить без него, Дариона, уже не может. И, принимая во внимание эти обстоятельства, он поторопится! Отправит Аллека домой, отдыхать и поторопится.

— Сильно не скучай, сладкая! — сквозь смех крикнул, попав прямо в спину невесте, убегающей вверх по лестнице.

...Провожать жениха Элли так и не явилась, отговорившись от увещевающей её Катарины явной ложью о внезапном, плохом самочувствии.

Немного повалявшись для вида в постели, прислушалась. Отследив, что Дариона нет в поместье, а прислуга разбежалась по своим делам, спустила ноги с постели.

— Пойду прогуляюсь, — заявила девушка зеркалу — Да, да. До кустов красновязки и обратно! Я помню.

А вот во дворе было замечательно! Нападавший снег старательно замаскировал выбоины и вмятины камня дорожек, и даже голые ветви деревьев и кустов превратил в наивное подобие ручек и рук, покрытых чудесными, мягкими варежками и шубками. Погода стояла тихая, и даже слабый ветерок ничего не портил.

— Хоп! — сказала себе Эллинора, ступая на расчищенную дорожку ногой в белом ботинке — Хоп, хоп! До кустов красновязки! И — обратно!

Возле ровного ряда засыпанных снегом красновязок девушку поджидал сюрприз. Легкая оттепель, случившаяся накануне, превратила снег в воду. Вода же, подчинясь наступившему морозцу, застыла ледяной коркой. Ступив на корку, Элли раскатилась и, чуть не запахав носом, едва успела ухватиться за спасительную "ручку" ближайшего куста, осыпав с неё "варежку" и часть "шубки".

Тихо охнув, девушка разогнулась и повертела головой...

В ушах внезапно зазвенело, одно из них заложило почти также, как и тогда, когда Элли пришла в голову отличная мысль примерить браслет Алессы.

Стараясь не поворачивать голову, Эллинора посмотрела поверх куста, всё ещё стоя боком к нему. Лейда Морней замерла и осторожно выдохнула, когда до неё, наконец, дошло, на ЧТО она смотрит. Поверх аккуратных, ровно подстриженных верхушек кустов, лежала... СЕТЬ. Сеть, которую не должно было быть видно!

— Наврал Дарион? — удивленно вопросила озадаченная Элли, подтягиваясь на руках и поднимаясь на цыпочки — Это она и есть, защита? Сеть? Ох... какой цвет! Салаааатовый! Прямо летний!

Быстро — быстро перебирая руками ветви, осыпая с них "варежки" и "шубки", девушка добралась до края ряда красновязки.

И — вдруг резко замерла, открыв рот как голодная ворона. Там, где яркое, летнее сияние "защиты" почти сходило "на нет", зияла... дыра. Темное, глубокое "горло" этой дыры было полуоткрыто. Из этого горла и доносились звуки, отдававшиеся болью и заложенностью в ушах Эллиноры...

Звон и гул. Они были совсем несильными, но...

...явно опасными.

Глава 22

"Прореха" в нежно — летнем кружеве защиты напомнила Элли прореху в чулке или любой другой вязаной вещи. Дыра походила просто на спустившуюся петлю.

— Вот же Дарион, — досадливо проворчала девушка и сморщила нос, раздвигая ветви красновязки — Наврал!

"Не видно людям". На самом деле, всё прекрасно видно! Ещё и слышно.

Первая мысль, родившаяся в голове Эллиноры, была — позвать сторожей! Когда она выходила из дома, то видела, как парни прошли в кухню, обедать. Всего — то несколько шагов туда, да обратно...

Элли, уже было повернувшись к крыльцу, тут же остановила себя. Сейчас прямо! Сторожей, ага. Сторожа, молодые маги, выбранные Смотрителем из колонии осужденных, в первую очередь служат лейду Раймеру, а потом уже даже и Приграничью! Эти псы глотку перервут за Дариона, нужды же Элли Морней им побоку.

Сторожа и её — то, Эллинору, терпят только от того, что она спит с их Хозяином! Ну, и... невеста. Официальная пара, с подтверждением этого при всём честном народе. Женщина, несущая дитя Смотрителя, будущая супруга.

И прочее, прочее, прочее...

Вот это "прочее" лишь и заставляет служек лейда Раймера склонять перед ней свои головы и придавать речам радушно — равнодушные оттенки. Это же "прочее" даст им возможность выставить Элли в неприглядном свете, когда вернется Дарион. Тоже ещё, жена Смотрителя