Заноза королевского некроманта - Анна Ликина

нужна: нашим или вашим…

– Солидарэн, – спокойно заявил вампир, – Нэ жэлаэтэ вина?

Скептически взглянула на протянутую мне чарку. Вампир улыбнулся, хищно блеснули в закатных лучах клыки.

– Вино хорошээ, нэ пэрэживайтэ. Из лэсных ягод.

Стыдно было признать, но я, грешным делом, предположила, что нечисть пьёт кровь. Взяла протянутую чарку, пригубила вина и осмотрелась.

А неплохо нечисть полянку себе обустроила: пусть и неровный, и ножки заменяли чурки, но всё же дубовый стол. И яства были самыми обычными: запечённая утка, крольчатина или зайчатина, кабан, яблоки, ягоды. Прошу заметить, что даже сервировка не подкачала: красивые глиняные тарелки и, что больше всего поразило, серебряные приборы. Благо хоть среди них нет полуоборотней. Им бы, наверное, некомфортно было.

– А вы из высших, да? – продолжила допрос вампира.

– Ага. Мой дэдушка здэсь родился. А потом началась большая зачистка тэрритории Рукии от наших, и он мигрировал в Протэю. Там вэдь у нас права, как и у обычных людэй.

Я подпёрла подбородок кулаком. Вампир оказался очень хорошим рассказчиком. Поведал мне о временах, тяжёлых для его народа, о насильственном выселении его немертвой расы, о нелёгкой жизни в Протее. Незаметно мы опустошили бутыль вина. Подружились. Узнала, что зовут его Имнотилом.

На небе светил месяц, драчуны утомились. Уселись за стол и стали пить мировую. Незаметно конфликт сошёл на нет. И вот уже Агния вовсю болтает с кикиморой, а Славка, поплевав на руки, принялась вставлять на место умертвию челюсть.

Видели бы нас наши деканы…

Боюсь, не одного старика Горгора мы уже бы в целительском крыле навещали.

– А зачэм вы вообще пришли? – напомнил мне о цели нашего визита вампир.

Стукнула себя по лбу ладонью.

– Ой, это жэ больно…

– Уважаемый болотник! Там русалки вашей помощи просят, рассудить их.

Болотник отложил в сторону кабанью ногу, вытер губы позеленевшей от тины бородой и нахмурился.

– Чаво у них там опять?

Рассказывать принялась Славка.

– Так ведь одна русалка зачаровала себе молодца, а другая – его увела…

Нечисть горько вздохнула. И главное, дружно так.

– Каждый год одно и то же, – проворчала кикимора, – Этого утопленика уже выгнать надо из нашего леса. Надоели, чес слово!

– Подождите, как утопленника?

– Как это каждый год?

Вместе выкрикнули Милослава и Агния.

– А вот так, – подключился к разговору леший, – Они его уже лет пятнадцать поделить не могут. И каждый год кого-нибудь в лес наш заманивают. Видать просто приглянулся им кто-то из вашей компашки. Вот и отправили насмерть. Но вы ребята отличные, мировые!

За это и выпили следующую чарку. А потом за дружбу магов и нечисти.

Звёзды и месяц освещали наше застолье. На улице уже холодало, поэтому было решено развести костёр.

– Аура у вас очэнь плохая, Софья. Словно к вам проклятийщик прицэпился.

Я только махнула рукой.

– Да это меня полтора года назад прокляли…

– Нэт, это свэжээ…

Глава 41

И как можно так пугать человека?

Свежее проклятие…

Я ещё с предыдущим не разобралась.

Кручинно опустила голову, вздохнула.

– Вы нэ пэрэживайтэ, это всэ поправимо.

С надеждой посмотрела на Имнотила.

– Но ритуал можно проводить только в опрэдэлэнные дни, вот.

– И когда же подходящий?

Вампир задумчиво поскрёб подбородок, что-то прикинул.

– В Новогодиэ.

– В это? – в принципе можно и подождать. Не такой и большой срок.

– Нэт. Чэрэз два года.

Настроение рухнуло в пропасть. Два года? Да за это время с этим проклятьем может что угодно произойти. И хоть мой Синеглазка всегда рядом…всё же страшно.

– Ты нэ пэчалься! – вампир положил мне на плечо свою холодную руку, – Я как раз вэрнусь к тому врэмэни.

– Ой, а нам в академию не пора возвращаться? – встрепенулась Слава.

– Ворота закрыты уже, так что до утра сидеть будем, – проворчала в ответ.

– Я не хочу в лесу ночевать, – капризно заявила Агния и посмотрела на Руса.

Последний уже изрядно набрался, поэтому слова невесты подействовали, как призыв к немедленному действию. Боевик, пошатываясь, поднялся из-за стола и махнул нам рукой.

– Всё…за…мной!

Я уронила голову на руки. За что мне достались такие друзья? Особенно боевики…

Нет. Отговорить его дождаться утра не удалось. Поэтому мы стали прощаться с нечистью и собираться в обратный путь. Парни поддерживали друг друга, чтобы не упасть в ближайший овраг. Я и Агния держали щит, чтобы нас не съели комары.

Славка…

Она возглавляла процессию. Поскольку честь рода уронить нельзя. А Руса самого бы кто не уронил и не потерял по дороге…

Так, мы и шли до самой реки. А там, на свою беду, сидела русалка.

– Ну что? Решили проблему? – капризно надула губы хвостатая красавица.

Славка удивила. Агния нет. От целительницы можно ожидать любых поступков. Когда она с криком охотничьего племени афирийцев бросилась к хвостатой, я, правда, среагировать не успела. Парни попытались, но уронили при этом Руса.

Но русалка была не робкого десятка. Сначала заверещала противнейшим голосом, а потом вцепилась в волосы целительницы.

– Вроде наших бьют, – пробормотал задумчиво Никифор, – Но как бить бабу?

Вскоре мы в полной мере узнали, как это делать…

На помощь русалке приплыло подкрепление. Хочешь не хочешь, а Агнию пришлось выручать. Мало того что все были побитые, а одежды местами подрана, так теперь ещё и поцарапанные. Но победу мы все же одержали. Когда вспомнили, что все же маги…

На востоке уже расцветала заря, когда мы пришли к воротам академии. Рус предлагал штурмовать забор, но одного моего взгляда хватило, чтобы он угомонился.

Ворота перед нами отворились. Словно только нас и ждали для этого действа.

Хотя нас действительно ждали. Точнее, ждал. Синеглазка. Родненький Аристарх Валерьевич! До чего же я рада была его видеть. Даже чуть не расплакалась. Но вовремя вспомнила, что некроманты не плачут.

– И? – поднял тёмную бровь декан.

Мы виновато опустили головы. Было очень стыдно.

– В ректорат? – спросила севшим голосом.

Аристарх Валерьевич достал из кармана часы, вздохнул и помотал головой. В груди родилась робкая надежда, что в этот раз обойдётся без отработки.

– Можете расходиться по общежитиям, – декан развернулся и ушёл восвояси.

И уж лучше бы кричал и бранился, чем просто так ушёл. Остался неприятный осадок. В воздухе витало разочарование.

Ребята же обрадовались, что кары в этот раз не будет, и бодро потопали по общежитиям, шатаясь, конечно. Я же плелась в полном опустошении. Попрощалась с парнями с моего факультета, дошла до комнаты, хотела открыть дверь, но передумала.

Мне жизненно необходимо поговорить с Аристархом…

И про проклятье. Да и про всю нелепость ситуации.

Прошла по коридору и замерла у его