Его невыносимая невеста - Натали Палей

обидчика на дуэль. Он и раскрыл мне глаза на тайную жизнь Бирна, которая происходила после занятий. И рассказал о секретной панели в нише и комнате за ней в Доме Блант в надежде на тайное лечение. Когда-то его старшая сестра училась на целительском факультете и проживала в нашем Доме. Она поделилась с ним этой тайной. Правда, до нас девушки использовали комнату для других целей — закрытых вечеринок.

Девочек для помощи в лазарете я отбирала тщательно, долго присматриваясь к ним. Понимала, что нам за подобное грозит отчисление. Конечно, первой помощницей стала Мира, хотя и ей предложила не сразу.

Подруга пришла в восторг от возможности дополнительно практиковаться. Как ни странно, третьей в нашей компании стала Эмма Глостер. Девушка мне нравилась и была одной из сильнейших целительниц Бирна.

Ещё я позвала Аманду, которая сейчас состояла в команде Честона. Правда, с ней я немного ошиблась. Целителем она оказалась хорошим, а вот человеком не очень. Аманда стала шантажировать меня и, конечно, не догадывалась, что оставаться в тени и не выставлять свои способности на показ мне выгодно.

Именно поэтому мы договорились. Иначе не стала бы я договариваться с шантажисткой.

Аманда ушла из целительниц теневого лазарета в конце третьего курса. Нас осталось трое. С тех пор мы по очереди дежурили в лазарете, который бывал переполнен. Но это я раньше удивлялась последнему обстоятельству. Потом перестала.

Я гордилась тем, как все организовала и устроила в нем. В комнате было три отсека. Первый, самый маленький, стал нашим кабинетом, в котором стоял узкий стол, стул с высокой спинкой и шкаф с документами и зельями. Здесь же была ширма, за которой мы переодевались и за которой пряталась маленькая дверь в мою личную лабораторию.

Следующая комната стала местом осмотра пациентов, и тоже небольшой.

А вот третий отсек вмещал в себя десять узких коек. Сначала их было две, потом четыре. И вот сейчас десять. Было тесновато, особенно, когда студенты университетского городка, беспокойные и шумоголовые, занимали все койки. Тогда, конечно, на дежурство мы выходили все вместе.

— Вам в третий отсек. — Мира махнула рукой в нужном кэрнийцам направлении. — Мы сейчас подойдем.

— Поторопитесь, — нервно буркнул Рэт и дал команду своим парням отнести друга туда, куда указали.

— Неприятный тип! — с возмущением шепнула Мира, подходя к раковине и смывая пыль с рук.

— Не обращай внимание. Парень просто переживает за своего друга. — Я уже обрабатывала руки специальным раствором. — Кстати, предупреждаю тебя, что на нашем пациенте была иллюзия, новое лицо тебя удивит.

— Расскажешь?

— Не моя тайна, — пожала плечами, а Мира приняла ситуацию.

Можно было воспользоваться и магией для обеззараживания, но интуиция подсказывала, что в борьбе за жизнь принца Кэрнии я израсходую много магии. Не хотелось рисковать и тратить драгоценные капли, которых может не хватить, ведь в экипаже я тоже прилично истощилась.

Мы переоделись за ширмой в белоснежную форму, которую шили на заказ, убрали волосы под такие же белые косынки, надели одинаковые специальные широкие пояса с узкими кармашками, в которые распихали необходимые зелья и перчатки из тонкой специальной защитной кожи. Сейчас последние вряд ли понадобятся, но иногда — очень даже необходимы.

Подготовившись за короткое время, мы отправились к раненому.

Посетителей я обычно выставляла, но сейчас была другая ситуация. Я понимала, что люди принца не оставят его.

— Желательно, чтобы вы расположились на дальних койках и молчали все время, пока мы оказываем помощь.

Я больше говорила для Рэта, потому что именно он был главным возмутителем спокойствия. Парень сверкнул глазами, но ничего не возразил, кивнул и отошел в сторону. Его парни отошли вслед за ним.

Я и Мира встали с разных сторон от кэрнийца. Выглядел тот плохо. Намного хуже, чем, когда я оставляла его, чтобы подготовить необходимое.

— Мира, я чищу кровь, ты саму рану. От одежды, гари и другой дряни. Когда скажу, обрабатываешь зельем А1. Очень тщательно. Дальше, по моей команде — по очереди остальными.

— Я готова, Ким. Начали?

— Начали, — выдохнула и медленно стала вытягивать из кэрнийца огненную целительскую сеть, которую накинула на него ещё в экипаже.

Огненная сеть — мое личное уникальное изобретение. Именно с её помощью я смогла сделать то, что не получилось бы совершить ни у одного целителя без огненной магии — очистить кровь от смертельного яда.

14.3

Я была уверена, что справлюсь. Я умела трезво оценить ситуацию и свои возможности.

Но в этот раз что-то шло не так.

Я что-то упускала.

Тратила безграничное количество сил, магии и нервов, но никак не могла полностью избавить кровь принца от смертельного яда. Пот давно струился по спине, во рту пересохло, как в пустыне, перед глазами темнело, а отраву будто кто-то вновь и вновь впрыскивал в вены принца.

Я не могла поверить в то, что не справляюсь. У меня был десятый уровень силы в обеих магиях. Я была способна на то, на что даже наш декан целительского факультета был не способен. Конечно, я держала это в секрете. О моих способностях лишь примерно знали только девочки из теневого лазарета. Потому что от них скрыть эту информацию было сложно.

Озарение пришло внезапно. Когда отчаяние стало достигать критического уровня.

Я застыла, почувствовав себя самой последней идиоткой.

— Какая же дура! — зло процедила сквозь зубы.

— Э-э… в смысле? — шокированно прошептала Мира.

— Мира! — Я подняла яростный взгляд на подругу. — Влей в него живой магии столько, сколько сможешь! Я должна прерваться и обыскать его!

Подруга молча кивнула, в карих глазах застыли удивление и доля страха. А я уставилась на полуобнаженного принца Кэрнии, который упрямо стремился за Грань.

Если я права, то где-то на нем должна находиться дрянь, мешающая лечению и поддерживающая действие яда твари. Я читала о подобных заговоренных на смерть амулетах в древних манускриптах. Последние находились в закрытом отсеке библиотеки Бирна, куда мне помогал попадать один благодарный вылеченный мной боевик, родной племянник нашего главного библиотекаря.

Другой причины того, почему у меня не выходило справиться, я не видела.

Расстёгнутая рубашка открывала широкую натренированную грудную клетку с разорванной ужасной раной. Кулон на золотой цепочке сместился влево. Сняла его. Проверила на наличие магии. Самое обычное украшение.

Потянулась к золотой серьге в форме небольшого колечка в ухе. Аккуратно вытащила.

Тоже обычная. Сейчас. Была амулетом защиты.