Между Пламенем и Тьмой. Академия Пограничья - Лена Бутусова

class="p1">– Это хорошо, спасибо, – я попыталась улыбнуться, и крылатый попытался улыбнуться в ответ. – Ну, я тогда пойду к себе?

Я сделала шаг к выходу, хоть мне безумно хотелось побыть в моечной подольше. Хотелось, чтобы он еще разок коснулся моей спины. Чтобы просто посмотрел на нее. Но сказать ему об этом казалось мне очень глупым и неприличным. Этот крылатый мужчина был очень странным. Он вел себя странно, но с каждым часом, проведенным в Пограничье, меня все сильнее тянуло к нему. Словно кусок магнита, расколотый пополам, пытался воссоединиться.

– Может быть, ты хочешь отдельную комнату? – он спросил совершенно спокойно и серьезно.

– Нет. Пока что нет, – я мотнула головой.

– Пока что? – Тарлан ухмыльнулся.

– Пока что, – а я смутилась.

И скользнула мимо него к выходу. А он даже не отшагнул, чтобы пропустить меня, и мне пришлось пройти близко-близко от него. Смущенно придерживая сползающее полотенце, и чувствуя, как меня снова скручивает плотским желанием от того щекочущего, наэлектризованного тепла, которым веяло от Тарлана. На миг я подняла глаза, и наши взгляды снова встретились. И я снова утонула в Бездне. Дыхание перехватило…

– Тише-тише, – очнулась я уже на скамеечке у стены, куда Тарлан, очевидно, меня перенес.

– Что… случилось? – я недоуменно хлопала глазами. Полотенце снова сползло и держалось на честном слове.

– Ты чуть в обморок не упала, – он принялся осторожно поправлять мое полотенце, пытаясь завязать его на моей груди, так, чтобы ненароком не коснуться голой кожи.

Получалось немного неловко и выглядело оттого очень мило. Я покосилась на его заботливые руки и ничего не сказала. Пусть подольше так возится с моим полотенцем.

– Пожалуй, стоит проводить тебя в лазарет, переночуешь сегодня там, – наконец, Тарлану удалось закрепить мое импровизированное одеяние.

– А как же Денис? Он меня потеряет, – я нахмурилась.

Крылатый нахмурился в ответ:

– Сдается мне, что он даже не заметит твоего отсутствия. Идем, – и, подхватив меня под руку, главнокомандующий повел меня по коридору под недоумевающими взглядами студентов.

Чтобы попасть в лазарет нам пришлось спуститься на лестничный пролет, немного поплутать по коридору, затем снова подняться на пару пролетов. Я окончательно заблудилась, понимая, что в случае недомогания, найти врача самой будет непросто. Хорошо, что у меня был бумажный колдовской навигатор и… такой проводник.

За всю дорогу Тарлан не проронил ни слова, но был до крайней степени учтив и предупредителен, чуть ли ни неся меня на руках. Подобная забота была едва ли ни приятнее, чем чувственное возбуждение от мужских ласк. Впрочем, и того, и другого в моей прежней жизни было не так уж много.

Лазарет оказался просторным, светлым и очень тихим помещением с высоким потолком и огромными окнами, выходящими на сторону зеленых холмов. И хоть там пахло лекарствами и бинтами, но царила такая атмосфера спокойствия и благости, что я непроизвольно начала улыбаться всем встречным пациентам, которых было до неприличия много.

Быстро сообразив, что такая высокая посещаемость больницы не есть хорошо, нахмурилась:

– У вас здесь всегда так много пациентов?

– У нас опасная работа, – Тарлан улыбнулся, хоть и сдержанно. – Травмы и ранения ее рутинная часть. Но у нас прекрасные врачи и медички. И одна из них, Катара, моя хорошая знакомая. Идем, поручу тебя ее заботам.

При упоминании «хорошей знакомой» меня снова куснул ревнивый червячок, но я попыталась сохранить на лице невозмутимое выражение. Тарлан подвел меня к женщине средних лет со светлым открытым лицом, светлыми глазами и волосами. Ее нельзя было назвать красавицей, но что-то было такое притягательное в ее лице, от чего его хотелось рассматривать.

– Здравствуй, Катара. Можно тебя побеспокоить? – Тарлан учтиво улыбнулся, и медичка, заметив его, к моему вящему неудовольствию, ответила радостной улыбкой и чуть зарделась:

– Привет, крылатый. Для тебя я всегда свободна. Что случилось?

От этих слов мне стало совсем противно, и Тарлан, наверняка почувствовавший, мой настрой, только ухмыльнулся:

– Вот, привел тебе пациентку. Она новенькая, решила в обморок попадать в душе. Посмотришь ее?

– Конечно, посмотрю, – Катара с готовностью кивнула и тут же принялась застилать кушетку чистой тканью. Садись, – махнула мне рукой, и я со вздохом подчинилась.

– Ну, я вас оставлю, – крылатый заторопился прочь.

– Ты всегда так быстро убегаешь. Даже поболтать не задержишься, – женщина проговорила с показным упреком.

– Такая у меня работа, сама понимаешь, – Тарлан развел руками. – Ночь близится, и сегодня она обещает быть… хм… особенно веселой. Без меня ребята никак не справятся.

– Пустота? – Катара охнула, разом потеряв игривый настрой, и Тарлан только сдержанно кивнул в ответ.

Задержавшись еще буквально на пару мгновений, крылатый направился прочь, даже не взглянув на меня на прощание.

– Рассказывай, что у тебя случилось, – тут же позабыв про мужчину, Катара уже осматривала меня – при помощи каких-то диковинных инструментов, подкрепляя каждое свое действие странными пассами рук, после которых я чувствовала либо приятное тепло, либо легкое покалывание или пощипывание.

– Я в душе обожглась горячей водой и потеряла сознание, – обо всем, что произошло в моечной помимо этого, я решила умолчать.

Катара принялась светить мне в глаза маленьким фонариком, я зажмурилась, но медичка строго одернула меня:

– Смотреть на свет. Если ты упала в обморок, у тебя могут быть проблемы с сосудами головы. Раньше были подобные эпизоды?

Я только отрицательно покачала головой.

– Хм, интересно, – она хмурилась с выражением профессионального любопытства на лице. – Тарлан сказал, ты новенькая?

На сей раз, я молча кивнула.

– Так это из-за тебя у нас Разлом второй день бурлит? – Катара на мгновение отстранилась, окинув меня более предвзятым взглядом, не просто как объект для лечения.

– Не знаю, – я пожала плечами. – Я же новенькая, я всего только один день у вас на занятиях была.

– Вообще, похоже на то, – удовлетворенная результатами осмотра, Катара кивнула. – Магический потенциал у тебя очень сильный, но завернут в такой тугой узел, что явно говорит об одном. – Она выдержала театральную паузу, но поскольку я не собиралась что-либо говорить, с обреченным вздохом спросила, – Ты из закрытого мира?

Я снова пожала плечами. Медичка усмехнулась:

– Ну, раз не знаешь, значит, точно из закрытого. Когда у тебя инициация?

– Завтра? – я проговорила полувопросительно.

– Это