Мрачный Жнец - Ларисса Йон

— Что ты хочешь, чтобы я сделал, Ривер?

Ривер глубоко вздохнул, и его крылья расправились за спиной.

— Я хочу, чтобы ты выиграл битву, и хочу, чтобы ты вернул Лиллиану. Она этого не заслуживает. Никто из вас не заслуживает.

Азагот раздавил ботинком статуэтку из армии Молоха.

— Тогда, возможно, ты смог бы найти своего брата, который бы положил конец всему этому.

— Ну и дела, я об этом не подумал, — сказал Ривер, закатив блестящие голубые глаза. — Не думаю, что ты знаешь, где он может быть?

Будто Азагот не задумывался над этим вопросом.

— Зависит от того, добровольно ли он отказался от своего правления или нет.

— Он этого не делал. Он где-то заточён. Я знаю, что это так.

— Тогда это сужает круг мест, где он может быть. — Азагот щёлкнул пальцем, и все фигурки на полу вернулись на карту.

— Чтобы заманить в ловушку кого-то столь могущественного, как Ревенант, понадобится такой же прочный контейнер, как тот, который ты создал для Сатаны.

— Мало кто может создать что-то подобное. — Азагот кивнул.

— Я знаю. — Он заставил фигурки сражаться, разыграв на столе битву, в которой гарантированно победил. — Но одна из них уже существует. Есть только одна загвоздка.

— Что ты имеешь в виду?

Фигуры адских гончих уничтожили армию скелетов, охранявших северную стену Молоха.

— Пару тысяч лет назад несколько падших ангелов, разозлившихся на Сатану, построили тюрьму, спрятанную внутри храма, но там было несколько препятствий.

— Например?

— Ну, Сатана, во-первых, пронюхал об этом. Но настоящая проблема в том, что это добровольная ловушка. — Увидев удивлённо выгнутые брови Ривера, он продолжил. — Её сила зависит от желания жертвы оказаться внутри.

— Кто бы захотел оказаться внутри неё? — раньше Азагот задавался тем же вопросом. Теперь знал. — Любой, чью пару использовали бы в качестве приманки.

— Ты знаешь, где она находится?

— Внутри храма в регионе Кааскулл. Добраться туда — путешествие, которое многие не переживают, и лишь немногие знают, что он был построен для размещения ловушки. Сама ловушка подобна Небесной бездне.

На самом деле, она была построена с использованием небесных материалов — маленький грязный секрет, который Азагот узнал, когда расспрашивал первых строителей, один из которых всё ещё жил на втором кольце Внутреннего святилища.

— Ты сможешь найти его, только если потребность будет достаточно велика.

— Ревенанту было бы очень нужно, если бы он верил, что его пара находится внутри, — мрачно сказал Ривер. — Я должен найти этот храм.

— Ты не можешь. Ловушка была построена с тайной помощью ангелов. Я не знаю, кого именно. Она была спроектирован таким образом, чтобы ангел мог заманить Сатану внутрь и выйти после его закрытия. Но когда Сатана пронюхал о предназначении храма, присвоил его своему имени.

— А значит, это его собственность, и даже я не могу добраться до неё, — прорычал Ривер. — Чёрт возьми. — Он снова выругался. — Я всё равно должен попытаться.

Азагот пожелал ему удачи. Он посмотрел на свою карту и пересмотрел эту мысль. Он пожелал им всем удачи. Она им понадобится.

Глава 17

Четвёртый всадник Апокалипсиса, легенда, известная друзьям как Танатос, а всем остальным — как Смерть, не был известен своей щедростью или склонностью к милосердию. Не — а. Танатос гордился тем, что был известен как раз противоположной личностью. Падший ангел, висящий в его темнице, мог бы это подтвердить. Этот ублюдок определённо согласился бы с тем, что убийство лучшего друга Танатоса пробудило худшее в Смерти.

Он вытер руки об окровавленную тряпку, поднимаясь по винтовым каменным ступеням в главную резиденцию замка, где жил со своей парой Реган, детьми Логаном и Эмбер и десятками слуг-вампиров. Ещё где-то поблизости бегал цербер размером с бизона, но Танатос не видел Куджо с того самого утра, когда Логан отдавал зверю кусочки колбасы с тарелки во время завтрака.

Тяжёлая деревянная дверь на верхней площадке лестницы распахнулась, когда он потянулся к ручке.

— Привет, братишка. — Лимос, Всадница по имени Голод, отступила в сторону, её сарафан с гавайским принтом развевался на стройных бёдрах. — Р еган сказала, что ты внизу. Я подумала, может, тебе нужна помощь.

Помощь? Ещё чего.

— Меня зовут Смерть. Думаю, я справлюсь.

Вдыхая аппетитный аромат свежевыпеченного хлеба, доносившийся из кухни, он закрыл дверь в подземелье и запер её на ключ. Реган была бы в ярости, если бы кто-нибудь из детей спустился туда. Что-то о том, что они оставляют шрамы на всю жизнь и, возможно, их выгоняют из автомобильных сидений до того, как им разрешат поиграть с железными девами и пыточными стойками.

В наше время детей так оберегают.

— Ну, и что он тебе уже сказал? — Лимос последовала за ним, когда он направился в уборную, её шаги были такими лёгкими, что он их даже не слышал.

— Я начал допрашивать его всего несколько минут назад, но он уже назвал имена сообщников и того ублюдка, который нанял их, чтобы убедиться, что Лиллиана покинула ЦБП через Хэрроугейт, а не через парковку, — Он вымылся и вытерся. — Как и предполагалось, это был Молох.

— Ч ёртов извращенец, — пробормотала Лимос, и её фиалковые глаза вспыхнули гневом. — Он часто приходил и проверял мой пояс верности, ну, знаешь, на месте ли он, когда я жила с дорогой мамочкой. — Она намотала прядь длинных черных волос на палец и сердито дёрнула. — Он был таким отвратительным. В конце концов, я воткнула вилку ему в глаз. Ох, он был недоволен.

Танатос усмехнулся. В то время как Ресеф, Арес и Танатос выросли в мире людей, не подозревая, что они — результат союза ангела Ривера и суккуба Лилит, Лимос выросла со своей матерью в Шеуле. Обещанная Сатане в качестве невесты, когда была ещё младенцем, она была вынуждена носить пояс верности с момента, как научилась ходить. Танатос тоже воткнул бы вилку в глаз любому больному ублюдку, который захотел бы проверить пояс. Молодец.

Он похлопал себя по карману. Ч ёрт возьми, он оставил телефон в подземелье. Он направился обратно, Лимос всё ещё следовала за ним по пятам.

— Есть какие-нибудь новости с поля боя? Последнее, что я слышал, Арес возглавил первую атаку.

— У меня есть новости, — сказала она, — но ты вряд ли захочешь их услышать.

Разве это не ожидаемо? Он отпёр дверь подземелья.

— Выкладывай. Я уже несколько часов чувствую приближение масштабной смерти.

Обычно его притягивали подобные зрелища, но общения с падшим ангелом было достаточно, чтобы утолить жажду крови к битве.

Стук его ботинок и