Жена алого императора (СИ) - Боталова Мария

Светлейший не сдержался и неожиданно обнял меня.

– Я рад, Стася. Рад, что все обошлось. И рад, что с Фьёром тоже все в порядке.

Я растерялась. После того, как рассказала Анаасгу правду о себе, он ни разу не проявлял родственных чувств и вел себя сдержанно. Вежливо, участливо. И все же это первый теплый порыв с момента моего признания. Я тоже его обняла, желая ответить взаимностью.

– Спасибо за помощь. Если бы не твои фениксы, Эроану потребовалось бы гораздо больше времени, чтобы меня отыскать.

– Ты ведь моя племянница, – сказал Анаасг, отстранившись и внимательно всматриваясь в глаза. – Я не мог бросить тебя в беде.

Когда мы устроились на диване, в кабинет с гордым видом вошел Диарх – раах Анаасга. Фьёра как ветром с подоконника сдуло – бросился приветствовать нового друга.

– А теперь поговорим. Все вместе.

Раахи удивленно посмотрели на Анаасга.

– Диарх говорит, что будет передавать Анаасгу мои ответы, – с изумлением сообщил Фьёр.

– Стася, когда все это произошло, ты обмолвилась… Фьёр тебя ослушался? – совершенно неожиданно начал светлейший.

Я ощутила возмущение Фьёра. Отчасти из-за того, что проболталась.

– Ты… ты меня предала?! Сдала им?!

– Я тебя не предавала и не смей разбрасываться такими словами, – отрезала мысленно. – Ты валялся там, тьмой истекал, на мой зов не откликался. Я была напугана, Фьёр, и мало что соображала в тот момент. Но мы всегда на одной стороне, всегда готовы друг ради друга рисковать. В таких отношениях не может быть предательства, запомни.

– Прости… – пристыженно согласился раах.

Вслух пояснила:

– Когда орденец ворвался в гнездо и напал на маму птенцов, я сказала Фьёру, чтобы он звал на помощь. Сама я пыталась помешать орденцу, ну а Фьёр не захотел оставлять меня одну.

– Фьёр, – на этот раз Анаасг обратился к нему. – Раах должен слушаться своего спутника. Думать, переживать – уже потом. Сначала – выполнять, если феникс говорит, чтобы он что-то сделал.

– А если спутник неправ?! Если он отдает неправильный приказ? – возмутился Фьёр. Я уверена, Диарх его услышал и передал ответ светлейшему.

Вместо того, чтобы разбираться в ситуации и насколько разумным был мой приказ, Анасг сказал строго, не спуская с Фьёра проницательного взгляда:

– Раз и на всю жизнь ты сделал свой выбор. Ты выбрал Стасю, как своего спутника. Значит, ты признаешь, что доверяешь ей себя, свою жизнь. Доверяешь ей больше себя самого. Ты не должен задумываться в моменте. Потом – обсуждайте, спорьте, сколько вздумается. Анализируйте и вырабатывайте на будущее более подходящие схемы действий для той или иной ситуации. Но в моменте, если твой спутник говорит что-то сделать – ты должен это сделать. Ты не можешь быть не согласен, понимаешь, Фьёр? Ты выбрал Стасю – и ты ей доверяешь.

– Но… я испугался за Стасю. Я не мог бросить ее одну, против орденца. Я должен был помочь.

– Нет. Ты должен выполнить то, что тебе говорит твой спутник. Я понимаю, как это сложно, Фьёр. Вы любите друг друга. Переживаете друг за друга. Это истинные отношения между раахом и фениксом, его спутником. Но вы должны уметь действовать сообща. Только так вы на шаг всегда будете впереди врагов, только так вы сможете побеждать. Абсолютное доверие – вот что важно. Возможно ли это доверие, если Стася не будет знать точно: в следующий раз ты сделаешь так, как она говорит, или ослушаешься?

– Нет… – пристыженно согласился Фьёр.

– Раах и его спутник – это сила. Вы сможете творить невероятные вещи, когда научитесь взаимодействовать в полной мере. Когда будете доверять друг друга абсолютно. Вы сможете действовать как единое целое. Но вы не научитесь быть единым целым и понимать друг друга с полуслова, если ты, Фьёр, будешь игнорировать даже четко сформулированную мысль.

– Я понял… – Фьёр понурился. – Просто… я очень испугался за Стасю!

– Все правильно. Вы дорожите друг другом, так и должно быть. Вы переживаете друг за друга, оберегаете друг друга. Но вы должны стать единым целым – так вы будете сильнее. Фьёр, тебе придется научиться этому. Слушаться и выполнять в моменте. Без возражений. Поспорите потом… когда останетесь живы.

– Я понял, – повторил Фьёр, окончательно стушевавшись.

Я ошалело переводила взгляд с Анаасга на Фьёра и обратно. Вот так отчитал! Но если задуматься, светлейший правильно говорит. Если Фьёр будет постоянно игнорировать мои приказы в решающих и опасных моментах, я уже не смогу на него положиться.

– Да понял я! – вспылил Фьёр на мои мысли.

– Вам предстоит многому научиться, – уже мягче сказал Анаасг. – Ваши тренировки начнутся сегодня. Прямо сейчас.

Слова с делом не разошлись. Вскоре мы наматывали круги по тренировочной площадке – открытой каменной террасе, окруженной парапетом высотой в половину моего роста. Наставник по боевой магии, а теперь и по взаимодействию с раахом всерьез погонял нас обоих.

Пару раз, запутавшись в длинной юбке, не особо предназначенной для тренировок, но необходимой, чтобы я могла дать отпор врагам в любом виде, даже при полном параде, чуть не перекинулась через парапет.

Фьёр вовремя подлетал ко мне и поддерживал, помогая вернуть равновесие. Я пугалась, сердце норовило выпрыгнуть из груди. Впрочем, чуть позже я убеждала себя, что не разобьюсь. Я научилась планировать и сумею воспользоваться крыльями. Ну а в крайнем случае вмешается наставник. До земли достаточно далеко, чтобы он успел меня поймать и выловить из пропасти.

Мы с Фьёром учились действовать сообща, понимать друг друга с полумысли. Я атаковала магией света, Фьёр прикрывал магией тьмы. И наоборот. Если я прикрывалась световым щитом, когда наставник наступал, Фьёр подбирался к нему незаметно и атаковал тьмой.

А на лекциях о раахах наставница рассказала, что раахи обладают двумя видами магии: первозданным и стихийным. Фиолетовый огонь – это смесь тьмы с огненной стихией. Ну а первозданная тьма у Фьёра проявилась после того, как наша ментальная связь окончательно закрепилась. Недавно, судя по всему. И все же… до моей инициации. Так что в инициацию вмешалась первозданная тьма. Учитывая, что это произошло, когда на меня лился первозданный свет в большом количестве… Эффект мог получиться неожиданный. Он и получился. Впрочем, эти соображения я оставила при себе – с наставницей делиться, конечно же, не стала. Согласна с Эроаном: пока не разберемся – никому не стоит знать о моих новых способностях.

Вернувшись в империю после тяжелого учебного дня, я все же занялась делом, несмотря на усталость. Решила наведаться к Хорлоку – заведующему фондами, чтобы он предоставил мне информацию. Пока шли вместе с Фьёром, и слуги, и аристократы поглядывали на рааха с любопытством. Однако подходить ко мне с расспросами не решались. Слуги почтительно кланялись. Аристократы вежливо здоровались с некоторого расстояния и спешили по своим делам. Меня устраивало.

– Стася, поздравляю с официальной помолвкой, – ко мне подошел Шеймэл, увлеченно направлявшийся в противоположную сторону. Однако при виде меня остановился. – Сожалею, что не смог присутствовать. Дела имперской важности…

– Благодарю, – я улыбнулась. – Ценю, что пока император развлекался с помолвкой, на страже империи стоял верный принц.

– Именно так, – Шеймэл довольно хмыкнул. – В некоторых вопросах мы с Эроаном вполне успешно друг друга подменяем.

– Очень рада, что в день нашей с Эроаном помолвки вы распределили обязанности именно так, как распределили, – шутливо заметила я.

– А я-то как рад, – закивал Шеймэл. – Ради Эроана готов на многое, да и тебе симпатизирую. Но жениться – нет, это не мое! Кстати, у меня есть для тебя подарок. Информация, – темные глаза принца таинственно блеснули.

Помнится, с подарками у Эроана было получше. Шеймэл на удивление оригинален.

– У тебя девушка есть?

– Сейчас нет. Но бывают… А что?

– Да так, ничего. Внимательно слушаю.

– Одна не очень милая леди предложила подставить тебя. И обратилась ко мне, как к потенциальному союзнику, который наверняка не захочет, чтобы его брат связывал свою жизнь с «наглой выскочкой и вертихвосткой», – последние слова он явно процитировал. И многозначительно замолчал.