Сила съякса - Нина Ахминеева

Обнимая за шею мужа, я ехала на его сильных руках, утыкаясь носом в расстегнутый ворот рубашки, принюхиваясь к любимому запаху супруга и едва не мурчала от удовольствия. Так мало для счастья надо…

Блаженно улыбнувшись, прикрыла глаза. Сейчас мне было хорошо и спокойно.

* * *

Зайдя на кухню, Итан посмотрел на лежащего возле стола сыто жмурящегося съякса и негромко сказал:

— Уснула. Пойдем поговорим на свежем воздухе.

Не дожидаясь ответа, он вышел в коридор. Не обращая внимания на стоящего в карауле охранника, распахнул входную дверь.

Уставшая от дневного зноя зелень блаженно отдыхала под прохладным пологом ночи. Расцвеченное множеством загадочно мерцающих искорок небо манило и наполняло душу умиротворением. Бесшумно ступая, Итан прошел к стоящему в дальнем углу столику. Сев в одно из расставленных полукругом кресел, он с наслаждением вытянул длинные сильные ноги: день выдался непростой, но завтра будет гораздо сложнее.

Мелькнув огромной черной тенью, съякс уселся напротив мужчины и замер в ожидании. Вася давно ждал этого разговора.

— Ни я, ни мой отец, ни дед никогда тебе не задавали вопросов, — негромко начал эльф, внимательно глядя в поблескивающие в ночи янтарные глаза. — Скажи мне то, о чем я должен знать. На кону жизнь моей женщины и моих детей, — в его голосе не чувствовалось тревоги или нервозности. Повелитель эльфов был предельно собран и спокоен.

Помолчав, Василий лег на прохладный пол и, посмотрев в ночное небо, начал говорить:

— Мой мир называется Соли. Там никогда не бывает зимы и холода… Среди безбрежного океана раскинулся огромный материк с бурными реками, чистыми озерами и скалами, теряющимися острыми вершинами в прозрачно — голубом небе, — непривычно многословно и с любовью проговорил Вася. В голосе съякса слышалась тоска и печаль. — Основное население — разумные, внешне очень похожие на людей. Их называют птаи. Есть еще чуми. Забавные существа, — хмыкнул Вася. — Вряд ли ты таких видел.

Василий примолк, вспомнив жителей своего мира. Слушая стрекот сверчков, Итан не нарушал тишины вопросами, понимая, что собеседник впервые за долгие годы говорит о сокровенном.

— Съяксы фактически бессмертны, и нас всегда было мало, — помолчав, продолжил Вася. — Дети рождаются очень, очень редко… Нам с Тильсой так и не довелось стать родителями, — неожиданно признался он и горько вздохнул. — Сколько мне лет, даже я сам не помню, — резко сменив тему, Василий на мгновение прикрыл глаза и покачал головой. — Жить так долго, как живем мы, скучно. Съяксам, среди прочего, дано умение ходить меж миров. Мы принимаем истинный облик и заходим в портал, поэтому нас во многих мирах видят именно такими. А почему драконами называют, кто ж его знает, — хмыкнул Вася. Примолкнув, тяжко вздохнул, видимо, вспомнив о чем — то явно болезненном. — В тот день мы с Тильсой сильно поругались, и я очень захотел уйти. Куда угодно! Взял из межмирового эфира первые попавшиеся координаты и нырнул в портал. Это было пятьсот лет назад. С тех пор я живу на Влане и не знаю, что происходит в моем мире, потому как вернуться не могу: координаты и пути для меня закрыты. Почему так произошло, мне неведомо, — с неприкрытой тревогой и болью прошептал он.

— Закрыт только твой мир? — впервые за весь монолог съякса спросил Итан.

— Все миры, — Василий сокрушенно помотал головой. — Уверен, на Соли что — то случилось, и что нас там ожидает — для меня такая же загадка, как и для тебя.

Задумчиво потерев лоб, Итан поднял взгляд к звездному небу. Не нарушая тишины, съякс положил морду на лапы. Так же, как эльф, глядя на звезды, он горько вздохнул. Каждый из мужчин думал о чем — то своем.

— Кто для тебя Тильса? — не отрывая взора от неба, негромко спросил Итан.

— Любимая. Жена, — лаконично ответил Вася и крепко зажмурился.

— Расскажи мне о силе съяксов, — дав собеседнику время справиться с эмоциями, попросил эльф.

— Для меня — то ничего в ней необычного нет, — распахнув глаза, откликнулся Василий. — Даже и не знаю, что тебе будет интересно, — пробормотал задумчиво. — Среди прочего, чего не могут другие разумные, мы умеем… умели, — поправился он, — брать знания у Вселенной, строить пути и путешествовать меж мирами. Не скажу, как сила съяксов будет проявляться у Пелагеи и детей, — честно признался Васенька. — Такого раньше никогда не случалось. Если бы девочка не была универсалом, то… моя сила в ней бы однозначно не осталась. Это сложно объяснить словами. Съяксы не только получают доступ к информационному полю, мы соединяемся со стихиями и становимся с ними едины. У твоих детей уже проявляются Вода и Огонь…

Глубоко задумавшись, Вася встал на лапы и, нервно похлопывая себя хвостом по бокам, походил взад — вперед по террасе. Нахмурившись, Итан внимательно следил за ним. По лицу Повелителя было видно, как он о чем — то напряженно размышляет. Набродившись, съякс встал возле стола и встретился взглядом с Итаном.

— Испокон веков наши женщины откладывают яйца только на Соли, — начал деловито пояснять он. — В других мирах просто нет смысла. Мы давным — давно все ж таки изучали эту странность и пришли к выводу, что сам мир помогает рождению наших детей. Уверен, именно поэтому Пелагее настолько худо, — тяжко вздохнул Василий. — Когда малыш в истинном облике вылупляется из яйца, он впервые взаимодействует со стихиями Соли и сразу получает минимальный доступ к полю Вселенной. Потом учится с ним работать. В общем, много там всего, — сев на попу, съякс энергично почесал ухо.

— Подожди, — поднял руку Итан. — Вась, мы с тобой упускаем важные моменты, — с тревогой в голосе тихо сказал Повелитель. — В животе Пелагеи не яйца, а живые дети… Как она рожать будет?! Да и вообще, как в себе разбудит силу съякса?

— Ну — у, — протянул Вася. — Если честно… я не знаю! Прибудем на Соли, по ситуации посмотрим. Все равно выбора — то сейчас нет. Тут она однозначно не родит. На Соли у нас был старейшина, может, он что и подскажет, — бодро заявил Василий и, отвернув морду от встревоженного Итана, посмотрел на звезды.

Понимающе глядя на преувеличенно внимательно разглядывающего ночное небо съякса, Повелитель эльфов коротко вздохнул. Он так же, как и Васенька, прекрасно осознавал, что все будет очень и очень непросто.

* * *

— Утро начинается, начинается! — распахнув глаза, звонко пропела я и до хруста потянулась.

Счастливо улыбаясь, перевернулась набок и, привычно не обнаружив рядом супруга, усмехнулась.

— Где — то бродит ваш папаня.