(не) детские сказки: Невеста для чудовища - Олеся Рияко

сотни криво заживших белесых шрамов и уродливых выпуклых рубцов. - Посмотрите на мою спину, как вы думаете за что мне такое? Не угадаете, за то, что посмотрел на него сверху вниз, когда тот проезжал на своем коне под крышей, которую я латал. Да что я, вы посмотрите на Фила. – Махнул Най рукой в сторону молодого хмурого парня, притаившегося на одной из грубо сколоченных кроватей. - И нет, он вам не расскажет. Барон велел отрезать Филу язык, за то, что тот с детства шепеляв и кортав, мол, не понравилось ему, как бедолага обращается к барону по званию, так пусть уж и вовсе всегда молчит.

Вдруг, знакомый звук привлек к себе внимание Валери. Жалостливый, надрывный стон, вот только теперь он слышался куда отчетливее, ведь доносился не из хитросплетений тайных коридоров, а всего лишь из-за ширмы, отделявших часть помещения от основного. Прежде чем девушка успела сделать в ту сторону шаг, ее остановил голос Ная.

— Мы-то что, мы еще легко отделались. Вот у Лайлы барон уж лучше бы жизнь отнял…

— Да. – Подтвердила Салли и с тяжелым вздохом. - Бедняжка работала у него прачкой и за то, что упустила на реке простыни, когда отвлеклась на плакавшую дочку, повелел продать ребенка работорговцам. С тех пор и плачет, едва глаза после сна продерет… да только где ей теперь отыскать родную дочь? Пожалуй, что той уже может и не быть в живы. Я уж всяко ей помочь пыталась. И в замке на работу пристроила, думала забыться поможет. А она, бедная, где моет, там и слезами все заливает.

— Да, ей бы забыть и жить дальше, а она все воет. – Недовольно проворчал парень у одной из жаровен и получил смачную затрещину от дородной женщины, сидевшей рядом.

— Ма…

— Помолчал бы, умник, когда говоришь, о чем не знаешь! – Прошипела она. – Вот уж правда, иногда грешным делом думаю, лучше бы тебя продали, чем ее бедную дочку.

Сложно описать что в тот момент творилось в сердце Валери. Оно сжималось в песчинку от жалости к этим людям… и к Дэреку. И вместе с тем разрывалось от осознания настоящих причин и следствий. Ее не просто так тянуло к этому человеку – как бы глубоко сама она не заблуждалась в нем и мотивах его поступков, собственное сердце меж тем не пыталось ее обмануть.

Вся картина мира в один миг перевернулась перед глазами Валери и голова ее кружилась от мыслей о том насколько все не то, чем казалось на первый взгляд. Как же она была неправа… и как несправедлива была к нему!

— Скажите, могу ли я чем-то помочь вам? – Едва сдерживаясь от того чтобы не расплакаться прямо здесь и сейчас от накативших на нее чувств, спросила девушка.

— Только вы и можете, ваша светлость. – С теплой улыбкой ответила Салли. - Но не нам. Нам ваш супруг помогает, пожалуй, что и больше чем некоторые того заслуживают.

35

Боул проводил Валери к кабинету графа в одной из башен замка и оставил у больших распашных дверей. Из-под них пробивался теплый свет пламени, плясавшего в жарко растопленном камине. На его фоне было видно, как тень хозяина замка скользит туда-сюда, меряя неторопливыми шагами кабинетное пространство.

Валери тихо постучала – с той стороны не ответили, но тень перестала двигаться, и девушка без разрешения приоткрыла дверь, спросив лишь после того как сделала шаг внутрь.

— Могу я войти?

— Уходи. – Было ей моментальным ответом.

Дэрек Сакстон стоял к ней спиной и сосредоточенно разглядывал пламя в камине, украшенном скалящимися горгульями. Мужчина, по своему обыкновению облаченный в черное на фоне огня и такого барельефа должен был бы показаться ей зловещим, но не после того, как девушка столько узнала о нем. Сейчас он виделся ей в истинном своем обличии - бесконечно печальным, погруженным в собственное горе, с которым на протяжении долгого времени вынужден был оставаться один на один.

— Ты плохо слышишь? Оставь меня, Валери. – Обессиленно повторил он.

— Я хочу поговорить. – Ответила девушка, войдя и решительно закрыв за собой дверь.

— О чем? – Усмехнулся мужчина, лишь на миг, отвернувшийся от огня, чтобы достать из подставки кочергу и поворошить угли. -  Уверен, Салли уже все тебе рассказала по-своему. Ах, бедный я! Довольна? Уходи, мне не нужна твоя жалость. – Выдавил он из себя, стиснув зубы.

Но теперь девушка не готова была сдаться. Чувствуя, как сердце замирает в груди, Валери прошла до середины комнаты, прежде чем вновь заговорить:

— Тебе даже неинтересно что я хочу сказать? – Спросила она робко, на что получила жесткий взгляд, когда Сакстон резко повернулся к ней той половиной лица, что была скрыта маской.

— Вот этого я и не хотел. Взгляда, которым ты на меня сейчас смотришь. – Прорычал он, с грохотом отшвырнув кочергу прямо в пламя и напряженно прошелся до письменного стола, чтобы спешно собрать разбросанные по нему бумаги. – Меня унижает твое сочувствие, тем более что я его не заслуживаю. – Наконец вымолвил он. - Я виноват во всем, что со мной произошло. Во всем. Потому и не хотел, чтобы ты знала, оценивала меня через призму этого. Я надеялся, что ты увидишь меня, таким каким я был до всего… Боже, какой же я дурак!

Чувствуя, как гнев волнами исходит от мужчины, девушка все же рискнула приблизиться к нему, замершему к ней спиной. А чуть погодя даже решилась приблизиться и коснуться его плеча, прошептав:

— Ты ни в чем не виноват, Дэрек. – Вот только это, пожалуй, было лишним.

Развернувшись к ней резко, граф перехватил руку Валери и прорычал ей прямо в лицо.

— С каких это пор ты называешь меня по имени? Не обманывайся. Уходи, пока я снова не превратился для тебя в чудовище.

— Нет. – Решительно бросила ему та, высвободив свою руку.

— Ты дурная? Вон! – Указал он ей на дверь.

— Только если ты ответишь на мой вопрос. – Сказала девушка, всю храбрость вложив в то, чтобы не броситься к двери от одного только его тяжелого взгляда.

Посмотрев на нее, будто видит впервые в жизни, граф внезапно всплеснул руками и устало прикрыл ладонью глаза, прошептав:

— Задавай и убирайся.

И девушка спросила, чувствуя, как от