Дерзок и пушист - Лена Хейди

– Вообще-то я спросил серьёзно, Даниэль, – нахмурился пират. – Не вижу в своём вопросе ничего забавного.

– Надо записать видеообращение к королю Ксарры и в его министерство по охране правопорядка. А заодно в интерпол. Рассказать всем о злодеяниях доктора Иртакиса Шасс-наата. Пускай его арестуют и он объяснит учёным, что за препарат вводил Ангелине и как долго продлится его действие. И заодно предоставит антидот – самой девушке и всем, кто с ней контактировал, – объяснил я.

– И с какого корабля ты пошлёшь им эту информацию? – дотошно уточнил Люмьен.

– Если не возражаешь, то с «Ястреба», – отозвался я.

– Не возражаю, – мотнул тот головой и продолжил свой допрос: – Но что потом? Королеве Беатрисе сразу станет известно, что ты жив. Думаю, сейчас она в этом сомневается, но затем эта эльфийская бестия откроет на тебя охоту. Моргнуть не успеешь, как остроухие перехватят тебя во время передачи прав на линкор «Могучий». Едва подойдёшь к трапу, как окажешься в темнице. Даже для того, чтобы переоформить все права на Рональда, тебе всё равно придётся явиться на Теол, лично. Шпионы королевы быстро выдадут твоё местоположение, а дальше ты знаешь: тюрьма, долгий беспросветный брак, уход за грань.

Как бы ни бесил меня этот тип, надо признать, он прав.

Я чувствовал себя в ловушке и не знал, как выбраться из этой западни. Единственное, что оставалось – уповать на друзей и удачу.

– Ему жениться надо на девчуле, только и всего, – уверенно заявил Рон. – Она и так уже его невеста. И все проблемы решатся. Ираида Гранц вместе с Беатрисой останутся у разбитого ведра. И наагаты поутихнут: они никогда не претендуют на замужних самочек. То есть, женщин. У них это табу. А когда девчуля понесёт под сердцем малыша – змеехвосты и вовсе будут обходить по дуге: её запах станет им неприятен. Никакой войны, никакой тюрьмы. Все в шоколаде.

Я бросил взгляд на Ангелину, щёки девушки мило заалели.

Она промолчала, ничего не ответив на слова Рона. Дождаться бы момента, когда я наконец-то останусь с ней наедине! Тогда по-нормальному с ней поговорю, признаюсь ей в своих чувствах и попрошу стать моей женой.

– Ну, раз в шоколаде, тогда всё замечательно, – со странным выражением хмыкнул пират.

Мне не понравилось, как он на нас посмотрел: словно мы с Роном были недоразвитыми пятиклашками-фантазёрами, а он – умудрённым жизнью директором школы.

«По-моему, он чего-то недоговаривает, – подал голос в моей голове Рыжулик. – И ты представляешь: он заблокировал мне доступ в свои мысли!»

Интересно, как у него это получилось? Коварный пиратище.

– Пёсья шкурка, – произнёс я любимое ругательство Рона и пояснил в ответ на недоумённые взгляды: – Это я так, тихо сам с собою. Благодарим за ужин, Люмьен, – поднялся я из-за стола и отодвинул стул Ангелины, помогая ей встать. – Всё было очень вкусно. Покажи нам теперь наши каюты. Одну для меня и моей невесты, и вторую – для Рона и котов.

– Полагаю, нужно спросить у самой леди, не хочет ли она поселиться в отдельной комнате? – уставился этот упырь на мою избранницу.

Та кинула на меня растерянный взгляд, снова смутилась, но в итоге кивнула:

– Лучше в одной каюте с Даниэлем, если можно.

Вся душа возликовала от счастья, а перед глазами вспыхнули сцены, как я опускаю соблазнительное девичье тело на кровать и накрываю сладкий рот горячими поцелуями.

«Но-но, только без шалостей, ушастый! Чтобы не смел приставать к моему ангелочку! Только после свадьбы!» – бдительно раздалось в моей голове.

Глава 38. Дорогие гости

Ангелина

*

Я поражалась хладнокровию Даниэля. Мы на чужом корабле, капитан которого мутный тип, кругом одни проблемы, а эльф держится со спокойствием истинного принца.

Неужели он настолько уверен во мне, как в талисмане удачи?

Единственное, что выводило его из себя, это те знаки внимания, что оказывал мне Люмьен.

Стоило мне с интересом посмотреть на пирата с банданой на голове, как в синих эльфийский глазах зародились молнии, а ноздри нервно затрепетали.

Даниэль сильно ревновал меня к пирату, и мне это было даже приятно. Я радовалась, что он ко мне неравнодушен.

Правда, не давал покоя один назойливый вопрос: кто именно нужен Даниэлю? Девушка Ангелина или живой артефакт удачи? Очень хотелось поговорить с ним без свидетелей, чтобы прояснить для себя этот момент.

Когда Люмьен спросил меня, не хочу ли я расположиться в отдельной каюте, он меня озадачил. С одной стороны, хотелось долгожданного спокойствия. И, в конце концов, уединения – хотя бы ненадолго.

Но, с другой стороны, я уже воспринимала Даниэля как защитника. Рядом с ним мне было спокойно. В душе царила уверенность, что он не причинит мне вреда и не станет к чему-либо принуждать.

И вообще, для чего вообще Люмьен предложил мне отдельную комнату? Чисто из галантности и уважения к моей персоне? Сильно сомневаюсь. Скорее всего, чтобы ему было проще обрушивать на меня всё своё пиратское внимание и обаяние.

– Конечно, милая Ангелина, как скажешь, – покладисто согласился пират, но в глубине его карих глаз промелькнула досада.

– Что, уже не называешь её самочкой? – гоготнул Рон.

Пират испепелил его взглядом.

– Меня не поставили в известность, что живой артефакт удачи – это такая красивая и умная девушка, у которой интеллект гораздо выше, чем у некоторых оборотней, – с толстым намёком парировал Люмьен, но Рон воспринял его слова по-своему:

– Да, тут ты прав. У девчули мозги соображают лучше, чем у хомяков-перевёртышей. Те думают только о еде и своей кладовке.

– Думают только о еде? Кого-то мне это напоминает, – он выразительно посмотрел на развалившегося на диване кота. Наверное, я единственная из всех присутствующих, кто отважился бы его сейчас потревожить.

– А можно поселить Рыжулика в той же комнате, где будем мы с Даниэлем? – вклинила я свой вопрос в этот оживлённый диалог. Не хотелось разлучаться со своим другом, пусть даже его разместят совсем близко – в соседней каюте.

– Конечно, красавица, как скажешь, – с готовностью закивал пират, а Даниэль напрягся:

– Ангелина, поверь: я безмерно уважаю и где-то в глубине души люблю этого кота. Но когда он переберётся к нам, тогда придётся брать к себе и Чудика. Рыжулик Канифейский единственный, кто способен усмирить карвийскую пантеру. С этим даже Рон не справится. Если наше чёрное чудо расшалится, оно порвёт когтями всё, до чего сможет добраться. И нам придётся эвакуироваться с очередного судна.

– Ладно, пускай коты останутся с Роном, – смирилась я. Мне мило махнули лапкой.

– Кстати, о судах, – посмотрел