Охотница (СИ) - Кроваль Яна

Охота за головами. 10. Лайнер

К сожалению, уединение продлилось недолго.

Прошло всего несколько минут — и дверь шлюза наконец-то соизволила отъехать в сторону, разрезав тишину противным металлическим скрежетом, от которого у меня мгновенно заныли зубы.

— Работаем! — отбросив нежности, тотчас отстранился Итиш.

Повторять не пришлось.

Вытащив лазер, я прислонилась к стене и осторожно выглянула в небольшой зал, готовая выстрелить в любого, кто только рискнёт показаться мне на глаза. Напротив меня, с другой стороны проёма, в такой же позе застыл Итиш… Однако все старания были напрасны.

Как Гарри и обещал, наше вторжение осталось незамеченным.

Переглянувшись, мы синхронно шагнули на борт лайнера, ещё раз тщательно осмотрели помещение и двинулись дальше, взяв курс на единственный коридор… Где нас встретила мрачная пустота.

Судя по скудному освещению, на корабле стояла глубокая ночь… Что, с одной стороны, облегчало нам задачу, позволяя без проблем захватить лайнер, а с другой — вызывало во мне чувство жуткого разочарования.

Я хотела развеяться, жаждала боя, мечтала об адреналине… А вместо этого неспешно шагала по коридору и прицельной стрельбой по электронным замкам замуровывала в каютах мирно спящих пассажиров.

Скука. Самая настоящая.

— Что делать-то будем? — вдоволь насладившись запахом жжёного пластика, осведомилась у спутника.

Всё равно врагов не наблюдалось. Никто даже на едкий дым не выполз… Так почему бы не обсудить несколько насущных вопросов?

— В смысле? — оглянувшись, уточнил друг. — С кем?

— С командой. Через них до посредника не добраться… Значит, нужно бежать.

— Вот чего точно не нужно, так это бежать! — убедившись, что никто не крадётся за нами по пятам, назидательно откликнулся Итиш. — Если и уходить, то мирно… Хотя я бы уходить не стал.

Его заявление на секунду ввело меня в ступор.

— Ты серьёзно?! — совладав с собой, гневно прошипела я.

— Абсолютно, — подтвердил друг.

И я поняла, что совсем его не знаю.

Нет, преступники, конечно, не заслуживали снисхождения, и наши планы на их будущее были далеки от пощады… Но они не сделали нам ничего плохого, чем бы мы смогли оправдать своё предательство! И раньше я искренне считала, что Итиш со своими понятиями о чести непременно разделит мою точку зрения…

Так сильно я ещё никогда не ошибалась.

— Сама посуди, — наткнувшись на мой взгляд, не предвещающий ничего хорошего, добавил друг, — если мы сейчас удерём, начинать придётся с нуля. И не факт, что в следующий раз нам повезёт. Вполне возможно, мы несколько месяцев промотаемся по космосу с полным трюмом рабов, пытаясь найти точку сбыта… А потом попадём в руки галактической полиции — и не отмоемся уже никогда.

Подобный вариант развития событий не стал для меня сюрпризом. Я прекрасно знала и о подстерегающих нас опасностях, и о возможных рисках… Да и Итиша такие мелочи раньше не останавливали.

— К тому же пираты вряд ли стерпят нашу наглость, — выждав минуту, продолжил рассуждения друг. — И непременно растрезвонят о двух подозрительных личностях всему преступному миру… Что может сильно навредить нашей репутации.

А вот тут я всё-таки не выдержала.

— Полагаешь, предательство повлияет на репутацию в лучшую сторону? — парировала, не забыв напитать голос презрением.

Уж больно мне хотелось разобраться в мотивах любимого… А молчание, увы, не способствовало взаимопониманию.

— Предательство?.. — опешив, удивлённо переспросил Итиш.

Да так искренне, что я почувствовала себя последней гадиной… Либо полной идиоткой.

— Конечно! — кивнула, взяв себя в руки.

Идти — так до конца!

— Если мы сдадим этих пиратов посреднику, то обманем их доверие, которое всеми силами пытаемся заслужить… И, между прочим, вряд ли чего-то добьёмся. Крыс не любят нигде.

Последовала небольшая пауза.

— А кто сказал, что мы собираемся кого-то сдавать? — холодно поинтересовался друг.

И я стремительно покраснела, осознав, как сильно оскорбила любимого своим предположением. Ведь оснований для подозрений у меня действительно не было. Ни одного!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— И, между прочим, — спародировал Итиш, — у меня нет знакомых среди преступников, в связи с чем я понятия не имею, как наладить контакт с посредником. Иначе не стал бы притворяться пиратом!

В его словах мне послышался намёк на моё происхождение — и я обречённо потупилась, признавая его право на резкие высказывания.

Сама виновата. Нечего было сомневаться в благородстве друга.

Естественно, обижаться я даже не думала и практически сразу подняла голову, собираясь принести извинения… Но не успела издать и звука, как в коридоре вдруг вспыхнул яркий свет, а следом из-за угла вынырнул стюард.

Заметив нас, он замер, пытаясь сообразить, откуда взялись вооружённые до зубов пассажиры… Зато Итиш раздумывать не стал — вскинул парализатор и разрядил его точно в голову противнику, опередив меня всего на долю мгновения. От двойной дозы у мужчины случились судороги — и он свалился на пол, продолжая биться в конвульсиях. А мы с любимым вновь остались вдвоём.

— Утро, — очнувшись, констатировал друг. — Идём, надо торопиться, пока весь экипаж не проснулся. Быстрее!

После чего, переключив оружие в палящий режим, принялся обстреливать двери с обеих рук в ускоренном темпе.

Замечание Итиша показалось мне очень здравым — и я вынужденно отложила тяжёлый разговор на неопределённое время, присоединившись к любимому.

Если наши чувства истинны, то бояться небольшой размолвки не следовало. Если же нет… Что ж. Будем, как и прежде, просто друзьями.

Лично меня это вполне устраивало.

А между тем враги стали попадаться нам всё чаще. И я, уступив Итишу право заниматься пассажирами, полностью сосредоточилась на обслуживающем персонале лайнера. Увы, совесть не позволяла мне спокойно отправлять их в нокаут, однако отступать было некуда — и я продолжала работать, старательно напоминая себе о великих целях, в жертву которым приносились эти несчастные.

Вскоре поток желающих пасть от моей руки иссяк, а следом за ними закончился и извилистый коридор, приведя нас прямиком к рубке управления. Разумеется, закрытой.

— Работаем! — опередив замешкавшегося друга, я смело шагнула вперёд…

…и оказалась зажата в крепких объятиях Итиша.

— Подожди, — шепнул он. — Прежде чем мы начнём, я хочу, чтобы ты поняла — нам не нужно никого предавать. Рано или поздно Грега с командой всё равно поймают… И тогда мы, как третьи лица, просто сменим сторону.

— А если нет?.. — не поддавшись низменному порыву впиться в его губы, выдохнула я. — Вдруг посредника не интересуют отступники?

Любовь любовью, а с работой её путать не стоило… Хотя при мысли, что Итиш не стал раздувать ссору, а предпочёл первым разбить корку льда, которой начали покрываться наши отношения, меня буквально накрывала эйфория.

Замечательный мужчина! Умный, добрый, предупредительный… Самый лучший. Мой.

— Если мои знания алчной человеческой натуры верны, то глава работорговцев ни за что не оставит подобное самоуправство безнаказанным, — усмехнулся друг. — Любое неповиновение для него — удар по репутации. Признак слабости. Сигнал к бегству для подчинённых… Нет. Ребята отделились совсем недавно, и посредник очень скоро найдёт отступников.

— А если ты ошибаешься? — продолжала упорствовать я. — Если нам придётся прождать несколько месяцев, а то и лет, прежде чем их поймают? Что тогда?

— Тогда мы просто наработаем себе имя, обзаведёмся связями и через пару недель покинем команду. Даю слово.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Обещаниям Итиша я всегда верила — и потому подчинилась.

Неделя — пустяковый срок в нашем деле… Начинать заново выйдет куда дольше.

Охота за головами. 11. Работа

— Лайнер захвачен, раненых нет, — вытащив клипсу из кармана, бодро отрапортовал Итиш. — Все пассажиры заперты в своих каютах, часть экипажа отдыхает в рубке управления, остальные лежат без сознания в разных концах коридора.