Влюбиться в своего мужа (СИ) - Ибис Александра

Арина глубоко вздохнула и сжала руки в кулачки. Тёмная магия заклубилась вокруг неё грозовыми облаками, скрывая из виду невысокое тельце. Денис подался вперёд, но Соранна остановил его вскинутой рукой. Мы все напряжённо наблюдали за густой чернотой, опутавшей Арину. А потом она вдруг закричала, и чёрные клочки разлетелись в разные стороны, поднимая ветер, взметнувший подол её голубенького платьица с передником, и превратившись в крупных темнокрылых бабочек.

Девчонка обессиленно рухнула на колени, и тут уже Денис подбежал к ней, помогая подняться.

— Я в порядке, порядке, — отмахивалась Арина, глубоко дыша. — Правда… в норме.

Она рухнула в кресло и довольно улыбнулась, глядя на парящих под потолком насекомых.

Денис поглядел на неё какое-то время, а потом отошёл вместе с Соранной к тому стеллажу, за которым пряталась я. Я поспешно отскочила от образованной мною дыры из книг вглубь коридора между двумя книжными рядами.

— Это заклинание. — заговорил Денис так тихо, что мне пришлось напрячь слух, чтобы его услышать. — Я тоже могу его использовать?

Соранна вздохнула, и я одновременно облегчённо выдохнула вместе с ней, осознав, что осталась незамеченной. Мне было не стыдно подглядывать и потом выходить и показывать, что я всё слышала. Стыдным являлось быть пойманной за этим неприглядным занятием.

— Мне жаль, но оно действует только на детей, — сказала целительница с таким ярковыраженным сочувствием, что у меня кровь в жилах заледенела. Сначала я позволила себе жалость по отношению к яблоне, а теперь вспомнила, что ранее посочувствовала и Денису с Ариной, хотя и убеждала себя в том, что помогаю им из желания избежать проблем. — Взрослая душа — это уже совсем другое дело. А ты. вот уже неделю как взрослый по нашим законам.

Ему исполнилось девятнадцать, пока я спала?

— Я знал, — приглушённо ответил Денис. — Просто спросил.

В голосе попаданца-полудемона слышалась горечь, и уловила её не только я.

— Ты сильный парень, Денис, но если тебе вдруг нужно помочь отделить эмоции от разума, то.

— Ты сама сказала, что я сильный, — резко прервал её тот, кого мне после сна было

привычнее называть Чеширским Котом. — Справлюсь без временной

помощи.

— Хорошо, — по тому, как быстро согласилась целительница, стало понятно, что она и сама не желает подвергать Дениса успокаивающим заклинаниям не единично, как в случае с попаданием детей в Нижний Мир, а много и часто. — Тогда я вас оставлю. Собственное заклинание уже погрузило Арину в сон.

Я резко втянула носом воздух, чуть не закашлявшись от книжной пыли, и бочком двинулась ещё дальше вглубь стеллажного коридора, хотя понимала, что целительница не заметит меня только в том случае, если будет смотреть исключительно вперёд. Или если пойдёт через главные двери библиотеки.

Как она и сделала. Я тихонько выдохнула, не желая, чтобы именно эта демоница ловила на меня на не самом благородном занятии: с неё станется вновь во мне усомниться, а к ежедневным извинениям я всё же пока не готова.

— Я вас видел и слышал, — вдруг отчётливо донёсся до меня голос Дениса, стоявшего по другую сторону книжных стеллажей. — Выходите, леди Изира.

В его интонации мне отчётливо послышалось коварство Чеширского Кота, ставшего мне странным… не совсем другом в Карточном Королевстве. Возможно, именно поэтому я спокойно вышла к нему и спросила:

— Когда ты меня заметил? И как?

Его печальное после разговора с Соранной лицо озарила знакомая по сну широкая улыбка:

— Ещё когда вы стали подглядывать за заклинанием Арины. А как? Годы игр в прятки с младшей сестрой мне в помощь.

Я подавила усмешку, убеждаясь, что не зря ещё месяц назад отметила его способность к наблюдению за другими, и заглянула полудемону за спину, чтобы посмотреть на спящую в кресле Арину, согретую теплом огня из камина. Уголки её губ были приподняты вверх, показывая, что девчонке снится что-то приятное. Я невольно засмотрелась на её спокойное счастливое, ещё не лишившееся детских черт личико. Денис перехватил мой взгляд.

— Она сильно переживала после смерти родителей, хотя и не хотела об этом говорить с психологом. Только со мной. Боялась, что чужой человек направит её к психиатру, — сказал Денис, снимая с плеч тёмно-синий сюртук и накрывая им спящую сестрёнку. — Я решил, что если уж не таблетки, то хотя бы магия сумеет ей помочь.

Мне было по-своему приятно вновь стать той, кто до того хороша, что мужчина рассказывает ей свои секреты, однако…

— Если честно, я не поняла, о чём ты говоришь, — я истерично хмыкнула. — Психолог и психиатр — это кто-то вроде целителей?

— Ой, прости, — Денис растерялся и рухнул на диван, приглашая меня сесть рядом с ним. Я не стала отказываться от предложения. Мне нравилось, что он хочет со мной разговаривать, потому что разговоры с Чеширским Котом, его отражением, были мне по — своему интересны. — Не подумал, что если у вас лечением всех болезней занимаются целители, то ты некоторых земных слов можешь просто не знать.

— Вы, — поправила я, а потом посмотрела на знакомое симпатичное, с хитринкой, лицо, вспомнила все приключения в Карточном Королевстве и махнула рукой. — Хотя, неважно, можешь называть меня просто Изирой.

— Да? А Арина?

Я бросила взгляд на спящую неподалёку храбрую девчушку и кивнула.

— И она. Я стала добрее, — кивнув напоследок в сторону девочки, я серьёзно посмотрела на её брата. — Так о ком ты говорил?

— Психологи и психиатры лечат душевные проблемы человека, — он тоже посмотрел на меня, отрывая взгляд от огня в камине. — Психолог помогает человеку справиться с проблемами самостоятельно, а вот психиатр уже назначает какие-то лекарства, таблетки, если человек, как ему кажется, не способен справиться сам.

— Понятно, — кивнула я, чувствуя, как что-то сжимается у меня внутри. — Почему Арина не хотела к психиатру?

— Потому что это, вроде как признать себя сумасшедшим, — хмыкнул Денис. — Глупости, конечно, но я побоялся заставлять её идти. Не хотел, чтобы она отдалялась от меня.

— А ты сам ходил? — спросила я. — Ты попросил у Соранны магической помощи, а вашей земной ты просил?

Денис опустил глаза, не выдержав моего испытующего взгляда. Возможно, несмотря на месяц проживания здесь, его всё ещё пугали глаза демонов, а у меня они, ко всему прочему, были змеиными, а не человеческими.

— Нет, — признался он.

Былая я никогда бы не признала, что понимает человека. Что разделяет его чувства, что видит в нём себя. Но та я, что презирала людей, осталась в прошлом, захватив с собой родство с Кебером и статус законнорождённой аристократки. Потому я признала наше с Денисом сходство. Мы оба пытались выглядеть сильными в глазах других, не прося ни у кого помощи, но желая её, оба хранили в себе боль, оба заботились и любили кого-то вместо себя. Но я переступила через это. И могу помочь Денису. А может, и себе, если вспомнить о причине моей злости, приведшей меня в библиотеку.

— Знаешь, помимо лекарств и магии, есть ещё один неплохой способ забыть что — то, — сказала я и решительно накрыла его губы своими.

Мальчишка не растерялся, и через какое-то время я поймала себя на мысли, что мы с ним не столько целуемся, сколько боремся друг с другом. И мне… мне так это нравилось… До того нравилось, что я искренне жаждала, чтобы это никогда не заканчивалось! Желала посмотреть, как далеко сумею зайти, если позабуду не только о своей былой гордыне, вине и обидах, но и о чувствах к Дирлиху, что не имеют достойного будущего.

Мой первый поцелуй не был особенным. Кажется, он был из любопытства с каким-то из сыновей лорда Не-Помню-Кого, и я не осталась от него в восторге. В годы Дениса любовь была для меня глупой детской сказочкой, существование которой я старательно отрицала. Причины такого поведения были просты: учившие меня демоны являлись проклятыми циниками, а я сама любила лишь одного мужчину из сотен, что встречала во дворце, притом именно того, кого не могла получить, понять и очаровать. Это был Ансор тар — демена Ризуд, разумеется.