Милена Завойчинская - Под небом четырех миров

— Так, и что?

— В итоге Ирлейв, Альдид и еще несколько воинов помчались в горы искать вас. Они периодически присылают вестников, а мы тут с ума сходим от тревоги… Я Кирину написала, он велел сообщить ему сразу, как станет хоть что-нибудь известно. А вчера вокруг кружили драконы, и мы уже не знали, что и думать. Вика, но что же произошло? Почему вы такая грязная и в рваной одежде? Вас обижали?

— Все нормально, Лия. — Я успокаивающе погладила ее по руке. — Уже все хорошо. Меня действительно утащил детеныш дракона — в качестве игрушки, подружки и сокровища. Это его мама. — Я кивнула на драконицу. — Ох и всыпала она ему по мягкому месту, когда увидела меня в пещере! А вот это — вожак стаи.

— У меня нет слов! — Лия нервно рассмеялась. — Вы единственное живое разумное существо за всю историю, которое уволок дракон, пусть и детеныш. Они ведь никогда не нападали ни на кого, кроме скота.

— Дети… — Я вздохнула. — Что с них взять. Вот мама дракоши меня и вернула, как только выяснила куда.

— И что теперь делать с драконами? — Аурелия разглядывала две огромные фигуры, занявшие весь двор.

— Лия, тут такое дело… — Я помялась. — Надо написать князю Кирину, чтобы он приехал. Понимаете, я совершенно нечаянно вернула драконам разум, способность говорить и дала им имена.

— Что?!

— Ну да. Дракончику, похитившему меня, я дала имя Кир-рил, или Кирюша. Его мама — Кира. А вожак их стаи — Гром.

— Приветствуем прекрасную леди, — громогласно произнес прислушивающийся к нашим словам Гром.

Аурелия подскочила от этих слов, вытаращившись, словно увидела говорящее дерево.

— Да. Надо написать Кирину… — Она помолчала, приходя в себя. — Приветствую вас, уважаемый Гром. Рада видеть вас и Киру в своем доме, и спасибо, что вернули нам Викторию.

Кира вежливо кивнула огромной головой.

— Лия, — позвала я лиреллу, — а можно мне войти в дом? Я жутко хочу пить, есть и принять ванну.

— Ох, да что же это я! Что вам подать на завтрак?

— Супа! Безумно хочу горячей еды, еще хлеба или пирожков, и потом — кофе. Ах да, кофе у вас нет. Ну, травяной отвар тогда. И можно покормить драконов? Мы все еще не завтракали.

Аурелия, взяв себя в руки, начала отдавать указания. Меня отвели в столовую, как только я помыла руки и умылась, и выдали еды. Правда, Лия предлагала мне сначала принять ванну и переодеться, но у меня от голода уже живот сводило. Два дня на полуобугленном мясе без соли давали о себе знать, и я не могла ждать ни минуты. С жадностью накинувшись на тарелку горячего грибного супа, я выпала из окружающей реальности. Услышала только, что драконам выдали мяса, и они остались во дворе.

А через несколько минут, когда я уже приступила к чаю с пирожками, в коридоре раздались громкие шаги, хлопнула дверь, и в столовую влетели три фигуры.

— Вики! — Ко мне молнией метнулся Эрилив, вздернул со стула, схватив в охапку, и прижал к себе.

Ой! А как он тут оказался?! Но я даже не успела толком удивиться.

В следующую секунду он, совершенно ошеломив меня, как безумный, начал покрывать мое лицо поцелуями, не позволяя прийти в себя.

— Вики! Вики! — До моего мозга доходили только эти слова — весь остальной жаркий шепот я не могла разобрать. Возникало ощущение, что он говорил на другом языке. И только в самом конце этой речи я смогла понять еще одно слово — «моя!»

— Рил, я… — попыталась я вклиниться в эту сумасшедшую речь, но он накрыл мой рот губами.

От неожиданности я что-то промычала, но… В общем, так я и не успела опомниться. Потому что, когда через какое-то время в дверь снова кто-то постучал, оказалось, что мы, забыв обо всем, целуемся, а мои руки обнимают его за шею.

Рил оторвался от моих губ, и я спрятала лицо у него на груди, а от двери раздалось деликатное покашливание. И тут я взвыла от боли, потому что мой телохранитель сжал меня в объятиях, не желая расставаться, а мои синяки на ребрах резко этому воспротивились.

— Что?! — Эрилив выпустил меня. — Ты ранена? Где?

Отстранив меня и придерживая на расстоянии вытянутых рук, он стал оглядывать мою фигуру. Взгляд его замер на черных отпечатках пальцев Кирюши и заледенел.

— Что это?! Я убью его!

— Рил, тихо… Все нормально! Это просто синяки от пальцев. Меня дракончик нес, ему было тяжело, и он слишком сильно сжал лапы, — поторопилась я с объяснениями. — И его уже наказала мама — отшлепала за то, что он меня похитил.

От двери снова раздалось покашливание, и я выглянула из-за плеча Эрилива.

— Ваша светлость! Как хорошо, что вы прибыли! Альдид, Ирлейв! Ну, скажите же ему!

Как выяснилось через некоторое время — после сумбурных проявлений чувств и эмоций, — пока я ела, Аурелия отправила вестников к князю Кирину, вкратце описав ситуацию, и к Эриливу, чтобы он возвращался. Эрилив, к которому успел присоединиться остальной отряд, явился сюда, воспользовавшись амулетом переноса. Лошадей бросили во дворе, и все помчались в дом, ко мне. И почти вслед за ними прибыл Кирин, тоже используя амулет, полученный от Маркиса.

Очень быстро, не вдаваясь в подробности, я рассказала о возвращении драконам разума и способности к речи. И поведала о том, что Гром — вожак стаи, Кира — мама похитившего меня малыша. После чего попросила у князя перерыва на полчасика, чтобы принять ванну и переодеться.

Аурелия лично отвела меня в купальню, прислав в помощь еще и горничную, и единственной сложностью оказалось изгнание оттуда Эрилива. Его прямо перекосило, когда мы с Лией стали твердить, что он не может находиться в одном помещении со мной, пока я принимаю ванну. Аурелии даже пришлось прикрикнуть на своего сыночка и чуть ли не за шиворот выволочь оттуда.

С помощью присланной горничной я промыла волосы и смыла с себя пыль и грязь. Особенно трудно получилось с ребрами, к которым даже прикасаться было больно. И тут ее помощь оказалась неоценима — мягкой губкой она осторожно промокала кожу в этих местах, а я кривилась, стараясь не поскуливать. Черт! Как бы там трещин не обнаружилось — вроде синяки не должны так сильно болеть.

Выйдя из купальни, я нос к носу столкнулась с Эриливом, подпирающим стену.

— Рил… — Я покраснела, столкнувшись с ним взглядом, и потуже затянула пояс на халате, выданном Аурелией. — Мне же еще собраться нужно, и волосы высушить, и синяки обработать живой водой… Ты рано пришел. И вообще, это женская половина, я же не одета.

Горничная отвела глаза и мышкой скользнула в мою комнату, чтобы приготовить одежду, а мы замерли в коридоре.

— А я и не уходил, — мрачно поведал он мне. — И не уйду, даже не проси! Я теперь от тебя вообще ни на шаг не отойду.