Рейчел Кейн - Пиршество демонов

- У тебя что, проблемы со слухом? - прошептала Ева, подойдя к плите и хмуро глядя на жарящийся бекон.- Он не в силах им помешать, только сам пострадает, если попытается. Может, стоит снова позвонить Амелии и сказать, чтобы немедленно тащила сюда свою всемогущую задницу?

- Да, прекрасная идея - разозлить единственного вампира, который в состоянии помочь. Если бы они собирались убить нас, то вряд ли сначала попросили бы омлет,- сказал Шейн.- Не говоря уже о тостах. Если ты просишь тосты, то, ясное дело, считаешь себя гостем.

Пожалуй, он был прав, однако руки Клер по-прежнему дрожали.

- Клер, дорогая! - снова подала голос мама, и Клер подскочила, чуть не опрокинув корзину с яйцами.- А что эти люди здесь делают?

- Мистер Бишоп… он… ну… ждет, пока за ним приедет его дочь.

И это была чистая правда. Отец Клер встал, подошел к посвистывающей кофеварке, налил кофе в две чашки и отнес к столу.

- Выпей, Кэти. У тебя усталый вид.

В голосе прозвучали непривычно мягкие нотки, и Клер внимательно пригляделась к отцу. Он был человеком не слишком эмоциональным, но сейчас выглядел обеспокоенным - почти как мама.

Папа выпил кофе, словно воду в жаркий день. Мама апатично добавила сливок, сахара и стала прихлебывать маленькими глотками. Оба молчали.

Майкл отнес чашки «гостям», а вернувшись, плотно закрыл дверь и на минуту замер, прислонившись к ней. Со времени обращения в вампира он никогда не выглядел таким смертельно бледным и напряженным. Клер даже не могла вообразить, что такого ему сказали: что-то скверное, надо думать. Что-то по-настоящему ужасное.

- Майкл! - с тревогой окликнула его Ева и кивнула на родителей Клер.- Приготовишь еще кофе?

Он оторвался от двери, направился к кофеварке, но больше ничего сделать не успел. Дверь снова распахнулась, на кухню вошли мистер Бишоп и его свита.

Высокие, надменные, словно члены королевской семьи девятнадцатого столетия, вампиры обозревали кухню: двое молодых внушали ужас, но не вызывало сомнений, что главный тут мистер Бишоп. Когда его взгляд упал на Клер, она вздрогнула и отвернулась к шипящему омлету.

Женщина- вампир подошла к Шейну, обмакнула палец в подливку, которую он перемешивал, медленно поднесла ко рту и облизнула, все так же не сводя глаз с парня. И Шейн тоже в упор смотрел на нее; виду него был потрясенный и беспомощный.

- Пора приступать к трапезе,- заявил Бишоп.- Тебе, Майкл, предоставляется честь прислуживать нам за столом. Если твои маленькие друзья задумали нас отравить, я выпущу тебе кишки. И поверь - при желании я могу заставить вампира страдать очень, очень долго.

Майкл нервно кивнул. Клер невольно бросила взгляд на родителей, которые не могли не услышать сказанного. И услышали.

- Прошу прощения.- Отец Клер начал подниматься.- Вы угрожаете этим детям?

Бишоп обратил на ее родителей холодный взгляд. У Клер мелькнула отчаянная мысль врезать ему раскаленной железной сковородой с омлетом, но она усомнилась, что таким образом можно причинить вампиру реальный вред.

А по кухне словно прокатилась невидимая волна, и папа замер, так и не успев подняться. Взгляды родителей стали пустыми, папа тяжело рухнул обратно в кресло.

- Больше никаких вопросов,- сказал им Бишоп.- Я устал от вашей трескотни.

Клер охватила черная ярость. Ей захотелось броситься на мерзкого старика и выцарапать ему глаза; остановило лишь отчетливое понимание того, что это погубит всех, даже Майкла.

- Кофе? - ломким голосом прервала молчание Ева и бросилась к родителям Клер.

Клер подумала: интересно, как родители воспринимают Еву - с ее выбеленным лицом, черной губной помадой, огромными, густо подведенными глазами и торчащими во все стороны крашеными черными волосами? Однако, по крайней мере, она принесла кофе и при этом улыбалась.

- Конечно.- Мама робко улыбнулась в ответ.- Спасибо, дорогая. Ты, кажется, говорила, что этот человек твой родственник?

Клер посмотрела вслед Бишопу, который уже ушел из кухни и направлялся к обеденному столу в гостиной. Молодой и красивый мужчина-вампир перехватил ее взгляд и подмигнул. Она тут же отвела глаза, снова сосредоточившись на Еве и родителях.

- Нет, - ответила ее подруга с нервным оживлением.- Дальний родственник Майкла. Из Европы. Хотите сливок?

- Омлет готов,- заявила Клер.- Ева…

- Надеюсь, у нас хватит тарелок,- прервала ее та.- Черт побери! Никогда не думала, что заговорю об этом, но где наш фарфор? У нас есть фарфор?

- Ты имеешь в виду тарелки, у которых еще не отбиты края? Да, вон там.- Шейн кивнул на шкаф, что был примерно на четыре фута выше Евы. Она устремила на Шейна сердитый взгляд.- Не смотри на меня так - я не стану тянуться за ними. Не забывай, я все еще раненый.

Это была правда, но под гнетом всего происходящего Клер тоже забыла о его состоянии. Шейн уже чувствовал себя лучше, но из больницы его выписали совсем недавно, и вряд ли ножевая рана, которая чуть не свела его в могилу, так быстро зажила.

Вот еще одна хорошая причина не возмущаться - без Шейна их способность дать отпор заметно снижена.

Ева забралась на стойку, нашла тарелки и передала их Клер. Потом Клер сменила Шейна у плиты и стала перемешивать комковатую массу, призванную исполнять роль подливки, хотя от одного взгляда на нее к горлу подкатывала тошнота.

- Насчет этой девушки…- сказала Клер Шейну.

- Какой девушки?

- Ну… ты знаешь. Там.

- Ты имеешь в виду эту кровопийцу? И что с ней?

- Она так смотрела на тебя…

- Что я могу сказать? Ну, смотрела.

- Шейн, это не смешно. Ты должен быть настороже.

- Я всегда настороже.

Вот уж чего о нем никак не скажешь! Клер почувствовала, как под его пристальным взглядом у нее заполыхали щеки.

- Ревнуешь? - Шейн медленно улыбнулся.

- Может быть.

- Ну и зря. Я предпочитаю леди, у которых бьется сердце.- Он взял ее руку и мягко сжал пальцами запястье.- Например, тебя. Правда, пульс что-то уж очень быстрый.

- Шейн, я не шучу.

- Я тоже.-Он придвинулся ближе.-Ни один вамп не встанет между нами. Веришь мне?

Клер кивнула. Она глядела в его глаза - темные, будто коричневый бархат, с тонким золотистым ободком - и не могла произнести ни слова. Почему она только сейчас заметила, насколько они прекрасны?

Дверь снова открылась, и Шейн отступил в сторону. Вошел Майкл и обратился к родителям Клер:

- Мистер и миссис Данверс, мистер Бишоп хочет, чтобы вы с ним поужинали. Но если вам пора домой…

Он рассчитывал, что они передумали? Клер его пустых надежд не разделяла. Едва только папе начинало казаться, будто происходит что-то странное, он переставал вести себя как здравомыслящий человек. Не обманув тревожных ожиданий Клер, он встал, держа в руке кофейную чашку.