Солнечный остров - Ольга Иванова

Столовая постепенно заполнялась студентами, все были голодны не меньше нашего и сметали еду с тарелок подчистую.

– А этот Ривз вкусно готовит, кстати, – сказала Юна, тяжело откидываясь на спинку стула. – Интересно, как они поладят с Бобо? Им придется делить кухню?

– Я сейчас не хочу думать об этом, – протянула Бекки с зевком. – Потому что теперь еще сильнее хочу спать.

После сытной еды и меня начало безбожно клонить в сон, казалось, я могу заснуть прямо здесь на стуле. Джо тоже начала зевать, и было единогласно решено идти спать. Накатила такая усталость, что у нас даже не хватало сил навестить наших дракончиков. Оставалось надеяться, что Магдалена за ним будет хорошо присматривать.

Рахули к нашему возвращению успели навести порядок и уже вовсю шуршали под кроватью Джо, обустраивая себе новый дом.

– Сахар пока раздобыть не удалось, – повинилась перед ними Джоанна.

– Но у меня завалялась шоколадная конфета, – спасла положение Бекки. – Вам за хорошую работу.

В результате рахули остались довольны, а мы смогли наконец упасть в кровать и сомкнуть веки. Прежде чем провалиться в сон, я успела подумать о том, что так до сих пор и не увидела Шейна.

Проснулись мы только вечером, незадолго до ужина. Что нас снова уже ждут в столовой, мы узнали от Люка, который пришел будить Джо и заодно заставил подняться остальных. Но, как ни странно, мы вновь ощущали голод, поэтому охотно отправились в столовую.

По пути мы встретили Рика с друзьями и от них узнали о крупной ссоре между Лайонелом Ривзом и нашим Бобо, в которую пришлось вмешаться даже ректору. Как Юна и боялась, Бобо не желал мириться со второй ролью на кухне и был прямо-таки оскорблен, что ему придется работать вместе с Ривзом. К сожалению, как и многие гении, Бобо был слишком чувствителен к критике и конкуренции, а оттого временами капризен. Чем закончился конфликт, пока было неизвестно, поскольку ректор разговаривал с поварами уже без свидетелей. Однако на качестве обеда это точно не сказалось, а на раздаче по-прежнему стоял местный повар Ривз и все так же всем приветливо улыбался. Особенно Юне.

– По-моему, ты ему нравишься, – шепнула я Юне.

– Ну и пусть, – та пожала плечами, – мое сердце все равно уже занято.

Мы украдкой переглянулись с Бекки: да что ж такое-то? Нет, нужно срочно что-то придумать, чтобы заменить в сердце Юны место Кейна на кого-то другого. И Лайонел Ривз, кажется, вполне подходил на эту роль.

Но планы по смене власти в сердце Юны были забыты, стоило мне увидеть Шейна. Он снова был далеко от меня и, кажется, подходить не собирался, да и вообще, как всегда, был занят разговором, на этот раз с профессором Лагером. Беседа была, наверное, какая-то очень важная и серьезная, поскольку оба были слишком увлечены ею, но как же мне хотелось обратить на себя его внимание! Просто чтобы он хотя бы посмотрел на меня! Просто чтобы прочитать в этом взгляде, что он чувствует по отношению ко мне. Презирает? Зол? Или ему безразлично?

Может, выкинуть что-нибудь эдакое? Например, разбить «случайно» тарелку? Или упасть в обморок?

Святые провидцы, какая чушь! Мне сразу стало стыдно от подобных детских мыслей. Когда-то я, может быть, так и поступила бы… с Винсентом Муром. Но с Шейном так вести себя совсем не хотелось. За последний месяц во мне будто что-то изменилось. Теперь все эти шалости больше не казались мне нормальными.

– Чем займеся? – спросила Юна, вырывая меня из круга моих мыслей. – Предлагаю прогуляться и обследовать окрестности. Можно на горячие источники сходить.

– Почему бы и нет? – сказала Бекки.

– Почему бы и нет? – эхом повторила я, глядя в спину уходящему Шейну.

По пути мы наконец зашли к нашим драконам – проверить, как они обустроились. Все выглядели довольными и сытыми и активно изучали окрестности. Так, Златоглазку и подопечного Юны мы нашли плескающимися в ближайшем источнике. Златоглазка, правда, по-прежнему игнорировала Жемчужного, а тот, несмотря на это, продолжал искать ее расположения.

Мы решили не мешать драконам и отправились к более дальним гейзерам.

– Давайте сделаем привал здесь, – попросила Юна, присаживаясь около куста, усыпанного крупными красными цветами.

– Провидцы, как они пахнут потрясающе. – Бекки понюхала один из цветочков, а потом и вовсе сорвала его и села рядом.

Мы с Джо последовали ее примеру, а затем и Юна. Насладившись ароматом вдосталь, я вставила сорванный цветок в волосы, но его сладкий запах продолжал витать в воздухе.

– Слушайте, я будто немного пьяная, – хихикнула вдруг Юна и, подскочив на ноги, закружилась вокруг себя.

– Меня тоже что-то слегка ведет, – усмехнулась Бекки, задрав голову к розовому от заката небу.

– Возможно, привыкаем к новому климату, – проговорила Джо, пристально рассматривая цветок. – Не могу понять, что это за растение… Что-то знакомое, но не могу вспомнить…

На меня же, наоборот, вместе с шумом в голове навалилась такая печаль, что захотелось просто разреветься. Я вдруг ощутила себя жутко несчастной и всхлипнула.

– Эй, ты чего? – Юна перестала кружиться. – Все же хорошо.

– У меня все плохо, – всхлипнула снова я. – Меня поцеловал Винс и все испортил, – вырвалось само собой.

– Тебя поцеловал Винс и все испортил? – снова хохотнула Юна. – Как это? Разве ты не должна радоваться?

– Нет, – мотнула я головой. – Поэтому теперь меня ненавидит Шейн.

– Моя логическая цепочка нарушена, – моргнула Джо.

– Кажется, у кого-то от нас есть секреты. – Юна снова плюхнулась на траву, на этот раз напротив меня.

– Она теперь не любит Винсента, – вставила Бекки, уткнувшись носом в свой цветок.

– Давно пора, – медленно кивнула Джоанна.

– Я требую объяснений. – Юна смешно нахмурилась, отчего я тоже улыбнулась.

– Все очень запутанно, – призналась я.

– Давай распутывать, – просто сказала Юна.

– Нет ничего невозможного, – подтвердила Джоанна.

– Ладно, – вздохнула я и стала рассказывать. Мне казалось, что я делала это как-то очень путано, постоянно соскакивая с мысли на мысль, но девочки странным образом все понимали. И, главное, никакого удивления или осуждения.

– Все-таки поцелуй во время Ночи Разноцветных огней работает, – лыбясь, заключила Юна.

– А я бы все-таки подсыпала Муру перекрасавку, – сказала Джо.

– Да, Мур – гаденыш, – согласилась Юна.

– Мерзавец еще тот, – отозвалась Бекки, тоже став какой-то печальной. – Но с Шейном надо что-то делать!

– Что? – Я шмыгнула носом. – Мы ведь даже не разговаривали после поцелуя. Я не знаю, как он к нему относится. Не знаю, зачем он это делал. Возможно, это просто порыв в моменте, а теперь он жалеет… Вдруг тот поцелуй с Винсентом просто избавил его от необходимости объясняться со мной?