История Бабы Яги и Кощея Бессмертного, их рождение и жизнь. Эту историю вы еще не слышали - Ирина Буянова

приказу построили большой застекленный сад, где она проводила время часами. Ухаживала за растениями, компенсируя тем самым потребности своего материнского инстинкта. И радовалась тому, что муж где-то на работе или в кабаке. Ведь пока он занят он ее не трогает и не тревожит уже забытые переживания насчет их несостоятельного союза без детей. Они оба уже просто смирились с этим положением дел и не жили, а существовали вместе по привычной им инерции.

Но не одни они были несчастны в этом поселении. Была еще девушка Катерина, недовольная своим положением. Она давно была тайно влюблена в Егора, но не могла дать волю своим чувствам из-за столь юного возраста. Чем старше она становилась, тем более сильные чувства испытывала к нему.

Сначала это была влюбленность, когда она видела, как он ухаживает за своей женой, дарит ей дорогие подарки, одевает ее красиво и покупает ей все что она захочет. Любовь ли это была или просто зависть? Она сама не могла понять своих чувств. Он не казался ей красивым, но что-то в нем ее притягивало. Ей казалось, что если бы она была его женой, то чувствовала себя принцессой, которой все будет дозволено, и все ее желания будут мигом исполнятся, и она будет полностью защищенной от любых неприятностей. Ей очень хотелось быть на месте его жены, а не жить своей жизнью.

Судьбе самой Катерины нельзя было позавидовать. Отец был алкоголиком, а матери у нее не было. Она не знала, что такое счастливая семья и всегда мечтала об этой абсолютной к себе любви и заботе. Денег в их доме не хватало и с раннего возраста она стала работать слугой в кабаке. Там она разливала напитки, кормила и поила гостей, и убиралась за ними. Там она и встретила Егора, богатого, обходительного, доброго мужчину. Он всегда был к ней добр и давал ей деньги даром за хорошее обслуживание. Потом она стала за ним следить на улице и восхищалась его благородным отношением к людям и жене.

Шли года, и она стала взрослеть как женщина. Тогда у нее стала проявляться страсть к нему. Если бы ее вовремя выдали замуж, то она все свои чувства смогла бы направить к своему мужу, но мужа у нее не было и единственным кого она желала был объект ее тайного влечения — Егор. Поэтому чувства к нему и стали усиливаться. Зависть, желание быть богатой, любимой и новое чувство полового влечения — все это стало превращаться в зависимость и одержимость.

Она стала наряжаться вызывающе, чтобы притягивать его взгляд. Но он этого не заметил. Тогда она стала думать, как еще привлечь его внимание. И однажды, она все-таки придумала как сыграть на его наивной доброте и неравнодушию к слабым.

Каждую субботу Егор посещал кабак и в этот раз он тоже пришел, как и ожидала Катерина. Она оделась уже поприличнее, чтобы выглядеть милой и хрупкой девушкой, которую хочется защитить. Егор сел на свое любимое место у окна за большим просторным столом, куда приглашал всех желающих. Чем больше собеседников, тем веселее, как ему казалось. Кто-то мог рассказывать веселые небылицы, за это Егор покупал ему выпивку за свой счет. Кто-то за выпивку прикидывался понимающим другом. Как только Егора не использовали лишь бы напиться и наесться за его счет.

Катерина знала, когда примерно он уходит домой. И сколько ему нужно наливать, чтобы напоить до нужной кондиции. Она все рассчитала и лично подливала ему напитки весь вечер. У нее уже был готов план.

В подвале, где хранятся бочки с пивом, она пошла искать местного работника Пашку. Пашка работал на складе давно и усердно, почти без выходных. Поэтому он редко выходил к пьющей компании повеселиться. В свободное время он не пил и проводил время с семьей, которую нужно было кормить и содержать. Детей у него было много и пить пиво с компанией ему было некогда и не на что. Любую заработанную копеечку он нес домой жене и детям и был рад любой подработке. На это и был расчет.

— Паша, ты здесь? — прокричала Катерина, когда спустилась по лестнице.

— Конечно здесь, а где мне еще быть. Что надо? — Ответил Паша, выдвигаясь к ней на встречу из-за левого угла с бочками.

— Ты один? Дело есть.

— Один, говори.

— Плачу пять серебряных, но об этом деле нужно будет молчать и никому не говорить никогда.

— Воровать не стану и тебе не позволю! — резко ответил Паша грубым голосом.

— Да ты что? Какой воровать? Ты в своем уме? Тебе нужно одеться в эти одежды, что бы тебя никто не узнал, и на улице около выхода, за поленницей, сделать вид, что хочешь меня раздеть и овладеть мною, а когда подойдет защитник ты сразу убегай в лес и сожги эти одежды. За это и за молчание тебе пять серебряных. Но никогда никому ты об этом не расскажешь, ты понял? Согласен?

— Что бы за час я столько заработал? Ха-ха… — радостно засмеялся Пашка. — Никогда такого не было! Долго ты эти деньги копила на такое глупое занятие?

— Не твое дело. Я отдаю эти деньги, чтобы потом жить как царица! — ответила Катерина и гордо задрала носик.

— Ха-ха-ха… Ничего глупее не слышал! Давай деньги царица… — опять засмеялся в голос Пашка. — А вещи брось туда. — он указал на деревянный слегка подгнивший стол рядом с лестницей. — Когда выдвигаться?

— Я спущусь к тебе в нужное время и позову на улицу, там будем вместе караулить моего защитника. Спрячемся за поленницей и будем сидеть тихо как мыши.

— Добро.

Паша забрал деньги и отправился доделывать свою работу в углу за бочками.

Уже начали расходиться гости. Катерина стала активнее подливать Егору пиво, выбирая при этом более крепкое, чтобы он быстрее пошел домой. И когда она увидела, что он засобирался выходить из кабака и начал со всеми прощаться, она позвала Пашку и вышла на улицу через дверь для работников — с другой стороны от входа в кабак. Они оба притаились на корточках за поленницей и стали высматривать Егора.

Когда Егор стал выходить из кабака и направился домой по своей привычной дороге через поленницу, Катерина ткнула Пашку локтем под ребро с такой силой и неожиданностью, что тот аж вскрикнул.

— Давай! — шепнула ему Катерина.

Пашка встал вместе с ней на ноги, обнял ее за талию одной рукой, а другой рукой закрыл ей рот, но раздвинул пальцы так, чтобы она орала. Катерина стала делать