Мой инфантильный супруг - Анна Денира

обрубать. Скинув ночнушку сероватую, я надела новенькое платьице темно-зеленушного цвета, повозившись с шнуровкой. Не рассчитала я, когда платье шила, что грудь моя такая пышная. Геста говаривала, что дамы из городов себе под платье кучу всего пододевают. Так ведь жарко же да и неудобно на огороде, как капуста, носиться. Заплела волосы в тугую косу, повязала косынку, повозившись с сережками круглыми, от матушки доставшимися, да вернулась во двор, кинув кошке кусочек рыбки.

Кур у меня не было, их всех хорь в прошлом году загрыз, а новых завести я не сподобилась: тот сарайчик небольшой, в котором они яички несли, совсем развалился. Потому я прямиком пошла к хлеву, в котором уже мычала моя Пани. Та приветливо лизнула меня по руке своим языком шершавым, послушно идя за мной к середке дворика. После утренней дойки, я отдавала её страньке нашему, что по утрам собирал скот на выпас, тут-то и вспомнился мне разговор вчерашний. Подставив под вымя ведерко да кинув коровке охапку собранного клевера, я надавила на один из коровьих сосков, направляя струю молока прямо в посудину.

Вешка и Феноила частенько меня ругали за то, что я всегда все в лицо говорю, без утаек. Я и сейчас страньке хотела все в рожу сразу выдать. Так ведь проще, чем ходить вокруг да около, как пьянчуги без грошей у тележки с выпивкой. Расскажу ему о ситуации да помощи попрошу. Имя вот только его подзабылось. Все странька, да странька, а как кликать его и не помню, вот дела. Набрав ведерко молока, я похлопала Пани по боку, унося посудину в дом. Буду из этого молока творог делать. Вынула из кожаного мешочка одну монетку медную да вернулась во двор, повязав попутно коровке веревку с колокольчиком. Я перегнулась через забор, вглядываясь на главную дорогу деревенскую, по которой вдалеке уже брело небольшое стадо. Странька всегда останавливался у каждого домишка, забирал скотинку, плату в одну монетку и вел их на луга. Сейчас ему о беде своей рассказать или потом у стенки зажать? Его после работы пастушьей сыскать трудно, все время в лесах ошивается, а сейчас ему скотину собирать надобно…

— Утро доброе!

Я повернула лицо в сторону мелодичного звонкого голоса. Странька был невысоким, а рядом с Вешкиным кузнецом и вовсе совсем мелким выглядел. С меня ростом поди, на кисть чуть выше. Улыбка на харе страньки от уха до уха, белоснежная и постоянно радостная, обнажающая две ямочки на щеках. Тело рельефное да дюже хрупкое, как тростинка, того и гляди на ветру сломается, а на теле-то ни одного шрамика! Ходит странька всегда ровно, не сутулится, и даже в рубахах своих грязных умудряется выглядеть аккуратно. А рожа у него смазливая. Геста говаривала, что бабам городским такие нравятся. Волосы золотистые, короткие, а брови темнее. Ресницы длиннющие, любая девушка позавидует, а глазюки цвета сиреневого, не видала таких прежде. И все аккуратное у него: и нос, и губы, и подбородок, — ни щетины нет, ни горбинок, ни растительности на гладкой коже. Яки баба, а не мужик, честное слово. И как такой семью-то нести будет?

— Поговорить мне с тобой надобно бы, — сунув в ладонь страньки монетку, я вывела Пани из дворика, с удовольствием подмечая, что детское выражение рожи у паренька сменилось искренним удивлением. Оно и верно. Мы со странькой никогда прежде не говаривали и дел общих не имели, а сегодня поди в лесе что-то сдохло, раз мы болтать будем.

— Сейчас? — паренек проследил за тем, как Пани, мотыляя головой, рванула в центр небольшого стада. Коровке моей этот странька полюбился. Слушалась она только меня да его.

— Нет, тебе работать сейчас надобно. Ты скотину на какой луг поведешь?

— На Шомовый.

— Там и поговорим пополудни.

Страньку я явно озадачила, хотя это дите даже тогда мне улыбку свою выдало. Не знает еще, на что его судьбинушка подписывает. Хотя, не вижу я в страньке мужа. Он мне дитем собственным больше представляется. Но да на время. Не сойдемся — разведемся. А коли по хозяйству помогать будет, да на рожон не полезет, там авось и поживем бок о бок. У него домишко неплохой, получше моего будет, и куры водятся. Лучше варианта мне не найти, окромя как в деревеньку другую перебираться, а это не по душе мне. Решено. Буду сегодня из страньки соглашение выбивать, хоть историями грустными, хоть кулаком по роже.

* * *

Сегодня я Пани рано не забирала, ждала, когда хозяюшки своих скотинок по домам разберут, а потому, придя на луг Шомовый, увидала на нем всего двух коровок да четырех козликов, что Гесте принадлежали. Пекло солнце сегодня особенно сильно. Пока грядки полола, совсем упарилась, а голова даже через косынку нагрелась, как котелок из печки. Погладив Пани по хребту, я хмуро огляделась, выискивая взглядом пастушка. Тот сидел в тени ветвистого дуба, вырезая из деревяшки какую-то фигурку. На секунду я помедлила, смущение какое-то одолело. Не на прогулку же деревенскую зову, а жениться его кличу. Вот уж смущаться мне не престало, да румянец все-равно щеки покрасил. Поправив на себе передник, словно это кардинально меняло всю ситуацию, я неспешно пошла к дереву, должно быть, впервые думая о том, какие слова стоит подобрать. В чистом голубом небе парил сокол. Недалеко от Дасинки была соколиная деревушка, где их взращивали. Странька там себе одного зачем-то купил.

Тот делом увлекся настолько, что меня и не заметил. А когда очи свои поднял, вздрогнул от неожиданности, после чего снова улыбнулся. Авось зубы ему когда-нибудь повыбивают, перестанет лыбу давить. Я нахмурилась, но села рядом, положив черную косу на плечо. Странька неуверенно сжал в руках еще неразборчивую фигурку, пряча её от меня, как дите незаконченный подарок от своей матушки. Рубаха его совсем потрепалась, а на штанах заплаток было больше, чем дырок в сыре. Вот же хухря*. Говор наш деревенский пастушок не очень понимал, многие слова переспрашивал, а потому попросить надобно так, чтобы странька сразу понял. Имя бы его тоже неплохо узнать, не гоже предложение делать да имени не знать.

— Как тебя кликать-то?

Странька отложил в сторону ножик и деревяшку, вскидывая вверх свои брови. Неча на меня так смотреть, у меня на имена всегда память плоха была.

— Лоинелом зовут…

Чудное имя, не для здешних мест. В Дасинке, чем проще у мужика имя, тем ему живется легче. Тепереча к вопросу основному его подвести надобно.