Избранница темного короля - Наталья Викторовна Косухина

значит, через полгода Юсиль казнят, заподозрив в заговоре. И вина действительно будет: желая заполучить главного героя (у них была любовь с первого взгляда), девушка не гнушалась грязных методов. В том числе хотела устранить главную героиню, в которую влюбился не только главный герой, но и король. Итог – Юсиль погибла.

Этого нужно избежать любой ценой, и у меня уже есть несколько вариантов.

Привстав на кровати, я размяла плечи, оценивая свое состояние. Вроде ничего. Молодость все стерпит.

– Госпожа… Вы хорошо себя чувствуете?

Обернувшись на голос, я снова увидела в дверях служанку. Ту же, что и в первый раз. Порывшись в памяти, я выудила оттуда ее имя – Айсир. Руки девушки нервно теребили подол платья, губы подрагивали.

– Да. Мне нужно помыться, а потом я буду обедать с семьей.

– Вы еще слабы… – пролепетала она, но мой строгий взгляд заставил ее замолчать.

Помыться и поесть сейчас было жизненно необходимо.

Пару недель назад от короля прибыл гонец и сообщил, что глава нашей семьи должен прислать ко двору девушку не старше тридцати лет, находящуюся в близком родстве с ним – то есть дочь или сестру.

Благо у батюшки дочь имелась, и он сразу «порадовал» ее, сообщив о столь «радостной» участи. Юсиль, привыкшая к комфорту (насколько он вообще возможен в этом мире), не оценила новости и воспротивилась. Ведь она еще не знала, что у короля встретит свою любовь… впрочем, как и то, что вскоре расстанется с жизнью.

Побег – не первая ее попытка избежать участи. До этого были истерики, угрозы, голодовка… А теперь я расхлебываю последствия. Ее тело слишком ослабло. Да еще и этот удар по голове во время побега – надо же было так неудачно споткнуться!

Удобств в этом мире, конечно, не было. Но когда мне принесли лохань с водой вместо ванны, я чуть не расцеловала служанку. После омовения стало легче – и физически, и морально. Настало время облачиться.

Наряд выбрала Айсир – белое длинное платье, не пышное, но и не обтягивающее. Легкое, с короткими рукавами и довольно открытое, оно сильно подчеркивало мою довольно пышную грудь. Возможно, из-за стереотипов своего мира я ожидала, что здешнее общество должно скрывать женские прелести. Все встало на свои места, когда на плечи мне набросили расшитый шелковый палантин.

Взглянув на свое отражение в воде (зеркала не было, пришлось довольствоваться лоханью), я увидела молоденькую девушку не старше двадцати трех лет, с бледной кожей и розоватыми волосами. Ее большие глаза смотрели на мир с удивлением, а приоткрытый пухлый ротик будто шептал: «О-о-о…»

– Госпожа? Ваши волосы… Может, просто расчешем? – нерешительно предложила служанка.

Я лишь кивнула, погруженная в размышления.

Юсиль принадлежала к знатной семье. Богатой. Красавица, она обладала даром, но не блистала умом – то ли генетика подкачала, то ли воспитание. Эта девушка уже успела заработать репутацию своим скандальным характером. С чем теперь предстояло иметь дело и мне.

Я – не Юсиль. У меня уже есть приличный жизненный опыт, благодаря профессии. Да, жизнь к такому не готовила, но я справлюсь. Нужно обязательно выжить и вернуться домой.

И как бы мне ни хотелось, но все же придется отправиться к королю – ведь ответы на мои вопросы хранятся именно в его резиденции. Прорвемся!

* * *

Обед семьи Интару проходил практически на свежем воздухе.

Терраса, просторная и квадратная, будто специально созданная для тихих семейных трапез, была залита мягким золотистым светом. Солнце пробивалось сквозь кружевную листву деревьев, оставляя на столе причудливые узоры из теней. Легкий ветерок, игривый и нежный, доносил ароматы сада – сладкий запах цветов, пряные нотки трав. Казалось, даже воздух здесь был другим: чистым, наполненным жизнью, так непохожим на загазованные улицы Земли.

На столе стояли вполне обычные, знакомые блюда.

Я осторожно перебирала вилкой кусок запеченной рыбы, покрытой хрустящей корочкой. Рядом дымилось блюдо с овощами – яркими, сочными, будто только что сорванными с грядки. Я сама готовила хуже. А еще все выглядело… слишком знакомым. Слишком земным. Это пугало. Разве миры должны быть настолько похожи? Или только этот?

Юля, о чем ты думаешь?! Есть дела поважнее!

Например, меня могут раскрыть.

Сердце заколотилось так сильно, что я едва не уронила вилку. Если кто-то заметит, что я – не Юсиль… Если поймут, что я попаданка… В этом мире, где магия, вероятно, существовала наравне с жестокостью, такое открытие могло стоить мне жизни. И не просто жизни – быстрой и чистой смерти, а чего-то куда более ужасного. Пыток. Публичной казни.

Характером я сильно отличалась от дочери семьи Интару. Вот только кто знал ее настоящую? Кому вообще было до нее дело?

Я украдкой осмотрела сидящих за столом.

Отец. Кова Интару.

Высокий, с широкими плечами, он сидел, отрезая куски мяса с таким видом, будто рубил головы врагам. Его темные волосы, чуть тронутые сединой, были коротко подстрижены, а взгляд – тяжелый, оценивающий – скользнул по мне, когда я садилась за стол, прежде чем он хмуро кивнул.

Любил ли он дочь?

Память подсказывала, что с ней он близок не был, откупаясь тем, что потакал ее желаниям. И избаловал. Между ними не было тепла. Только холодная формальность.

Мачеха. Инея Интару.

Старше Юсиль лет на десять. Хрупкая, почти невесомая, с волосами цвета спелой пшеницы и глазами, похожими на осколки неба. Она улыбалась мне, но в этой улыбке было что-то… натянутое. Осторожное.

Сейчас она была в положении.

Я сжала пальцы под столом. Ненависть Юсиль к мачехе была очевидна, но… была ли она оправдана? Или это просто ревность ребенка, чей отец завел новую семью? В любом случае, отношения у них с Юсиль явно не были близкими, а значит, шанс, что она меня раскроет, минимален.

Айсир. Личная служанка.

Тихая, худенькая, почти незаметная, она стояла чуть поодаль, готовая в любую минуту услужить. Ее пальцы, тонкие и бледные, слегка дрожали.

Она работала у отца всего пару месяцев. После смерти старой служанки, растившей Юсиль с детства (после кончины матери), никто не хотел идти в услужение к избалованной, вспыльчивой и глупой барышне. «Счастье» ухаживать за капризной госпожой выпало Айсир – и теперь девушка жила в постоянном страхе, что однажды та в гневе прогонит ее.

А выгнать ее – значило обречь семью на гибель. У Айсир отец калека и не может работать – в этом мире это почти смертный приговор. Да еще куча младших братьев и сестер, которых нужно кормить. Все жалованье она отдает семье, а сама