Попаданка в деле, или Ваш любимый доктор - Соня Марей

бог знает где, тупо глазею по сторонам, трясясь в доисторической повозке. А Горн, которого я сначала приняла за маньяка, катит меня в неизвестность…

Уж попала, так попала! — захотелось воскликнуть в сердцах. И парочку выражений покрепче добавить.

Если нейра Эллен (кстати, а что с ней стало?) и правда магичка, то от меня будут ждать чудес. Да я никаких заклинаний кроме Сим Салабим и Алохоморры не знаю! Хотя нет, еще Аваду Кедавру. Да-да, я смотрела Гарри Поттера. И даже читала. Просто стало любопытно, чем эта серия покорила миллионы людей по всему миру. Но вряд ли мне помогут знания, почерпнутые из земных книг.

Эх, долюшка моя суровая! И зачем только я пожелала перемен и выхода из зоны комфорта? Вот и вышла, Лена, мать твою за ногу. Уж лучше бы работала в своем родном роддоме и не ныла. А то скучно стало, видите ли.

— Нейра Эллен, вы что-то сказали? — Горн обернулся ко мне.

Кажется, я забылась и начала мыслить вслух. Так, главное не проколоться! А то, не дай бог, на костер отправят. Насколько я помню, в книгах попаданцев особо не жаловали.

— Я спрашиваю, долго ли ехать? — поинтересовалась с глуповатой улыбкой и, как примерная ученица, сложила руки на коленях.

— Не, сейчас через мост, а там до Левилля рукой подать, — бодро сообщил Горн и хлестнул кобылку: — Нооо! Пошла, родимая! Веселееей!

Кобыла взбрыкнула и понеслась так, что пришлось вцепиться руками в лавку. При этом я старалась не прикусить язык и не остаться без копчика — так страшно трясло и подбрасывало на колдобинах. Подобные ощущения я испытывала лишь в кабине армейского «газика», когда ездила на экскурсию в горы. Одного туриста, кстати, выбросило наружу. Повезло, что бедолага сломал себе только руку.

Вскоре старику надоело так гнать, и он снова позволил лошади плестись по разбитой дороге.

— Уважаемый, а расскажите побольше о Левилле. Мне просто любопытно, куда я направляюсь.

Не узнаю свой голос. Слишком высокий, звонкий, непривычный. Родной мне нравился больше. По крайней мере, я не звучала, как школьница.

Вопросов в голове роилось столько, что я не успевала их обдумать и удивлялась тому, как быстро смогла поверить… ладно, почти поверить, что угодила в другой мир. Так, глядишь, здесь и освоюсь.

Ха-ха. Совсем сбрендила, Елена Аркадьевна. Видели бы тебя твои студенты!

Интересно, а здесь драконы водятся?

— Нуу… — протянул мой извозчик задумчиво. — Обычный пограничный городок. Ничем не примечательный. Даже не знаю, почему вас, магичку из столицы, аж сюда сослали.

Ага, сослали, значит. Миленько. И за какие такие заслуги?

— Рядом граница с Ничьими землями. Люди иногда пропадают… Но вы не бледнейте, нейра, нас солдаты защищают. А такие, как вы, целители, нужны, чтобы их, бедолажек, лечить. Зло затаилось в наших краях, — Горн покачал головой, а я ощутила, как между лопатками прокатилась капля холодного пота.

Попала. Точнее, встряла. И кому я, акушер-гинеколог, здесь нужна?

Когда мы переезжали реку по хлипкому мосту, я тихо молилась. Не может моя вторая жизнь закончиться так бесславно! Я плаваю так же плохо, как и бегаю. Но мне повезло — телега благополучно миновала опасный участок, а за мостом дорога пошла бодрее. Вон уже и крыши домов показались, и крепость какая-то.

— Почти доехали! — жизнерадостно произнес Горн, повернувшись ко мне. — Проедем деревню, а за воротами и город. Вам домик выделили отдельный. Может, обживетесь у нас, уезжать не захотите.

Обратно в свой безопасный мир я бы с радостью вернулась, но, боюсь, мне туда дорога закрыта. А если так, буду действовать по обстоятельствам и сильно не светиться. Может, удастся подняться в этом царстве антисанитарии. В том, что в этом мире слова «асептика» и «антисептика», а также «преднизолон» и «антибиотик» будут звучать как ругательство, я не сомневалась.

Мы покатили вдоль деревеньки — жители останавливались и провожали нас взглядами. Любопытно, что за фифа пожаловала? Я вот не отказалась бы узнать, сколько моему новому телу лет и как оно выглядит. А еще как магичила его прежняя хозяйка.

Ох, влипла.

— Эй, Горн, ты, часом, не новую целительницу везешь? — послышался женский голос, и я обернулась.

Спрашивала дородная баба в платке, будто бы сошедшая с картин великих русских художников — с румяными щеками-яблочками и грудью размером с чемодан.

— Ее самую! Нейру Эллен, — кивнул в мою сторону и усмехнулся. — А что?

— Да беда у нас! — запричитала еще одна селяночка помоложе.

Как она здесь оказалась, я заметить не успела. Вообще народ вокруг начал собираться быстро, людей как магнитом тянуло к моей скромной персоне.

— Ой, как хорошо! Вовремя приехала! — загомонили разом.

— Может, поможет чем…

— Что тут уже поделаешь, помрут оба! — вклинился какой-то противный мужичок и тут же заработал оплеуху.

— Да чтоб у тебя язык отсох, дурень!

Эта толпа напомнила мне полную аудиторию галдящих студентов. Не понимая, что происходит, и начиная раздражаться, я крикнула:

— В чем дело, кто-нибудь может объяснить⁈

На несколько секунд воцарилась тишина.

— Милли все разродиться не может, — жалостливым голосом начала женщина, что обратилась к нам первой. — Дитя поперек живота лежит и ни туда, ни сюда. Мать ее позвала врачевателя из крепости, решили резать и ребенка доставать. Так хоть одного спасут, а ей все равно помирать, бедняжке, — тетка всхлипнула и утерлась краем платка.

За годы медицинской карьеры я каких только родов не принимала, даже в самолете и в поезде. Разве смогу остаться в стороне? Какой бы ни был мир, женщины везде одинаково рожают.

— Ведите, — подобрав длинную юбку, я слезла с телеги. — Постараюсь помочь, резать никого не надо.

Пока Орлова Елена Аркадьевна здесь, никому умирать не позволено. Поперечное положение плода — еще не приговор.

— Тогда надо спешить!

Глава 2

На ножку сделай поворот

И меня спешно повели вдоль улицы, по которой, как грибы, рассыпались низкие домики. Дворы заросли цветами, от запахов кружилась голова. Собаки заливисто лаяли, дорогу перебегали гуси, а подол юбки был забрызган грязью по колено — здесь тоже недавно прошел ливень.

Я уверенно шагала вперед, старалась не замечать удивленных и настороженных взглядов, не слушать отвлекающих шепотков. И не думать о том, как вынырнуть из этой галлюцинации.

Впереди бежала тетка в платке, переваливаясь с одной ноги на другую,