Судьба попаданки, или проклятье Бессмертного - Касия Рин

Сердце мое билось в такт с моими шагами, когда я вышла на улицу.

И тут я увидела картинку, словно вышедшую из страниц истории. Я шла, затаив дыхание, вглядываясь в каждую деталь — дома из дерева и глины, крыши укрытые соломой, тропинки ведущие к центру поселения, где возвышался храм.

Запахи дыма и свежей травы смешивались в воздухе, создавая аромат давно забытых времён. Звуки жизни — стук молота, скрип колёс, пение птиц и шепот ручья — наполняли пространство вокруг.

Люди в традиционных одеяниях останавливались, чтобы посмотреть на меня, шепча и указывая пальцем. Я стала объектом всеобщего внимания, но моё любопытство было сильнее. Я хотела понять, куда же я попала.

— Наконец-то нашёл тебя, — услышала я мужской голос, и крепкая рука обняла меня за талию. — Ладушка, как же я по тебе скучал.

Глава 3

Резво вывернувшись из объятий, я с опаской смотрела на радостно улыбающегося мне мужчину. Никогда раньше не встречала таких высоких людей. С бугрящимися мышцами, темноволосый, он напоминал медведя.

И похоже мы были знакомы.

— Добрый день, — по его выражению лица я поняла что он не это планировал услышать. Ну уж извините, пока не адаптировалась.

— Пойдем к нам, поговорим спокойно, — предложил мужчина, замечая косые взгляды соседей, — Матушка пирожки напекла, с капустой, как ты любишь.

— Напомни, пожалуйста, тебя как зовут?

— Евпатий.

— Приятно. Не удивляйся, я недавно чуть не утонула, вот в голове все и смешалось, плохо помню, — попыталась как то логично объяснить нелепость своего поведения.

Евпатий поглаживал кожаные наручи на левой руке, дергая за шнурок. Взгляд мужчины расфокусировался, и я терпеливо ждала пока закончится мыслительный процесс у него в голове.

— Так ты из-за него что ли? Звал же тебя, говорил, давай сбежим — Евпатий понизил голос до шепота и стал нервно оглядываться.

А вот это уже интересно. Похоже я нашла наконец того, кто внятно даст ответы на мои вопросы.

— Из за него? О чем ты говоришь? — добавила улыбочку такую растерянную, и глазками хлоп-хлоп, ну просто настоящая дева в беде.

— Ты чегой-то и про него позабыла? — ужаснулся мужчина.

Мне хотелось заорать. Ну про кого я забыла? Что за человек то, чье имя нельзя называть? Однако я сделала очень глубокий вдох и кивнула.

— Пойдем ка, — снова потянул он меня за руку, но в этот раз я не сопротивлялась.

Евпатий привел меня к дальней избе, стоявшей на границе поселения и леса. Во дворе висели натянутые шкуры, стоял навес с дровами, а чуть дальше виднелся огород.

Мы зашли внутрь избы, и первое, что бросилось в глаза, была огромная печь, беленая мелом. Затем взгляд зацепился за длинный стол, лавки вокруг него и стен, а на столе такая же простая глиняная посуда, как и в доме, что я очнулась.

Но были и отличия. Сундуков больше, а в углу стояла прялка. Раньше я такие только в музеях видела. Но судя по убогости жилищ, люди в этом поселение не жировали. Про туалет и душ было страшно даже подумать.

Я осторожно присела на лавку у стола, надеясь не подцепить занозу, и тут же получила в руки кружку с квасом, а рядом блюдце с ароматными, пышными пирожками.

— А мама где? — спросила я с наслаждением вгрызаясь в румяный бок. Вкуснотища какая! Вряд ли тут слышали про диеты и современные стандарты красоты, так что можно было побаловать себя немного.

— Так батьке обед понесла. Время то уже к полудню, — Евпатий сел напротив, залпом осушая свою кружку.

Ну ладно, мне же лучше. Никто не помешает нашему разговору.

— Ну тогда рассказывай, — велела я, и потянулась к блюдцу за добавкой.

— Так, а чего рассказывать-то? Острог наш, стало быть, как и все в округе дань платят каждый год стражу могущественному, что хранит наш мир от навьего. Окромя злата да богатств всяких, каждый год должны мы к стражу отправлять красну девицу в невесты, — мужчина немного помялся и закончил, пряча глаза, — Буян и предложил тебя отдать, ради общинного блага.

Обалдеть. А меня он спросить не хочет, уперлось ли мне хоть куда-то, это их благо? Да и вообще, что за нелепица? Год может быть неурожайным, а с их антисанитарией любые болячки легко объяснить. Но нет, решили, как всегда, спихнуть все на хрупкие женские плечи.

— А ты сам этого стража хоть раз видел? — скептически уточнила я.

А то окажется в итоге, что девушек посылают фиг знает куда, или еще веселее привязывают в лесу на алтаре каком нибудь варварском. Меня уже ничего не удивило бы.

Но Евпатий нервно сглотнул и кивнул.

— И как же он выглядит?

— Лицо маской закрыто, сам он высокий и одет во все черное. Глаза огнем потусторонним горят, на руках когти острее любого меча, а волосы золотом плавленым покрыты, — мужчина описывал с жаром, активно жестикулируя руками.

Жесть как она есть. Мракобесие, не иначе.

— Ладно, ну а девушки ему зачем в таком количестве? По одной в год, а собирает он их издавна, это сколько ртов кормить то, — попыталась посчитать я.

— Да кто же его знает. Ни одна домой не вернулась.

— Родственники или друзья не пытались их навестить?

— Как навестить-то? — изумился Евпатий. — Замок-то Бессмертного стоит на самой, что ни на есть, границе меж Явью и Навью. А вокруг — болота непроходимые, топкие. Верная погибель

Не пытались. Ехать к богатому жениху хотелось все меньше и меньше. Но думаю соседей, как и дядьку моё желание мало интересовало. Сидят, наверное, ручки потирают, что не их дочь жертвой будет.

Мда. Остаться и спокойно жить тут и искать как попасть домой мне явно не дадут. Придется ехать.

Я поднялась и отряхнула длинный сарафан от крошек.

— Ну спасибо тебе что просвятил. А то из Буяна слово не вытащить, только лопочет что-то про жениха богатого и мою черную неблагодарность. А пирожки у твоей мамы вкусные очень, спасибо передай.

Я развернулась что уйти, но тут неожиданно мужчина крепко схватил меня за руку, и спросил:

— Другая ты какая-то стала… И говоришь чудно. Что с тобой сталось?

Сердце ухнуло в пятки, и я задумалась, что будет если меня раскроют? Есть ли тут местная инквизиция, которая бы сжигала попаданок на костре?

Глава 4

Улыбнувшись как можно непринужденнее, я пожала плечами.

— Ну что ты придумал? Сказала же: плохо мне, в голове все смешалось. Пусти, мне домой пора.

— Провожу тебя, — угрюмо буркнул мужчина. Он небрежно перекинул