Меган Уотергроув - Подари мне вечность

— Уилсон, у тебя какие-то проблемы? — прозвучал голос у меня за спиной.

Уилсон нехотя от меня оторвался и повернулся к говорящему. Я отошла на безопасное расстояние от качка и только тогда смогла рассмотреть своего спасителя: он тоже был высок, хорошо сложен, но не очень мускулист. У него были темно-каштановые волосы и карие глаза. Он показался мне довольно милым. Надо будет с ним закрутить… Господи, о чем я думаю?! Меня только что чуть не изнасиловали!

Парень стоял напротив этого «шкафа» Уилсона и смотрел на него с явной неприязнью. Похоже, они не ладят. Уилсон снова ухмыльнулся, но на этот раз злобно, и прошел мимо моего спасителя, как бы ненароком задев его своим огромным плечом. Тот ничего не сказал. И только после того, как Уилсон скрылся из виду, он подошел ко мне и мягко спросил:

— С тобой все нормально?

— Да, да… вполне, — пробормотала я.

— Не обращай внимания на Уилсона, он придурок.

— Ага, я заметила.

— Я что-то раньше тебя здесь не видел. Ты новенькая? — в его глазах была явная заинтересованность.

— Да, мы с братом и мамой переехали из Нью-Йорка.

— Ого! Из Нью-Йорка значит… — он улыбнулся, и продолжил, — Ну ладно, пойдем в школу, а то уже звонок прозвенел минут пять назад.

— Знаешь, мне кажется, у вас тут, даже если на полчаса опоздаешь, ничего страшного не случится, — буркнула я, — Кстати, а как зовут моего спасителя?

Он усмехнулся и сказал:

— Твоего спасителя зовут Стивен Харрис.

 Закончился первый учебный день. Ну что я могу сказать?! Все просто ужасно! Школа похожа на лабиринт, учителя не знают никакого чувства ответственности, а ученики — стыда. Единственная приятная вещь, которая меня сегодня порадовала, так это знакомство со Стивеном. Он славный парень. И мне кажется, я ему понравилась. Мы с ним немного прогулялись, поболтали. Стивен шел чуть впереди. А когда мы дошли до парковки, он остановился так резко, что я в него врезалась.

— Ой, извини…

— Да ничего, — пробормотал он и как-то засмущался. Ого! Я все еще произвожу такой эффект на парней. Я ему улыбнулась самой милой из своих улыбок. Он помолчал, потом сказал:

— Может тебя проводить?

— Нет-нет, мы с братом на машине. А вот и он! — я помахала рукой Тому. Он подошел.

— Привет, — первым поздоровался Стивен. На его лице сияла добродушная улыбка. Том напротив был угрюм. И молчал.

— Томас, — сказала я, — может, поздороваешься?

Брат глянул на меня, потом на Стивена, и, наконец, буркнув что-то типа «Здрасти», направился к машине.

— Что это с ним? — спросил Стивен. Я непонимающе смотрела брату вслед.

— Без понятия… может неудачный день?

— Хм… может.

— Ну ладно, до завтра, — пробормотала я и натянула скудную улыбку на лицо. Стивен тоже улыбнулся и сказал:

— До завтра.

Всю дорогу Том молчал. Я не пыталась с ним заговорить. Как только мы подъехали, он выскочил из машины и решительно зашагал к дому. Да… похоже неудачным день был не только у меня. Я зашла в дом. Мама что-то стряпала на кухне. На ней как всегда был ее любимый бежевый костюм, сверху фартук, а светло-каштановые волосы стянуты на затылке в тугой пучок. Увидев меня, она оторвалась от готовки.

— Салют, ма! — промямлила я и уселась за стол.

— Привет-привет. Как первый учебный день?

— Ужасно!

Мама фыркнула и присела рядом со мной.

— Чем на этот раз не угодила школа?

— Да всем! Идиотская школа, идиотские люди, идиотское всё! — возмущенно вскричала я. Она лишь мягко улыбнулась и потрепала меня по плечу.

— Ну, ничего, это ненадолго. Месяц, может быть два.

Я так и уставилась на нее.

— Месяц??? Да я и недели тут не выдержу!

— Глупости, ничего с тобой не случится. Потерпишь.

— Мама, а почему бы мне не вернуться в Нью-Йорк? Буду жить одна, пока вы здесь. А Гвинет (наша соседка) за мной бы приглядывала… изредка… Что скажешь? — я с надеждой воззрилась на нее. Она покачала головой.

— Нет уж, Амелия, последний раз, когда я оставила тебя одну дома на месяц ты устроила там черт-те-что! Нет, нет и нет! — она встала, достала из холодильника шпинат и принялась его нарезать. Я выругалась про себя и пошла наверх, в свою комнату.

Закрыв дверь на замок, я улеглась на кровать. Она была большой и просторной, как я люблю. «Ну, зачем мы поперлись сюда вместе с мамой? — думала я, — Как прекрасно мне жилось в моем любимом Нью-Йорке! Там у меня было так много друзей… и парней, которые меня обожали. Черт! Мне нужно срочно валить отсюда! Иначе я тут со скуки помру…» В мои мысли ворвался стук в дверь. Я тяжело вздохнула, и нехотя встав с кровати, открыла дверь. На пороге стоял Том.

— Мэл, извини меня, пожалуйста, за мое сегодняшнее поведение на стоянке, я не хотел никого обидеть, — быстро проговорил мой брат и улыбнулся.

— Тебя мама послала извиняться?

— Нет. Я просто был не в себе. Извини.

Он смотрел на меня умоляющим взглядом. Я хмыкнула и сказала:

— Прощен. Заходи.

Томас крепко обнял меня и снова улыбнулся. Я выдала малое подобие улыбки и плюхнулась на кровать. Он присел рядом и с озабоченным видом спросил:

— Что с тобой, сестричка?

— Ничего, — промямлила я. Он внимательно посмотрел на меня и прищурился, словно ждал продолжения. Я сдалась.

— Ладно-ладно! Мне здесь не нравится! Дурацкий город! И я хочу домой! — выпалила я.

— Ааа… я думал здесь что-то посерьезней…

— Посерьезней??? Том, я не хочу жить в этом дряхлом городишке! В конце концов, я могла бы остаться в Нью-Йорке и одна!

Том закатил глаза.

— Ага, чтобы от нашего дома ничего не осталось?

Ах так… значит он решил пошутить.

— Да все было бы нормально!

— Как в прошлый раз, когда ты каждый день устраивала вечеринки и пьяные дебоши, пока мы с мамой были в Портленде?? Мэл, у тебя даже есть приводы в полицию… —  он говорил очень спокойно и сдержанно, но по взгляду было заметно, что он меня осуждает за эти мои «грешки». Я насупилась и встала, затем подошла к окну. Том все еще сидел на кровати. Я глубоко вдохнула и медленно выдохнула.

— Мэл?

— Что? — получилось грубовато.

— Потерпи, это ведь не надолго…

— Ты говоришь, как мама.

Том фыркнул и продолжил:

— Сделай это ради нее. Она ведь для нас старается. Работает почти без выходных… еще и на дом работу берет. Она пытается сделать нашу семью такой, как прежде… ну до того, как папа… — его голос сорвался и я обернулась, ожидая увидеть, что он плачет, но он просто сидел и смотрел в пол. Я подошла к кровати и присела на корточки прямо напротив брата. Он взглянул на меня.