Помощница Его Злодейшества - Кира Крааш

могущественное заклинание, заклинание Черного пламени, имело свою цену и стало проклятием правящего рода. Один из прямых потомков теперь обязательно наследовал этот страшный дар. Говорят, это пламя сжигает изнутри и постепенно превращает человека в демона. С ним борются, накладывают какие-то там печати, но безуспешно.

Так что императрице теперь надо обязательно рожать двух мальчиков, чтобы один невезунчик получил корону, а второй – родовое проклятье и был сослан сторожить Мертвые земли вместе с их обитателями.

Обладателей Черного пламени в народе стали называть Князьями Тьмы, титул прижился и теперь уже имеет официальный статус.

За нынешним князем я сейчас и семенила.

Из плюсов – тут меня точно никто не найдет и не надумает женить на себе. А если найдет, можно продемонстрировать горгула в качестве устрашающего аргумента.

Из минусов – я подписала контракт не читая, и понятия не имею, как надолго застряла в этой дыре, начальник у меня – Князь Тьмы, а место работы требовало… нет, даже не женской руки, а бригаду по ремонту исторических ценностей.

Пока мы тащились в кабинет к Его Злодейшеству, я успела оценить плачевное состояние замка и размышляла насколько это дерзко сразу предложить посчитать смету на ремонт. Или стоит сначала себя зарекомендовать, а потом вносить конструктивные предложения?

Да и потом, какие тут могут быть поручения для помощницы? Вести статистику приплода демонят или скорость разрастания ядовитый терновников?

Столько вопросов и всего одна широкая впечатляющая спина, которой можно их задать!

5

Кабинет у Князя Тьмы был большим, мрачным и заставлял задуматься о всяком. Например, это ж какая зверюга была на ковре у начальства, что оставила такие огроменные следы от когтищ прямо на полу?

Пока я рассматривала впечатляющие царапины, мужчина снял куртку и небрежно повесил ее прямо на свое пафосное начальственное кресло. Затем расстегнул запонки на манжетах и принялся закатывать рукава черной рубашки. В этот момент я поняла, что царапины на полу вообще совсем не интересны. То ли дело мужчина! И его шикарные, накаченные руки с такими широкими ладонями и… так, минуточку, это что?

Я поймала себя на том, что беззастенчиво пялюсь на собственного работодателя и ладно бы как на объект далеко идущих личных планов! Нет, я пыталась рассмотреть рисунок на левой руке, идущий от внутренней стороны локтя к запястью.

К счастью, мужчина не заметил мой неприлично любопытный взгляд, а когда поднял глаза на меня, я уже вовсю интересовалась интерьером кабинета.

– Ты можешь присесть, – сказал мужчина, опускаясь в свое кресло.

Не то, чтобы я не хотела, я вообще-то просто не видела лишней мебели, куда можно было бы опустить свой филей. Но после этих слов откуда-то из угла кабинета ко мне вразвалочку подошло гостевое кресло. Я от неожиданности отодвинулась от него на шаг. А оно очень настойчиво пододвинулось. Я снова отодвинулась, а оно – снова придвинулось.

Мой чемоданчик сердито зарычал, на что кресло задумчиво накренилось. Так-то, знай наших!

– Оно не кусается, – заметил мужчина. – В отличие от твоего чемодана.

– Он тоже не кусается, – буркнула я, с некоторой опаской присев на краешек кресла.

Кресло радостно скакануло, забрасывая меня поглубже в сиденье.

– Моим гобеленам так не показалось, – возразил мужчина.

Вот ведь! Все-таки заметил!

– Он еще маленький, – сказала я, протянув руку к чемоданчику. – И не понимает, что нельзя мусолить музейные ценности.

Тот нехотя распахнул пасть и выдал мне конверт с документами.

– Что мусолить? – обалдел мужчина.

– Ну… – замялась я, но не придумав ничего лучше протянула ему конверт. – Вот документы.

Мужчина прищурил свои черные очи, но бумаги принял. Сломал печать и принялся выуживать: рекомендательное письмо, копию моего диплома, договор.

Договор!

Я снова потянула руку к чемодану, а тот попытался захлопнуться прямо в тот момент, когда я вытаскивала свой экземпляр бумаг. Бороться с чемоданом на глазах у начальника было неловко, но что поделать, когда вопрос принципиальный?

В короткой схватке я таки отобрала свой немного пожеванные экземпляр и торопливо в него заглянула.

Так-так-так… Корнелия Севаретти с одной стороны… Герцог – надо же, целый герцог! – Князь Тьмы и единоличный Владелец Мрачной провинции Рейнард Даркфар… заключили договор о нижеследующем…

6

– Тебе нехорошо? – поинтересовался герцог.

Я подняла глаза и поняла, что пока я читала договор и получала сердечный удар, он внимательно наблюдал за мной.

– Неееет… – вяло протянула я, испытывая нечто среднее между паникой и паникой.

– Уверена? – прищурился лорд Даркфар. – А то мне почему-то кажется, что ты этот договор впервые в глаза видишь.

Я нервно сглотнула. Проницательный, гад!

– И, если это так, и тебя заставили подписать контракт силой… – герцог выразительно посмотрел на меня и щелкнул пальцами.

Рядом со мной по полу змеей побежало черное пламя, замкнулось в идеальный круг, вспыхнуло почти до потолка и, когда пламя снова опало на высоту ладони, то в центре круга начало проступать очертания кабинета распорядителя по трудоустройству.

– …то можешь идти, – закончил мысль герцог.

Я обалдело и восхищенно смотрела на портал. Воздух дрожал, искажался, словно мираж в пустыне. В открывшееся окно можно было рассмотреть и женщину, которую я с таким трудом уговорила меня сюда отправить и ее собеседника, который буквально загнал меня в лапы Князю Тьмы.

Вечно любопытный чемоданчик трусливо прижался к моей ноге, и наверняка бы пришлось тащить его на руках, чтобы шагнуть в черное пламя портала.

Я представила весы. На одной чаше на меня силком натягивали свадебное платье, а я изо всех сил отбивалась, а на другой я бегала по этой замку и гоняла бригаду строителей. Или меня гоняла бригада демонов, тут пока фантазия была нечеткая.

Собственно, выбор был очевиден.

– Спасибо, но я лучше останусь, – ответила, с трудом заставив себя отвернуться от портала.

– Уверена? – прищурился мужчина. – Предложение одноразовое.

– Уверена! – заявила я, гордо вздернув нос, хотя, конечно, уверенности во мне было ни на грамм.

Рейнард посмотрел на меня тяжелым, долгим взглядом бездонных черных глаз. И от такого пристального внимания хотелось забиться в