Бессмертный принц - Кэролайн Пекхам

я на вопрос бога, хотя дрожь пробрала меня до глубины души. — Что они сделали?

— Не только они, Эрик Ларсен, — прорычал Андвари, его холодный взгляд переместился на других жителей деревни. Родители Майлза, Клариссы и Фабиана стояли на коленях, и на их лицах застыло выражение вины.

— Они обокрали меня, — продолжил бог, указывая по очереди на каждого из наших родителей.

— Мы вернули тебе золото! — Воскликнул мой отец. — Нам просто нужно немного больше времени, чтобы найти последний кусочек.

— Ваше время вышло, — прорычал Андвари. — Вы причинили мне слишком много зла. Я найду его сам.

— Нет, пожалуйста! — Взмолилась мать Майлза, Нила, ее золотистые волосы в полном беспорядке свисали на спину. — Еще один день, это все, о чем мы просим!

— Ты думаешь, вернуть мне кольцо будет достаточно? — Андвари взмахнул рукой в воздухе, и голова Нилы дернулась вбок, на ее лице остался красный отпечаток ладони. От вида такой магии меня пробрала дрожь. Я поклонялся богам всю свою жизнь, и все же я никогда не был свидетелем ни их самих, ни их могущества.

Ярл Хейвер шагнул вперед с мечом в руке, а Фабиан зашагал за ним с таким же грозным видом, его взгляд переместился на меня. Я кивнул, подтверждая, что встану с ним плечом к плечу.

— Вы хотите сразиться со мной? — Насмешливо произнес Андвари, ударив кулаком по воздуху и сбивая их на землю своей силой.

Фабиан и его отец спутались в клубок конечностей, прочертив путь по сухой земле, когда их отбросило назад, а мои пальцы замешкались, не решаясь выхватить собственный меч.

Мое сердце ускорило ритм, пока я пытался решить, что делать. Как мы могли встретиться лицом к лицу с богом? Мы были всего лишь людьми, а он был всемогущим, созданным для того, чтобы обрушить хаос на наш вид, если бы он того пожелал.

Кларисса подбежала к родителям, прикрывая их своим телом в попытке защитить от гнева Андвари.

— Мы сделаем все, что ты захочешь, — сказал Майлз, утягивая за себя своего брата и мою сестру. — Просто оставь наши семьи в покое.

Андвари начал смеяться, звук был таким холодным, что высосал все тепло из воздуха. — Такие преданные дети… — Его взгляд метнулся к моему отцу, и я сделал шаг в сторону, готовый сражаться и умереть рядом с ним, если потребуется. — Я полагаю, что мы сможем прийти к какому-то соглашению.

— Да, все, что угодно, — сказал отец, с трудом поднимаясь.

Он схватил меня за руку, пытаясь оттащить за спину. Но я не хотел, чтобы меня защищали, как ребенка — я хотел ринуться в бой и жаждал крови нашего врага. Я увидел, как моя мать поднялась на ноги, и мое сердце немного воспрянуло от осознания того, что она жива, и энергия хлынула по моим венам, когда я приготовился защищать ее.

— Приведите ко мне всех своих детей, отродья викингов, — приказал Андвари, и последовало тягостное молчание.

Жители моей деревни все еще стояли на коленях, но у многих в руках было оружие. Одно слово Ярла, и я знал, что они будут сражаться с Андвари насмерть. Но это слово так и не прозвучало. Ярл Хейвер неуверенно направил Фабиана и его старших сестер к Андвари, заставив мой желудок сжаться от этого трусливого поступка.

— Отец? — Спросил Фабиан, но Хейвер не ответил, стиснув зубы и избегая взгляда сына.

Фабиан вместе со своими братьями и сестрами направился к Андвари, и постепенно Майлз, Кларисса и их братья тоже вышли вперед, подталкиваемые своими родителями.

Мередит поспешила ко мне, и я сжал ее в объятиях, переводя взгляд на свою мать, когда страх пронзил меня. Я не мог допустить, чтобы с моей семьей что-то случилось. Я скорее умру, чем увижу, как они страдают.

— Пожалуйста, не причиняй им вреда, — умоляла мама, но Андвари проигнорировал ее, приказав нам всем встать в шеренгу перед ним.

Я продолжал держать Мередит за руку, когда занял свою позицию, свирепо глядя на Андвари и проводя пальцами по мечу у бедра.

Андвари с любопытством посмотрел на меня, казалось, почувствовав мою нерешительность, но я медленно вытащил меч, направив его на него. — Мы не причинили тебе вреда. Но, я буду сражаться насмерть, если ты поднимешь руку на кого-нибудь из нас.

— Бессмысленная угроза. Ты был бы мертв еще до того, как кончик этого клинка оказался в ярде от моей груди, мальчик.

Я стиснул зубы и выпрямил спину, готовясь умереть во имя тех, кого любил.

— Я не мальчик, — выплюнул я. — У меня за плечами двадцать восемь лет жизни, и я готов пожертвовать оставшимися, чтобы покончить с тобой.

Андвари с интересом посмотрел на меня, затем тихо усмехнулся. — Ну попробуй. — Он широко раскинул руки, и я почувствовал, как Мередит тянет меня за рубашку.

— Не надо, — взмолилась она, и я повернулся, чтобы встретиться с ее темно-синими глазами, сияющими силой.

Фабиан поднял свой собственный меч и, стиснув зубы, кивнул мне.

Как один, мы двинулись вперед, молчаливое решение текло между нами, и я ринулся вперед с ревом, рвущимся из моего горла, высоко подняв меч.

Андвари покрутил пальцем в воздухе, и мои ноги задвигались сами по себе. Я потерял всякий контроль, когда повернулся и вместо этого нацелил свой меч на Фабиана, сила бога прокатилась по моему телу и захватила меня. Он вскрикнул, парируя удар в последнюю секунду, споткнувшись от моей ярости, и я выругался, отчаянно пытаясь вернуть себе власть над собственным телом.

— Он управляет мной, Фабиан, — закричал я, и глаза Фабиана расширились, прежде чем он бросился на меня, его собственный меч замахнулся, целясь мне в голову.

— Мной тоже, брат, — процедил Фабиан сквозь зубы, его мускулы напряглись в попытке сдержать удар, но я был вынужден взмахнуть мечом, чтобы блокировать удар, и звон металла разнесся по всей деревне.

Андвари двигал нами, как марионетками, поднимая руки в воздух и ударяя ими друг о друга.

Фабиан еще раз взмахнул мечом, намереваясь вонзить его мне в бок, но я отскочил назад, чтобы избежать удара, и мои руки вынудили меня ударить его снова. Фабиану едва удалось избежать смертельного удара, и моя грудь сжалась от ужаса, что я чуть не убил его.

Я сопротивлялся изо всех сил, когда Андвари заставил меня снова занести меч над головой, и когда Фабиан снова бросился на меня, я был вынужден ударить его по ногам.

Он рухнул на землю, и я опустил меч по смертельной дуге, его глаза расширились от надвигающейся волны смерти, и я ничего не мог