Ночной кошмар для ведьмы - Вера Добрая

тебя… – произнесла, еле шевеля губами, но вновь замолкла, когда из-за моей спины вышел высокий молодой мужчина.

На нем не было больничной одежды, и честно не очень-то он внешне походил на врача. Взгляд какой-то… тёмный, будто внутри нет никаких эмоций. Внешность тоже хоть и очень красивая, но всё равно отталкивающая. Чёрные волосы, пухлые губы, гладковыбритый волевой подбородок и тело как с рекламной листовки известного спортивного клуба, только, несмотря на всё это, было в мужчине что-то звериное, то, от чего нужно бежать без оглядки особенно, таким как я.

Белая классическая рубашка отлично гармонировала с загорелой кожей, а стильные брюки и начищенные до блеска явно дорогущие ботинки совсем не вписывались в обстановку больницы, стены которой давно пошли трещинами.

– Что происходит? Кто эта женщина и почему она плачет? – задала вопрос мужчине, ежась под его пристальным взглядом.

Его одеколон пах весьма приятно, и я точно не ощущала этот аромат прежде, но почему-то он мне показался знакомым. Ещё этот взгляд… Не могла разобрать, какая именно энергетика исходила от этого человека, но мне неожиданно стало безумно жарко. На лбу выступила испарина, и я замахала перед лицом папкой с документами, чтобы хоть как-то охладиться.

– А вы собственно кто и с какой целью интересуетесь? – оскалился в совсем недоброй улыбке, отвечая вопросом на вопрос мужчина, а мне показалось, что я просто сгораю изнутри.

– Я Семенихина Дарья. Сегодня мой первый рабочий день в должности стажёра помощницы старшей медсестры. А Вы кто?

Понимала, что открыто нюхать людей нельзя – это, по крайней мере, не совсем этично, да и не было у меня такого острого нюха, как у оборотней или других существ темной стороны, но Даяна настоятельно рекомендовала выяснять, что за существо перед тобой, прежде чем начинать даже самый безобидный разговор. А Максим советовал при малейшем намеке на что-то странное и опасное брать ноги в руки и бежать. К своему разочарованию я на данный момент даже не могла понять человек ли мой собеседник или же нет.

– Мое имя Денис. Я работаю заведующим отделением психотерапии. Клавдия Егоровна очень необычный пациент и я благодарен, что Вы, Дарья, побыли с ней и возможно предотвратили ужасную трагедию.

Голос у этого Дениса просто нереально прекрасный. Он подобно сладкой густой патоке окутал моё тело, заставляя забыть обо всех подозрениях.

– А… а ее дочь – Агата? Что с ней? Это из-за нее у Клавдии нервный срыв? – вообще я понимала, что это совсем не мое дело, и Денис не станет обсуждать с какой-то стажёркой своих пациентов, но мне безумно хотелось поговорить с ним.

– Дарья… Агата умерла два года назад.

– О нет, – печально выдохнула, честно не ожидая подобного. – Как же так?

– Вообще Клавдия очень хорошо держится, но иногда срывы всё же происходят, и мы стараемся помочь несчастной всеми силами, чтобы она не оказалась в специализированной клинике, откуда таким пациентам назад дороги, увы, нет.

– Это всё так грустно, – шмыгнула носом и вздрогнула, когда неестественно горячие ладони коснулись моих плеч.

– Дарья, имея такое доброе сердце и слабые нервы, Вы выбрали не ту профессию, – произнёс очень тихо и даже вкрадчиво, и у меня в прямом смысле слова начали подкашиваться ноги, а между ног запекло так, словно там начался пожар.

– Я… мне… – забормотала невнятно, практически перестав понимать, что происходит.

Меня спиной прислонили к стене, а горячие наглые пальцы без стеснения начали исследовать моё тело. Понимала, что это не правильно, и вокруг полно народу, но прекратить это не могла. Позорно призналась сама себе, что я и не хотела прекращать. Мне нравились горячие потоки, которые пронизывали мое тело, я будто погружалась в огненную лаву, которая плавила в моей голове все ненужные мысли…

– Я опаздываю на работу! – с ужасом выдохнула и открыла глаза.

Работники больницы спешили по своим делам, подозрительно поглядывая на меня, а я… я была растеряна и кажется всё-таки опоздала, хоть и приехала задолго до назначенного времени.

– Только не это! – вскрикнула, решив подумать о произошедшем потом, и понеслась в конец коридора, уперевшись носом в дверь кабинета главного врача.

Хотелось ворваться и слёзно объяснить, что я опоздала не потому, что долго сплю, но воспитание не позволило вести себя так бестактно и нагло. Настойчиво постучала в дверь, но ответа не получила.

Побежала назад и спросила у первой попавшейся женщины на счет того, где сейчас мог быть Леонид Павлович, и та, окинув меня презрительным взглядом, сообщила, что мужчина, скорее всего, на планерке, а еще добавила, что посещения разрешены с одиннадцати, и что я ко всему прочему шатаюсь по больничным коридорам без бахил.

– Извините, пожалуйста, я просто так волновалась, что совсем забыла о бахилах, – попыталась оправдаться перед женщиной. – Подскажите, где поблизости можно их приобрести?

– Ну, уж не у меня в карманах! – усмехнулась та, а мне осталось лишь нетерпеливо переминаться с ноги на ногу, ожидая более точного ответа, потому что не хотелось еще раз злить местную уборщицу. – Ладно. На первом этаже возле входа в кафетерий недавно установили автомат с бахилами.

– Понятно! – сорвалась с места, но через пару шагов опомнилась и вернулась, потому что не красиво просто так убегать, не поблагодарив за помощь. – Спасибо.

– Да не за что, – пожала плечами женщина, и я снова чуть ли не бегом направилась в сторону лестницы. – Эй, блаженная! – донеслось в спину. – Ты цветочки-то свои забери! Ненароком у аллергиков обострение начнётся! Это всё же больница, а не оранжерея.

Не совсем поняла, о чем именно говорила моя собеседница, но ошарашенно открыла рот, увидев возле стены на том самом месте, где меня чуть не соблазнил Денис, рассыпанные по полу лепестки белых роз.

– Да, сейчас. Извините, – решила не тратить время на доказывание того, что это не мое и не имеет ко мне никакого отношения.

Скорее всего, уборщица видела наши обжимания с Денисом и поэтому решила, что это мы намусорили. Ладно, мне не трудно убрать, тем более касаться нежных бархатистых лепестков очень приятно, правда все они были опалены по краям и практически не пахли, однако всё же вызывали во мне странные ощущения,