Избранница для принца крови. Похищенная ночь - Александра Салиева

гарем себе чуть ли не из тысяч дев устраивать — так это в порядке вещей, а как без одежды всего перед одной… — снова вздохнула. — Одежда, кстати, там, — указала в направлении соседнего помещения, пройдясь показательно оценивающим взглядом по складному телосложению воина.

Очень даже складному, между прочим.

Глава 1.2

А вот Брон нахмурился заметнее прежнего. Да и вообще как-то ощутимо напрягся, в очередной раз оглядев пространство.

— Где мы? — поинтересовался, спрыгнув с возвышения на пол.

Дожидаться ответа не стал, пошёл одеваться.

— Там, где твой старший брат нас не найдёт, — по-своему расценила его вопрос. — Чертоги возрождения. Эйнхерия, — пояснила следом. — Мой мир. Мой дом.

Поскольку проём между стенами, в котором скрылся мужчина, не обременён дверью, то он прекрасно меня расслышал.

— Не предполагал, что после смерти мне светит такая экскурсионная честь, — отозвался оттуда с явным сарказмом. — Ты же вроде собиралась уничтожить этот мир, а не прогуливаться по нему в моей компании.

В проницательности ему не откажешь.

— Да. Собиралась, — не стала отрицать.

Как сам Брон совсем недавно, принялась рассматривать окружающие меня фрески с образами величайших богов первых миров. И очень старалась не думать о том, насколько же больно и горько становится от воспоминаний, связанных с историями, которые пытался передать тот, кто создал эти картины. Вплоть до возвращения моего единственного собеседника.

— И что же пошло не так? — полюбопытствовал он, остановившись рядом, заложив руки за спину, сцепив пальцы в замок.

— Всё не так, — вздохнула обречённо. — Всё… из-за твоего брата, — поморщилась, а в районе солнечного сплетения противно сдавило.

С чего бы?

И сама не понимала.

Брон молчал. Ждал, когда я продолжу. А я снова смотрела на фрески, на светлые лики могучих воинов, воплощающих в себе силу первых миров. И отчаянно не желала признавать вслух собственную слабость. Но в итоге всё же пересилила сомнения.

— Первые миры отличаются от вторичных своей изоляцией. Попасть в мой мир можно лишь двумя способами, — заговорила вновь, спустя долгую паузу. — Использовав живую энергию сильной души — как проводник. Или же путём радужного моста, дарованным нам нашим Всеотцом, — повторно поморщилась. — Покинуть — можно только последним. И с некоторых пор он закрыт, — помолчала немного, а завершила совсем тихо: — Изначально мой расчёт был простым: раздобыть похищенную ночь в огненных пустынях Аксартона, доставить её сюда, позволить ей пустить корни и уничтожить всё. Я не планировала покидать свой дом. Понимаешь?

Наследник рода Эльрилейрдских прекрасно всё понимал. Улыбнулся понимающе и в чём-то даже сочувствующе.

— Изначально, — повторил он за мной. — Но не теперь, когда ты должна позаботиться кое о ком ещё, — сделал правильные выводы. — О чём, в принципе, ты уже и так знала до того момента, как вернулась сюда, — показательно развёл руками.

Явно собирался добавить что-то ещё. Слишком уж много молчаливого осуждения читалось в его глазах. Но в итоге промолчал. И правильно сделал. Оправдываться перед ним я точно не стану. Но всё же…

— Я сказала: путь закрыт. Я не говорила, что он уничтожен и совсем не остаётся никакой возможности им воспользоваться, — хмыкнула, разворачиваясь на выход из малого зала.

Мужчина последовал за мной.

— Ты поэтому меня возродила? — послышалось от него задумчивое.

Шёл за мной он неспешно, с явным любопытством озирался по сторонам.

— Нет, не поэтому. Из-за неё, — указала на закрытый пологом алтарь в главном зале, когда мы проходили мимо. — Похищенная ночь — там. И я хочу, чтобы ты присмотрел за ней, пока меня не будет. Вообще-то никаких гостей не предполагается. Но мало ли…

Отказа я не ждала. Просто потому, что противоречить мне тот, кто теперь составляет часть моего легиона, банально не в силах. Впрочем, мужчина об этом совсем не задумался. Просто кивнул в согласии. Я же остановилась и вытащила из волос тиару.

— А ещё... — продемонстрировала ювелирное украшение. — Расскажи о Звезде Онталии.

Брон покосился на тиару, едва уловимо скривившись.

— Её создал наш отец. Для матери Амитиаса. Оберег предназначен для отражения энергетических заклинаний, — пояснил, прищурившись, разглядывая теперь уже меня. — Но, уверен, тебе это и самой давно известно, — добавил с усмешкой. — С оберегом что-то не так? — предположил следом.

— Ты мне скажи, — бросила я встречно. — Я покинула чертоги, чтобы решить проблему с возможностью выбраться из Эйнхерии до того, как похищенная ночь начнёт уничтожать мир, и встретила кое-кого. А эта штуковина уложила замертво семнадцать бывших эйнхерий. Одновременно. Чтоб ты знал, вырубить их не так-то просто, — припомнила произошедшее у берега реки. — Отражение энергетических заклинаний предполагает ответное нападение? Существует какая-либо закономерность подобного проявления? Мне не нужны сюрпризы, особенно тогда, когда я совсем не жду ничего такого.

По губам собеседника скользнула ещё одна усмешка.

— Бывших? — зацепился за моё уточнение.

— Да, — отозвалась угрюмо. — Когда-то они были, как ты сейчас — возрожденными воинами. Одними из лучших. Но не теперь. Их души присвоила моя сестра. Хела. О ней я уже рассказывала. Теперь они — всего лишь оболочки, без души. Фактически — ходячие трупы, хотя и не мертвы в привычном многими восприятии такового, — вздохнула устало. — Так что со Звездой Онталии? — вернулась к основной теме разговора.

— А ничего, — пожал плечами Брон. — Оберег обладает ровно теми свойствами, о которых я тебе сказал, и которые тебе и так известны, — помолчал немного, а после протянул почти издевательски: — Это не оберег расправился с теми, о ком ты сказала, Фрейя. Это ты сама сделала.