Хозяйка старого дома, или Жена поневоле - Кира Рамис

– Марта, я слышала от личной служанки госпожи Нетли, что это она должна была стать женой того бедняка. Невероятное дело, по императорскому указу женить. Слушай, а может, этот Ренгель при какой-то битве императору жизнь спас, что его так наградили? Свадьбой на благородной, магически одарённой девушке.

Я чуть не подавилась картошкой. Какой девушке? Магически одарённой? Вот моя фантазия чудит.

– Всё возможно, – поддержала предположение Марта. – Он появился в нашей деревне полгода назад, поселился на окраине в лачуге и всё это время болеет. Я лишь два раза видела, как он на охоту ходил. Чем только питается?

– Во второй раз он лося принёс, продал, наверное, хватает, – пожала плечами вторая служанка. – Мне Хибес, что живёт недалеко от этого охотника, говорил, будто по ночам из крайнего дома крики доносятся, мол, охотник от жуткой боли орёт. И что за магия его так разрывает?

– Непонятно одно, зачем ему жена, если он весь больной? Её же кормить надо, одевать, бедная Лилиан, – Марта сняла кастрюлю с огня.

– Так императорская благодать, с ней не спорят. Возможно, он сам попросил жену, чтобы та за ним ухаживала во время приступов, еду готовила. Бр-р…

– Ты чего, Эмилия? – Марта удивлённо посмотрела на вздрогнувшую девушку.

– Да вспомнила, какой этот мужчина угрюмый. А его густая чёрная щетина? Волосы лицо закрывают, один глаз лишь видно, я слышала, что он специально их отрастил, ужасный шрам скрывает, – перешла на шёпот Эмилия. – Руки словно брёвна, ноги длинные и жилистые. Как думаешь, он будет бить Лилиан?

Марта вздохнула:

– Это как получится. Лилиан девушка тихая, застенчивая. Если будет во всём его слушаться, может, и не забьёт её в приступе ночной лихорадки.

От её слов стало неприятно, скорее бы очнуться, вновь битой быть не хотелось, щёки при каждом жевке отдавали болью.

– Девушки, а можно водички попросить? – доев, решила прервать поток сплетен служанок.

Те громко взвизгнули и подпрыгнули на месте. Марта схватилась за половник.

– Лилиан, откуда ты тут? Тебя же в комнате закрыли, магией запечатали и связали?

– Есть захотелось, – ответила я, поднимаясь. – Можно воды? – повторила вопрос.

Эмилия трясущейся рукой подала кружку, пока я пила, они пришли в себя и в голос закричали:

– Что ты наделала?!

Марта бросилась к столу с готовыми блюдами.

– Лилиан, ты никогда бы не посмела взять господскую еду, – Марта с ужасом смотрела на меня. – Ты понимаешь, что слуги сейчас придут за тарелками? Умереть захотела? Госпожа и господин не простят, палками отходят.

– А как же императорский приказ о свадьбе? Если я умру, то тётке придётся Нетли за нищего отдавать.

Служанки прикрыли рот фартуками, поняв, что наболтали лишнего при свидетеле.

В следующий момент меня резко скрутило, живот заболел. Падая в обморок, услышала слова:

– Дней пять её не кормили за непослушание, а она столько съесть успела, да всухомятку.

В следующий раз я очнулась вновь связанная, но уже в полной темноте.

Глава 3. Обещание

В этот раз меня посадили в тёмный чулан без окна. В себя пришла от холода, хотелось пить и есть, лодыжку натирала железная цепь, крепко державшаяся в стене. Не знаю, сколько прошло времени, но дверь тихо скрипнула, внутрь кто-то зашёл, судя по тени, человек небольшого роста.

– Сестра, я тебе воды принёс, – хрипловатый детский голос раздался рядом.

– Ты кто? – мои озябшие ладони наткнулись на кувшин, холодную воду пить не хотелось, но пришлось.

– Как кто? Брат твой, Орлан, – удивился паренек, присаживаясь рядом. – Ты совсем холодная, – тонкие пальцы вцепились в мою руку. – Лилиан, твой муж сегодня не пришёл за тобой, – прошептал он. – Что же ты наделала?

– Самой интересно, может, расскажешь, Орлан, что со мной произошло, мне не верят, но я память потеряла, говорят, что я чуть не утонула.

– Ты правда память потеряла, сестрица? – совсем по детски спросил ребёнок и рассказал, что произошло в последнее время в этом странном месте.

Оказалось, что я Лилиан Блоссом, восемнадцати лет от роду, сирота, как и Орлан, которому всего лишь восемь лет. Семья, в которой я живу на правах служанки, хотя являюсь родственницей по крови, среднего достатка.

Огромный дом, в котором живут наши бабушка, дедушка и их потомки. Так как они старые и немощные, всем управляет старший сын престарелой четы, вот с женой этого дядюшки я и познакомилась совсем недавно. У дядюшки и тётушки есть сын, который учится в городе, и дочка, мечтающая выйти замуж за богатого и красивого молодого человека. Средний сын и его жена, то есть наши родители, погибли при странных обстоятельствах, где и когда мы жили, брат не помнит, был мал, но вот оказались мы в этом доме на птичьих правах. Я, Лилиан, мой брат Орлан и ещё один брат Свон, которому всего лишь шесть. Все трое, как ни удивительно, занимаемся домашними делами. На мой удивлённый вопрос, что в шесть лет можно делать, брат усмехнулся и по-взрослому ответил, что получать тумаки и затрещины. Я пребывала в шоке. Младший дядя был юн и не женат.

Старший дядя  с распрекрасной женой каждый день попрекали сироток куском хлеба, отчего Лилиан всё больше работала и в шестнадцать лет, как все девушки, не мечтала выйти замуж из-за страха за младших братьев.

Только это не помогло, девушка, походившая на мать, даже не имея магических способностей, своей красотой привлекала внимание женихов и в шестнадцать, и даже в восемнадцать лет, поэтому двоюродная сестра изводила её, подставляла, что-нибудь разобьёт, а виноватой оставит сестру, которую с удовольствием била противная тётка. А в наказание морила голодом не только Лилиан, но и мальчишек.

Почему молчали дедушка и бабушка? Оказывается, в своё время сын, не спросив благословения, взял красивую, но бедную девушку в жёны, из-за чего был изгнан из семьи. Получается, что все терпели нелюбимых детей, стиснув зубы.

– Да, весело тут у вас, – прошептала я, протягивая руку к мальчишечьей голове, погладила спутанные волосы. – А у тебя или брата есть магия? – мне