Наследник на его условиях. Книга 2 (СИ) - Слава Доронина

отреагирует на мое появление. Вдруг Лея обижается, что я исчезла из ее жизни? А может, она и вовсе обо мне забыла.

Как же все сложно, когда не отпустила ситуацию и преувеличиваешь ее значение!

К вечеру на побережье обрушивается дождь. И такой сильный, что о прогулке не может идти и речи. Эмиль спит, я, полувялая, сижу за бумагами и пытаюсь работать. Первый день отдыха вышел комом. Не так я себе представляла отпуск…

Тихий стук в дверь заставляет отвлечься от просмотра документов на ноутбуке. В проем заглядывает Ника.

— Ну как вы тут? Адаптировались? — шепотом спрашивает она.

— Как видишь, — киваю на ноутбук.

— Бросай все. Пошли в бар.

— Ники-и… — чуть ли не стону я от отчаяния, представляя, что придется наводить марафет.

— Давай-давай, — шикает она. — Пять минут на сборы. А я пока предупрежу Лили, чтобы присмотрела за нашим карапузом.

Шумно выдыхаю, когда жена брата закрывает за собой дверь, и иду переодеваться.

Знаю, почему не хочется выходить из номера, но ведь не буду же я скрываться от Дамианисов все дни отпуска? Да и не получится это. Как-то нужно настроиться, что встречи не миновать.

3 глава

— Не успела приехать, как опять засела за свой ноутбук. Трудоголизм в десятой степени. Ну-ка рассказывай, что случилось. — Ника испытующе смотрит на меня, пока бармен наливает ей вино.

В семье знают: если я не отрываю головы от работы или учебы, значит, пытаюсь отвлечься от каких-то навязчивых мыслей и глушу сердечную боль. Каждую свободную минуту после переезда только и делала, что поглощала тонны информации.

Со стороны, возможно, кажется, что я сильная и со всем справляюсь, но это не так. Иной раз отчаянно хочется повиснуть на чьем-нибудь крепком, надежном плече и плакать. Навзрыд. Однако приходится брать себя в руки и нести ответственность за свою жизнь. А теперь еще и за жизнь своего ребенка. Не думала, что это будет так сложно.

Не знаю, как хватает сил об этом заговорить, но тем не менее решаюсь сказать Нике:

— Дамианисы здесь. Я видела Лею и Леона.

— Что? — вскрикивает она и с грохотом ставит бокал на столешницу, не успев сделать даже глотка.

— Это еще не все. Оскар не просто так выбрал этот отель. Его новые партнеры… Догадаешься кто?

— Не может этого быть… — шокированно произносит Ника. — Я отказываюсь в это верить! — Она залпом выпивает вино и просит бармена повторить.

Тоже хочется напиться, но я кормлю Эмиля.

— Ты, надеюсь, про Оскара и ваших новых партнеров пошутила?

— Столько времени я не говорила о Зене, а сейчас вдруг начала о нем шутить?

— У меня нет слов… Постой, а твоя фамилия в документах где-то значится? Ну, я к тому, видел ли Зен, с кем будет работать?

— В учредительных документах моего имени, естественно, нет.

— Какая засада… — не перестает сетовать Ника. — И что ты собираешься делать?

— Сначала хотела взять вещи и уехать домой. А теперь думаю, что это поступок инфантильной, неуверенной в себе малолетки. Пусть Зен и Леон увидят, что у них не получилось меня растоптать.

— Уверена? — с опаской спрашивает Ника.

На секунду представляю нашу встречу с Зеном, как его глаза задерживаются на мне, и даже ощущаю волнение. Но потом вспоминаю снимок, на котором Зен был с новой женщиной.

— Так странно… — разочарованно цокаю языком.

— Что именно? — Ника сводит брови к переносице.

— По идее, я должна была остаться с сердечной болью из-за неудавшегося брака и не оправдавшихся по этому поводу надежд, а в реальности испытываю боль из-за мужчины, с которым провела несколько ночей и от которого, как я думала, была беременна…

Ника молчит, попивая вино.

— Я не интересовалась, но почему-то кажется, что ты в курсе, кто у Егора с Кирой родился.

— Без понятия. — Она дергает плечом. — И знаешь, что хочу сказать? Точнее, напомнить. Птица опирается на крылья, а человек на семью. Мы всегда у тебя были и есть.

Я улавливаю беспокойство в ее голосе.

— Это ведь мне нужно переживать из-за предстоящей встречи с Зеном, а нервничаешь почему-то ты. — Присасываюсь губами к трубочке и отпиваю яблочный сок.

— Альберту только не говори, что Леон здесь. После того как Дамианисы уложили тебя в больницу, он ужасно бесился. Как бы не повторилось…

Я киваю.

Помню, как Альберт купил билеты и порывался лететь в Израиль, чтобы разбить лицо сначала Леону, а потом его старшему брату. Ника тогда пригрозила мужу, что всерьез задумается о раздельном проживании, если он так поступит, я же висела на шее у брата и умоляла его не совершать опрометчивых шагов. Дамианисы в разы влиятельнее, следовательно, проблем у Альберта появилось бы много, особенно накануне переезда в другую страну. Это последнее, чего бы я хотела для близкого человека.

Брат в итоге никуда не полетел, но два дня глушил виски в кабинете. А после вышел и сказал, чтобы фамилия Дамианис в нашей семье отныне не звучала, иначе он за себя не в ответе. Наверное, отец поступил бы так же и никому не дал меня в обиду.

В последнее время я часто думаю о родителях, особенно глядя на то, как Лили возится с Эмилем. Очень не хватает мамы и папы.

Ника снова просит бармена повторить, но я вмешиваюсь и строго на нее смотрю.

— У нас завтра экскурсия, рано вставать. Кроме того, это третий бокал. Тебе хватит.

— Если дождь не прекратится, экскурсию отменят…

— Все равно хватит, — настаиваю я.

— А пойдем к морю? — предлагает Ника.

Предложение заманчивое. К тому же я весь день просидела за ноутбуком, неплохо бы размять мышцы.

Мы берем дождевики и выходим из отеля.

Несмотря на пасмурную погоду, на улице очень тепло. На берегу не могу удержаться, чтобы не зайти в воду. Сразу детство вспоминается и наш домик у моря. Родители купили его,