Его вторая семья - Юлия Гауф

испуганно вцепился в мою руку.

— Подожди, милый. А что с ним? — выпрямилась и пожала узкую ладошку сына. — Не сотрясение ведь?

— Бывает, что сразу симптомов нет. Но для надежности советую на ночь ребенка оставить.

— Мама! — поразился Макар. — Не уходи.

— Я никуда не пошла, — повернулась к сыну. — Посиди тихонечко, я с доктором поговорю.

— Собственно, я всё сказал, — пожал плечами врач. — Оставайтесь до утра, а завтра посмотрим.

— Так…

Закрыла глаза и потерла ресницы.

А когда снова открыла…

На пороге кабинета выросла высокая фигура мужа.

Глава 3

Обогнула Дениса и вышла за врачом. Окликать его не пришлось, он сам остановился и развернулся ко мне, чуть раздраженный и утомленный.

— Девушка, не нервничайте. Вероятнее всего, ваш мальчик просто немного ушибся и испугался. На ночь мы его оставляем для подстраховки. Просто чтобы исключить вероятность последствий для здоровья. Понимаете?

Я кивнула.

— Утром я осмотрю вашего мальца и, скорее всего, отпущу домой. Вы хотите узнать, чем вы можете помочь, так?

— Да.

— Останьтесь с ребенком на ночь. Он напуган. Это всё.

— Конечно же я останусь!

— Вот и славно, — бросил врач, развернулся и пошёл по коридору.

А я вернулась в палату, и только когда открыла дверь, вспомнила что явился Денис.

У меня на сетчатке глаз навечно запечатлены они втроем: Полина, Денис и Матвей. Мальчик — буквально клон моего мужа. Макар больше в меня пошёл, только глаза отцовские.

Мне стоит поблагодарить Дениса за то, что от своей семьи оторвался ради нашего сына?..

— Ручка болит? — Денис ласково погладил сына.

— Немного.

— А ножка?

— Чучуть.

— Чучуть, — передразнил Дэн Макара, и легонько взъерошил его волосы.

— Пап, я плакал. Ты говорил что настоящие мужчины не плачут, а я вот, — вздохнул ребёнок. — Как девчонка.

— Я ошибся, все плачут. Вот мне когда рассказали что ты в больницу попал — я и сам чуть не расплакался, представляешь?

— Да ладно! — ахнул Макар. — Не может быть, пап, ты же взрослый!

— Еще как может, — серьезно заявил Денис.

Вижу — переживает за сына, может не меньше меня самой. Шутит, подбадривает, но разглядывает Макара тревожно, выискивает ссадины, синяки.

Любит.

Мой разум играет со мной в злую игру: я помню всё что произошло сегодня, но в этот момент события в аэропорту и у таунхауса кажутся всего лишь кошмарным сном. Реальность — вот она: Денис, я и Макар. Всё так как было раньше.

От этого сладко и горько.

Я привычно склонилась над сыном, прижалась на пару секунд губами к его лбу и напряжение немного спало.

— Точно всё хорошо, родной? Если что-то заболит, сразу мне скажи, не геройствуй.

— Ладно, мам.

Макар привычно смутился от проявления нежности. Наедине со мной он ведёт себя как маленький шестилетний мальчик, не уворачивается от моих поцелуев и ласк. Но перед Денисом сын любит строить из себя взрослого, равняется на отца во всём.

Хороший мой.

— Расчувствовалась, Сонь? — улыбнулся Денис, и подошел ко мне. — Я чуть с ума не сошел, когда Лидия Алексеевна мне позвонила. Причем, сам я когда пацаном был, лазил по стройкам, по деревьям, откуда только не падал. Но из-за Макара распсиховался. Твоя мама сказала что всё в порядке, но я накрутил себя так, что не помню как до больницы доехал.

Я постаралась улыбнуться мужу в ответ. В глазах у меня непролитые слезы.

— Девочка моя, тише, тише. Всё хорошо, — легонько обнял меня муж.

Я почти поверила ему — в то, что всё хорошо. И вскрикнула когда Денис крепче прижал меня к себе. Локоть прострелило болью до самой шеи. И я оттолкнула мужа, вспомнив, что ушиблась я, уезжая от их с Полиной гнёздышка.

— Что такое, родная? — встревожился Денис и нахмурился. — Чёрт, Сонь, да у тебя рука опухла.

— Ерунда, — отстранилась я от него.

— Ты упала? Постой-ка… кажется, я припарковался рядом с твоей машиной. Вроде на ней вмятина. Ты в аварию попала? Соня!

Да, дорогой. Попала. Знал бы ты, где именно я помяла машину!

— Сейчас позову врача, пусть тебя осмотрят.

— Денис, сейчас важнее Макар. Оставь это, — отмахнулась я, любуясь заснувшим сынишкой.

— А если у тебя сотрясение? Вдруг что-то серьёзное? — Денис устало потер лицо ладонями, и хотел сказать что-то еще, но в палату вернулась мама, держа в ладони пакет с фруктами, соком и шоколадкой.

— Ну как он? Заснул?

— Да. Я на ночь с Макаром останусь, врач разрешил. Мам, я руку ударила, сходишь со мной к врачу? А Денис пока побудет с Макаром, — я перевела взгляд на мужа. — Или у тебя другие планы?

— О чем ты, Сонь? Какие у меня могут быть планы?

— С поставщиками разобрался? — изогнула я бровь.

Денис молча кивнул. Ни толики смущения и вины я не увидела в нём. Даже намёка на них. А мне кричать хочется, трясти его, спрашивая как же он мог!

Вдруг вспомнились все поездки Дениса за границу. Раньше я сопровождала мужа на соревнования, присутствовала на чемпионатах. Но в последнее время Денис просил меня побыть дома с Макаром, и уезжал. А я спокойно оставалась дома с ребёнком, доверяя мужу.

Глупая девочка Соня.

Но сейчас не время для разборок с мужем.

— Мам, идём. Денис, останься с Макаром, пожалуйста, — повторила и потянула маму из палаты.

Мама тоже ахнула, разглядев мою руку. Она и правда опухла и болит. Может, не случись сегодня беды с Макаром и встречи с Полиной, я бы позволила себе всплакнуть от физической боли, пожалела бы себя. Но сейчас мне не до «физики», душа болит гораздо сильнее.

Нас с мамой отправили на первый этаж в травму. Она была рядом, пока мою руку фиксировали эластичным бинтом.

— Господи, что за день такой! — всплеснула мама руками. — Всё один к одному, черная полоса.

— Ты даже не представляешь, насколько ты права, мам.

А ведь мама просила меня не устраивать Полине сюрприз.

И спрашивала от кого Поля родила.

А если… Нет, не может быть, — зажмурилась я.

Но всё же! А если мама была в курсе?

— Мам, — обратилась я к ней, когда мы вышли в больничный коридор, — сейчас я спрошу тебя кое о чём, и хочу чтобы ты была со мной честна. Ты знала что Полина родила сына от Дениса?

Глава 4

— В каком смысле от Дениса? — у мамы такое лицо, словно ей только что по щекам надавали.

Вздохнула.

Дура я.

Конечно, мама сказала бы мне, если бы знала.

— С чего ты это взяла? — она остановила меня за руку, и когда я поморщилась, отдернула пальцы от бинта. —