Стихийный мир. Морской эмир - Сильвия Лайм

самой дали храма расположилось что-то круглое и крупное, оплетенное тугими темными корнями…

Мне хотелось туда подойти. Но чем больше я вглядывалась в эту странную водяную абстракцию, тем сильнее мне было не по себе. Словно что-то екало в груди, тянуло…

— Не останавливайся, милая, — проговорил Тиррес, за руку утягивая меня в совсем другой конец храма. Там росла какая-то восхитительная композиция из розоватых водорослей, каждый листик которых напоминал маленькое сердечко.

Мы остановились прямо возле столба этих растений, что тянулись от пола до самого потолка.

— Ну что, иди ко мне, дорогая, целуй, терпи, как собиралась, — протянул ко мне руки эмир, весело улыбаясь и не думая больше хватать, притягивать или что-то в этом роде.

Я бы закашлялась от возмущения, но под водой особенно не покашляешь. С другой стороны, вроде ничего крамольного не предлагал. Подумаешь — поцелуй. Зато я потом говорить смогу! И голос свой, наконец, услышу. Хотя это все и выглядит чистейшим бредом.

Ну как вообще можно издавать звуки под водой? Как?

Впрочем, эмиру это удавалось без труда. Должно получиться и у меня.

Поэтому я быстро, как смогла, приблизилась к довольному Тирресу, замерла на мгновение, а затем, чтобы не уплывать в процессе поцелуя, обхватила его лицо руками.

«Всего разок коснусь губами, этого же хватит?..» — мелькнуло в голове, а затем я приблизила к нему свое лицо.

Сердце подскочило к горлу.

В тот же миг, как я остановилась, не решившись преодолеть последние миллиметры, эмир крепко обхватил меня, прижал к себе и поцеловал.

Голова закружилась. Что-то было в этом ненормальное, неправильное. Сердце колотилось в груди, словно пытаясь выпрыгнуть и ускакать на поверхность. Куда-то туда, где сейчас остался мой дож.

Но мой ли он на самом деле?.. Дракон и император с кучей наложниц. Вампир, который пил мою кровь… И еще бог весть кто.

Тиррес все не останавливался. Его руки мягко гладили мою спину, а волосы, которые жили своей жизнью, двигались почти в такт рукам. Некоторые пряди обвились вокруг моей талии, другие скользили по плечам, остальные спустились куда-то к бедрам…

К щекам прилила краска. Бросило в жар, и я резко оттолкнула неожиданного кавалера, пытаясь понять, что со мной творится. Тем более что наверняка наш поцелуй уже должен был сработать как надо.

— Ну что, все? — проговорила я, но опять только теплая волна вырвалась из горла. — Эй, где голос?

— Голос? — с нарочитым удивлением спросил эмир. — Вот, съешь листик, и он появится.

Сорвал с водоросли розовое сердечко и протянул мне, делая вид, что не замечает моего взгляда, полного праведного гнева.

Не разрывая нашего зрительного контакта и надеясь, что от этого моего взгляда эмир сгорит на месте, я сжевала листок. И тут же почувствовала, как горло защипало от странного нового ощущения. Словно я должна что-то из себя извлечь…

— Это все? — спросила, и наконец это «что-то» извлеклось.

Звук.

Я могла говорить!

— Конечно, все, — кивнул весьма довольный собой эмир и как ни в чем не бывало развернулся, чтобы поплыть прочь. — Давай скорее, нам еще многое надо успеть.

— Эй! А ну-ка, объяснись! — теперь уже совершенно легко и свободно крикнула я, не испытывая никаких сложностей, кроме того, что окружающие нас русалки уставились на меня так, будто я творю что-то кощунственное.

Перед эмиром они, к слову сказать, расступались и склоняли головы.

— Что объяснять, рыбка моя? — удивленно спросил он, позволив мне себя догнать.

— Зачем ты заставил меня себя целовать?

— Заставил? — ахнул эмир и схватился за сердце. — Я спросил, мол, вдруг голос тебе тоже может вернуть только мой поцелуй? Но не говорил ведь, что это так и есть. А ты сказала, что, мол, на поцелуй всегда готова. Как сейчас помню, твои прекрасные губы произнесли что-то вроде: «Целуй меня, мой прекрасный эмир, я потерплю ту нестерпимую и жгучую страсть, что тут же вспыхнет между нами…»

У меня даже перед глазами потемнело.

— Ну а я не привык отказывать даме, — продолжал невозмутимо Тиррес. И только его опалесцирующие серебряные глаза смотрели весело и задорно. — Ну а потом ты скользнула ко мне и сама меня поцеловала. Я лишь слегка тебе помог, потому что понимаю, сколь глубоко может быть стеснение влюбленного женского сердца!

Все, сразил меня наповал. И ведь рассказал, как будто и не соврал!

Обидней всего то, что я понимала: эмира целого морского государства придушить явно не получится.

Пришлось выдохнуть очередную волну раскаленной от бешенства воды и просто спросить:

— Куда же мы следуем теперь, мой «прекрасный эмир, от поцелуя с которым я теперь испытываю жгучую страсть»?

Тиррес усмехнулся.

— В главный дворец Айремора, конечно, — ответил он после небольшой паузы. — Будем решать, куда тебя поместить и где ты дальше будешь жить, рыбка моя.

У меня в голове появилось сразу так много вопросов, что я не знала, какой задать первым. А еще голос в воде звучал так непривычно, что новые ощущения окончательно сбивали с мыслей. В конце концов я решила начать с малого:

— А место, где я очнулась, разве это был не дворец?

— Нет, — покачал головой эмир. Серебряные глаза хитро блеснули. — Это было что-то вроде моей загородной резиденции. И моей спальни.

— Ах… вот как, — выдохнула я, чувствуя, как краска приливает к щекам. Но вокруг было так много мягкой, чуть прохладной воды, что жар мгновенно смывался, остужался и исчезал.

Я начинала понимать, почему у Тирреса была такая светлая кожа.

Это казалось даже плюсом. Теперь никто не увидит, как я стесняюсь.

— Так… а не расскажешь ли ты мне, любезный эмир Айремора, властитель вод земных и…

— Жемчужина твоей страсти, — тут же подсказал Тиррес и ухмыльнулся, заметив, что снова сбил меня с мысли и засмущал.

— Последнее было лишним, — буркнула я. — А нелишним было бы понять, каким образом я тут оказалась. Ты совершил покушение на Красного дожа? Хотел убить Сициана?

Стоило мне произнести это, как все шутки мгновенно отошли на второй план. Брови Тирреса едва заметно сдвинулись, улыбка исчезла с лица.

— Я никого не собирался убивать. Ты же жива, верно? Да и все, кто с тобой «прибыли», тоже живехонькие.

— Со мной кто-то прибыл? — ахнула я. — Кто? Где они?

Эмир бросил на меня короткий взгляд, и я с ног до головы покрылась мурашками, мгновенно вспомнив, что передо мной очередной повелитель. На этот раз целой морской империи. Переливающиеся ртутью и серебром глаза сделались холодными как лед.

— Узнаешь. Уже скоро, — ответил он, и я поняла, что большего не добиться, не стоит и пытаться. Эмир умел был